Мечтают ли электроприсяжные об электровердиