​​И напомню, что все еще есть время записаться на завтрашнюю лекцию про Орнетта Коулмена и на лекцию про Пэта Мэтини, которая пройдет послезавтра. Ну а сейчас пусть прозвучит композиция «Police People» с их совместного альбома. Лично у меня она всегда вызывает невероятный, необъяснимый восторг. Хочется бегать и прыгать.

​​Спасибо всем, кто пришел на лекцию про Орнетта Коулмена! Получилось, кажется, и правда неплохо. Те, кто записывался и оплатил, но не пришел — напишите мне, пожалуйста, скину запись.

А сейчас послушаем и посмотрим гармолодический джэм от Дэйва Страйкера, клавишника Prime Time, который на своем канале в ютюбе выкладывает первостатейный контент для всех поклонников Коулмена. И жду завтра желающих на лекции о Пэте Мэтини!

И еще раз спасибо всем, кто был сегодня на лекции про Пэта Мэтини! Кажется, отправил ее всем, кто не смог присутствовать; но если кого-то забыл — маякните, пожалуйста. И с Рождеством всех, кто празднует! https://www.youtube.com/watch?v=iOnbeapXujo

Умер Фил Ниблок. https://www.youtube.com/watch?v=vWzchngpKyc

Сто лет Максу Роучу сегодня. В честь этого хочу поделиться его пластинкой, которая начисто взорвала мне мозг, когда я услышал ее около 12 лет назад. Кстати, это тоже произошло где-то в январе.

Альбом «M’Boom» 1980 года сыгран от и до исключительно при помощи ударных инструментов. Звучит только перкуссия: вибрафоны, ксилофоны, маримбы, клаве, гонги, бонги, колокольчики и еще десятки штук, по которым стучат, бьют и которые трясут.

И это что-то невероятное – путешествие в другой мир. Рождество в Африке, «Щелкунчик» на перкуссии. Волшебной красоты музыка, рожденная при помощи стука палочек и ударов ладонями.

Просто включите композицию «January V» – гарантирую мурашки.

Занятный факт: «M’Boom» – первая запись в истории лейбла Columbia, а также всей корпорации Sony Music, которая была сделана с помощью цифры.

​​Иван Лужков — «Человек из Сан-Франциско» (bastard boogie tunes, 2024)

Новый альбом Ивана Лужкова, хорошо знакомого давним читателям этого канала. Продюсером выступил Евгений Горбунов, которого странно представлять, но на всякий случай — одна из движущих сил NRKTK, Stoned Boys, Interchain, группы «ГШ», ветеран российской независимой музыки. Горбунов брался за дело максимально аккуратно, прочувствовав и пропустив через себя все авторские мысли. Получилась абсолютно лужковская запись, от начала до конца. Психоделическая песенная музыка, которую при всем желании нельзя назвать ни «славянофильской», ни «западнической». В ней по чуть-чуть и советской романтики, и жесткости западного рока. В конце концов, она — просто уникальна, в ней ощущается узнаваемый авторский почерк: такие мелодии не пишет никто другой, да и слова в строчки (а строчки — в песни) тоже никто ровно так же не складывает.

Как и предыдущий предыдущий альбом Лужкова «Продавец облаков» (вернувшийся, кстати говоря, на стриминги), «Человек из Сан-Франциско» — это обманчиво простые песни. Но если на «Продавце» Лужков исследовал возможности формы, заставляя песни меняться и изворачиваться прямо по ходу, то на «Человеке» он и Горбунов скорее испытывают на прочность возможности аранжировок и звучания. Вроде бы все понятно: вот мелодия, вот куплет, вот припев — но все это обрамлено в неожиданные звуковые находки, маленькие странности, которые делают прослушивание необычайно занятным. Где-то проскачет абсолютно джазовое гитарное соло, где-то голос Лужкова окружается волнами Меллотрона, где-то из куплета в припев тональность меняется настолько искусно и одновременно неожиданно, что не сразу это понимаешь. Мелодии и исполнение будто слиты воедино с аранжировками. Мне почему-то приходит на ум ассоциация с «Pet Sounds» или «SMiLE» The Beach Boys, пусть и с поправкой на содержание и настроение.

Как и всегда, песни Лужкова населены невероятными, фантастическими персонажами, странными поступками, случайностями, маленькими трагедиями и широкими каламбурами, тонким психологизмом и солидной дозой абсурда. Хочется сказать, что это музыка уставшего человека, который закрывает глаза на усталость, отправляется мечтать, возвращается к воображению и возвышается над суетой. И пусть никого не смущает вещь «Человеконенавистник» с мрачным рефреном «я не вижу смысла в твоей жизни»; если уж на то пошло, то кроме нее — это самый добрый, уютный альбом, который Лужков записывал за свою карьеру.

Слушать

Друзья и подписчики! Вы можете приобрести записи трех моих лекций про культовых фигур в истории джаза.

Доступны:
1. Лекция «Кит Джарретт: обманщик и(ли) волшебник?» — подробный рассказ о влиятельнейшем пианисте, самобытном композиторе и импровизаторе, методы музицирования которого вызывали и продолжают вызывать совершенно противоположные чувства среди меломанов всего мира. Ссылка на полное описание лекции.

2. Лекция «Орнетт Коулмен: разговор на всех языках сразу» — экскурсия по биографии, карьерному пути и основных творческих концепциях великого саксофониста, композитора и мыслителя, который изменил всю музыку двадцатого века. Ссылка на полное описание лекции.

3. Лекция «Пэт Мэтини: жизнь яркого размера» — попытка понять и связать воедино музыку и судьбу известного гитариста, работавшего в самых разных жанрах и при этом придерживавшегося в своей работе одних и тех же жестких принципов. Ссылка на полное описание лекции.

Все лекции — крайне информативные и получившие очень хорошие отзывы от тех, кто их уже увидел и послушал. Форма — большой рассказ с демонстрацией видео и фото. Продолжительность каждой — около двух часов.

Стоимость:
Одна конкретная лекция — 400 р
Две лекции на выбор — 700 р
Все три лекции сразу — 1000 р

Если вам интересно — пишите в бота обратной связи.

​​Московские подписчики, зову вас на первый концерт камерного оркестра im SPIEGEL, который пройдет в ДК «Рассвет» в следующую пятницу, 19 января.

Если название оркестра показалось вам знакомым — то это вполне возможно потому, что вы помните, как в октябре я звал вас на первый концерт ансамбля im SPIEGEL. Камерный оркестр im SPIEGEL — это уже расширенный состав одноименного ансамбля, состоящий из молодых и амбициозных участников камерных оркестров Москвы и Санкт-Петербурга. Играть они хотят музыку, которая не всегда вписывается в рамки той, что обычно дают в отечественных концертных залах, а каждый концерт для них — это большое программное заявление и способ предложить слушателю диалог с музыкой на конкретные темы.

Темы, кстати, совсем не банальные. Так, первый концерт камерного оркестра im SPIEGEL будет посвящен «вечной попытке человека не сойти с ума и удержаться на волнах невротических состояний». В музыкальном плане программа — это американские горки между радостью жизни, сумасбродством и обманчивым умиротворением. За радость будет отвечать первый кончерто гроссо Генделя, за сумасбродство и навязчивую паранойю — «Пять пьес для струнного оркестра» Хиндемита, за попытку привести слушателя обратно к балансу между душевными терзаниями и спокойствием — песенный цикл «Озарения» Бриттена на стихи Рембо.

Как вы сами можете судить, программа и правда крайне интересная и очень необычная. Еще раз — пятница 19 января, ДК «Рассвет», 19:30. Дирижировать оркестром im SPIEGEL будет Джереми Уолкер. Приобрести билеты можно здесь.

​​Марк Иган — Mosaic (Hip Pocket, 1985)

Марк Иган — ученик Жако Пасториуса, бас-гитарист первого состава Pat Metheny Group, участник группы Elements, известный в джазовых и околоджазовых кругах сессионный музыкант. Тем интересней его первый студийный альбом «Mosaic», потому что музыка тут лишь отдаленно напоминает джаз. Издана пластинка была на Hip Pocket, дочернем лейбле знаменитой фирмы Windham Hill, — а Windham Hill, как известно, специализировался на легкой, часто нью-эйджевой инструментальной музыке.

Нью-эйджа хватает и здесь, пусть и специфического. Музыка кружит вокруг трансцендентальных мелодий клавишных и «этнических» мотивов вполне в духе середины 80-х. Но при этом и «легкой» ее назвать нельзя: в композициях на «Mosaic» на первый план выведена продуманная форма, раскрывающаяся за счет искусно вписанных в нее драматических музыкальных жестов. Бас самого Игана то ли немножко грузит, то ли немножко умиротваряет, — словом, работает на парадоксах. Эта музыка зовет к себе. Ее можно, конечно, слушать фоном, но смысла в этом мало. Вы же не смотрите фоном картины на выставке?

Мода на подобное винтажное нью-эйджевое звучание не думает заканчиваться. Доказательство — хотя бы прошлогодний альбом Андре 3000. Западный рынок архивных аудио-редкостей завален переизданиями всяких забытых пластинок такого рода. В конце концов, новые восходящие звезды эмбиента и околоэмбиента все больше не стесняются называть Пэта Мэтини в качестве одного из источников вдохновения. В этой связи интересно, что про «Mosaic» никто толком не вспоминает, хотя Иган сам по себе очень заслуженный музыкант, да и в Pat Metheny Group был сильно ответственен за концептуализацию звучания. Но что ж, бывает. Не все на свете можно заметить. Не все на свете можно познать. Остается иногда просто закрыть глаза. А потом открыть их заново.

YouTube / Spotify / Apple Music

​​Ольга Янчевецкая — Русские романсы (LPV, 1973)

Если вам знакома фамилия — да, Ольга Петровна Янчевецкая была первой супругой Василия Григорьевича Янчевецкого, он же — Василий Ян, автор «Чингисхана», «Батыя», «Спартака» и прочих больших исторических романов сталинского СССР, самого по себе человека с большой биографией. Впрочем, брак их продлился недолго, фактически — с 1909 по 1915-й год. Дальше была революция, и их двоих совсем развезло: она уехала в Стамбул, потом — в Сербию, он остался в России. Сына Михаила своей жене Василий Григорьевич не отдал.

Ольга Петровна сделала в Сербии карьеру актрисы и певицы. Тяжело, долго делала, но все-таки сделала — и пиком ее карьеры, известности стали первые десятилетия после Второй мировой. Помог один очень весомый фактор: в числе поклонников ее таланта был лично Иосип Броз Тито.

Пластинки Янчевецкой постоянно издавались в Югославии 60-70-х. Не знаю уж, повезло ли мне с сербскими контактами, или это просто счастливый случай, но история такая. Недавно в разговоре с молодыми, лет по 20-25, сербскими товарищами зашла речь про русскую музыку. Сразу, первым делом они прислали мне ссылку вот на эту компиляцию песен Янчевецкой. Сказали: «вот это — старый Белград». Я, к своему стыду, про Янчевецкую ничего не знал и имени ее никогда не слышал, но не пройти по ссылке не мог. Прошел — и с открытым ртом встал из-за компьютера минуте уже на второй.

На пластинке, насколько я могу понять, содержатся записи Янчевецкой 60-х годов, сделанные вместе с ее вторым мужем и аккомпаниатором Юрием (Георгием) Азбукиным, ветераном белого движения, тоже в середине 1920-х оказавшимся в Сербии. Название компиляции обманчиво: это скорее не «русские романсы», а 70 на 20 цыганские песни и русские романсы. Тот самый аккомпанемент — сугубо минималистичный: гармонь, бас да бубенчики. Песни — «Чубчик», «Однозвучно звучит колокольчик», «Калитка», да еще почти десяток других, ровно таких же, более чем столетней выдержки. В центре внимания — уносящий куда-то в снега вокал самой Ольги Петровны, абсолютно блестящей исполнительницы, голос который до сих пор, в 2024 году, может нас связать напрямую с нашим прошлым. Она поет то как будто шагает через огонь, озорно и ярко, то с такой душевной болью, что любое иное сердце хочешь не хочешь да отзовется.

Порядок песен на обложке — совершенно не верный, совсем другой. На стриминг-сервисах есть другие компиляции песен Янчевецкой, но я их пока не слушал. От этой не могу оторваться. В середине зимы, снежной ночью — самое то; даже не знаю, какая музыка может подойти больше, лучше.

Слушать

​​Записи трансляций радио KTWV The Wave

В продолжение темы про саунд на стыке джаза, нью-эйджа и вообще общего звукового амбьянса поздних восьмидесятых и ранних девяностых в западных странах. На ютюбе некий японский аккаунт уже давно выложил несколько десятков часов записей трансляций KTWV The Wave — лос-анджелесской радиостанции, траснлировавшей как раз ту музыку, о которой идет речь в начале абзаца, в ту эпоху, о которой тоже идет речь в начале абзаца.

С KTWV фактически начался смут-джаз как феномен. Собственно, программный директор радиостанции изначально и придумал это выражение — «smooth jazz». С такого жанра KTWV, работавшая еще с начала 60-х, и начала смену своего формата в середине восьмидесятых. Дальше в трансляции влилась другая лекая инструментальная музыка, «взрослые» (жанров adult contemporary и софисти-поп) песни, коммерческий эмбиент, популярный «world music» в диапазоне от Каэтану Велосу до Государственного хора Болгарского радио и телевидения. Формат оказался настолько восстребованным, что станции «под KTWV The Wave» открылись практически в каждом крупном рынке США, Канады и Японии, где и просуществовали вплоть до конца 90-х, а иногда — и еще дольше.

В последние годы радиостанция приобрела отдельную известность как один из источников вдохновения для альбома «Magic» Oneohtrix Point Never. Переслушав эту пластинку, не могу сказать, прямо правда это или нет, но такой референс в целом просится для описания музыки Дэниела Лопатина. Еще большее влияние формат KTWV The Wave оказал в целом на всякий старый расслабленный вейпорвейв, сделанный из смус-джазовых сэмплов. Впечатления от прослушивания ярко описывает один из комментариев на ютюбе: «Как будто я вернулся в 1991 год, сел в свою машину и поехал по ночному Лос-Анджелесу».

Говорить исключительно о музыке — хотя на всех доступных записях эфиров KTWV она невероятна — в случае с ютюбовскими записями трансляций было бы ошибочно. Они в целом — включая рекламные ролики, работу ведущих, джинглы, — представляют собой один большой пласт звука. Большой аудио-памятник той эпохе, тем местам, той эстетике и тем вайбам. Голоса ведущих — чистый АСМР, джинглы — звуковое эхо лютого капитализма десятилетки конца истории, общее ощущение — будто с тобой говорит воздух прошлого, где все всегда «окей» и боль, если она и есть, всегда проходит мимо. Все это очень увлекательно, а главное — до сих пор работает как хороший фоновый саундтрек. Иногда ставят прямо прекрасные песни сейчас уже позабытых и мало известных исполнителей, что будет отдельно радостно для любителей «копать» в историю поп-музыки.

Многие записи KTWV были и раньше доступны, но я лично советую те, что выложены на канале kamepo. Для прослушивания вам может понадобиться VPN.

​​Орнетт Коулмен играет с Grateful Dead. Окленд, Калифорния, 23 февраля 1993 года

Не рассказывал об этой истории в своей лекции про Орнетта Коулмена, поэтому расскажу сейчас. В 1987 году Коулмен вместе с пианистом и вечной загадкой Сесилом Тейлором сходили на концерт Grateful Dead. Он вызвал у каждого бурю эмоций. Коулмен, в частности, был поражен, что 100 с небольшим тысяч человек могут настолько радостно реагировать на своеобразную, свободную, абстрактную, трудную испровизационную музыку. «Если они могут так делать — значит я могу».

Чтобы узнать, как надо так делать, Орнетт решил познакомиться с Джерри Гарсиа, бессменным лидером Grateful Dead. Знакомство переросло в спорадическое музыкальное товарищество. Гитара Гарсиа звучит на трех композициях с альбома Коулмена «Virgin Beauty» 1989 года — и, кстати говоря, как раз эти три трека бывалые поклонники Коулмена, которые мне встречались, очень сильно не любят. Говорят, что Гарсиа не понял музыки, а Коулмен не понял, зачем ему Гарсиа. Ну, предположим, что так и было.

Вторая встреча получилась куда убедительней. Свои концерты Grateful Dead играли в два отделения: первое — просто песни, второе — продолжительное поппури как минимум на час, для которого приберигались самые изобретательные и самые свободные импровизации. Именно в середине второго отделения концерта 23 февраля 1993 года в Окленд-Аламеда Каунти Колизеум на сцену к группе поднялся Орнетт Коулмен. Grateful Dead иногда игали с приглашенными саксофонистами — до этого концерта у них было выступление с Брэдфордом Марсалисом, после будет с Дэвидом Мюрреем, — но Орнетт это Орнетт. Другая величина, иное мышление, сила личности. Могло случиться всякое.

Не случилось. Вышло очень хорошо. Этот отрезок из большого концерта группы, уже к тому времени находившейся в затянувшимся периоде затухания, очень интересно слушать. Начинается он с необычного выступления Коулмена на барбанной импровизации, так назваемой «Drums», продолжается — чистой свободной импроивзацией, так называемой «Space», где у Орнетта в руках уже более привычный слушателям инструмент. Саксофон Коулмена узнаваем сразу, отлично вписывется в звучание и на лету создает диалог между орнеттовским джазом, орнеттовским опытом в музыке и самими Grateful Dead с их странной истерзанной историей, в которой было всякое. Коулмен отлично звучит на медленной балладе «Stella Blue», отзываясь на каждую спетую Гарсиа строчку очень лиричными проигрышами, ну а на «Turn On the Bright Light», старой ритм-н-блюзовой песне, он чувствует себя вообще полностью в своей тарелке. Все-таки Коулмен начинал «холлером», заводилой в бигбэндовом ансамбле, да и классический ритм-н-блюз успел в молодости поиграть.

Вышло красиво. Яростно. Ярко. Убидеительно.

Relisten / Archive / Youtube

​​Даг Хрим Блант

Почему-то вспомнилось, как в Москву приезжал Даг Хрим Блант — записной аутсайдер из Сан-Франциско, который в 1980-х собрал свою группу, толком не умея играть на инструментах, и записал с десяток песен. Мощных, фанковых, странных, проникновенных песен. В 2015-м лейбл Luaka Bop издал эту музыку отдельным релизом «My Name Is Doug Hream Blunt», а через год привез Бланта на «Стрелку», где он выступил в сопровождении модных тогда московских музыкантов (например, на гитаре на том концерте играл Евгений Горбунов).

Мне тогда, за пару дней до концерта, посчастливилось встретиться с Блантом и Эриком Найстремом, менеджером Luaka Bop, сопровождавшим артиста. Блант был, скажем так, далеко не в идеальном состоянии здоровья, после инсульта, говорил откровенно плохо, но все равно выглядел бодрым. По итогам разговора с ним и Найстремом получилось интервью, опубликованное на «Афише». В этом материале нет ничего необычного, но он, на мой взгляд, хорошо объясняет прелесть и феномен Бланта, да и сам по себе разговор получился достаточно колоритным. Концерт тоже был отличным — правда, если быть откровенным, на 99% это была заслуга тех самых модных московских музыкантов, которые музыку очень хорошо прочувствовали и исполнили. Но, понятно, в целом на это и был рассчет организаторов.

С тех пор про Дага Хима Бланта успел выйти документальный фильм, но это было еще перед пандемией. После нее — ни новостей, ни известий, ничего. Думаю — надеюсь — с Блантом насколько это возможно все в порядке. Надеюсь, что по итогам затеи Luaka Bop музыкант все-таки получил немного денег. А музыку его ничего не мешает любить и сейчас.

Послушать «My Name Is Doug Hream Blunt»: Spotify / Apple Music / Youtube

А вообще — такая просьба к дорогим подписчикам. Если кто-то из вас уже покупал мои лекции, послушал их или даже присутствовал на них — напишите мне, пожалуйста, как вам. Понравилось/не понравилось? Зашло/не зашло? Хочется узнать, что вы о них думаете. Это поможет двигаться вперед. Спасибо!

​​Интересные новости одной строкой: Конде Наст переводят Пичфорк под редакцию GQ, увольняют главреда и сокращают большую часть команды. Остатки былых 2010-х добиваются а американских медиа повсеместно, так что логично. Но, честно говоря, по боьшому счету — совершенно пофиг. Хоть пусть уже даже закроют к чертям; ни холодно, ни жарко.

​​Джо Пасс — The Stones Jazz (World Pacific, 1967)
Sounds of Synanon (Pacific Jazz, 1962)

Немного теплой музыки. Джо Пасс — вообще-то серьезный джазовый гитарист, виртуоз (его главный альбом так и называется — «Virtuoso»), но в его карьере бывали странности и вот такие пластинки: полчаса легких джазовых переделок хитов The Rolling Stone плюс одна собственная вещь Пасса, озаглавленная «Stone Jazz». Записано все за одну ночь в Лос-Анджелесе, в сопровождении других первоклассных и при этом не то чтобы самых известных музыкантов. Не звезд. Очевидно, рассчет у лейбла World Pacific был очень простой: быстро сделать, быстро записать, быстро выпустить на рынок, пока The Rolling Stones еще тепленькие. Музыкантам — гонорар, который ой как нужен при отсутствии работы, себе — чуть прибыли на волне популярности британской рок-группы.

Альбом этот любить не принято: фанаты Пасса воротят нос, а критики пишут, что слушать там нечего. Я не согласен. Во-первых, аранжировки хитов The Rolling Stones тут абсолютно блестящие, необычные, вообще переворачивающие песни с ног на голову, не лишая их узнаваемых мелодий и ходов. Вот, скажем, версия «Paint It, Black», послушайте. Во-вторых, сам Пасс очень хорош: его соло сыграны идеально, без лишних нот, с чувством, с глубоким профессионализмом и при этом с изрядной фантазией.

У самого Пасса в принципе были интересная жизнь и интересная творческая судьба. Карьеру он начал очень поздно, когда ему было за тридцать, потому что перед тем десять лет был героиновым наркоманом. Из аддикции ему помогло выбраться товарищество «Синанон», рехаб для хиппи и творческих людей в Санта-Монике, который постепенно и потихоньку с течением времени превратился в тоталитарную секту, с убийствами, расчлененнкой и прочими историями. До этого, к счастью для Пасса, гитарист в «Синаноне» не продержался — но при этом первый альбом с его участием назывался «Sounds of Synanon» и был полностью профинансирован тогда еще рехабом. «Синанон» даже обеспечил небольшую медийную поддержку Пассу и его группе, пару раз пристроив их на телевизионные американские телепрограммы. Пластинка, кстати, тоже замечательная, пусть и довольно для того времени стандартная. Но вообще о Пассе в целом — в другой раз, потому что рассказывать про него можно долго.

«The Stones Jazz»: Spotify / Apple Music / Youtube / Яндекс Музыка

«Sounds of Synanon»: Spotify / Apple Music / Youtube / Яндекс Музыка

И напоминаю.

Друзья и подписчики! Вы можете приобрести записи трех моих лекций про культовых фигур в истории джаза.

Доступны:
1. Лекция «Кит Джарретт: обманщик и(ли) волшебник?» — подробный рассказ о влиятельнейшем пианисте, самобытном композиторе и импровизаторе, методы музицирования которого вызывали и продолжают вызывать совершенно противоположные чувства среди меломанов всего мира. Ссылка на полное описание лекции.

2. Лекция «Орнетт Коулмен: разговор на всех языках сразу» — экскурсия по биографии, карьерному пути и основных творческих концепциях великого саксофониста, композитора и мыслителя, который изменил всю музыку двадцатого века. Ссылка на полное описание лекции.

3. Лекция «Пэт Мэтини: жизнь яркого размера» — попытка понять и связать воедино музыку и судьбу известного гитариста, работавшего в самых разных жанрах и при этом придерживавшегося в своей работе одних и тех же жестких принципов. Ссылка на полное описание лекции.

Все лекции — крайне информативные и получившие очень хорошие отзывы от тех, кто их уже увидел и послушал. Форма — большой рассказ с демонстрацией видео и фото. Продолжительность каждой — около двух часов.

Стоимость:
Одна конкретная лекция — 400 р
Две лекции на выбор — 700 р
Все три лекции сразу — 1000 р

Если вам интересно — пишите в бота обратной связи.

​​Традиционная рубрика «песня вечером в пятницу». Почему бы и не такая. Пятницы бывают разными.

​​Умерла Мэри Уайсс, лид-вокалистка The Shangri-Las, королева американской подростковой музыки ранних 1960-х годов. Ее голос звучал на «Remember Walking In the Sand», «Leader of the Pack», «Out In the Streets», «The Train From Kansas City» и на других прекрасных, вечных, наивных, иногда страшных песнях-мелодрамах ансамбля. Каждая эмоция в музыке The Shangri-Las была взвинчена до предела, любой подростковый любовный роман выдавался за дело жизни и смерти, и в первую очередь — благодаря звонкому, мощному, крикливому голосу Уайсс. Получались музыка, которая перетряхивает что-то внутри — особенно, если услышать ее в нужном возрасте. Больше половины своей жизни я лично думаю, что американская поп-культура в целом создала очень мало чего мощней последнего куплета в «Remember (Walking In the Sand)»

После распада The Shangri-Las бывшая вокалистка фактически перестала заниматься музыкой, в итоге избрав карьеру дизайнера мебели и интерьеров. В 2007 году, когда ей было уже почти шестьдесят, Уайсс совершенно неожиданно выпустила альбом, записанный вместе с отличной гаражной группой The Reigning Sound. Он вышел прекрасным. Голос Уайсс оставался узнаваемым — даже ровно таким же, каким и был.

When I say I’m in love, you best believe I’m in love L-U-V.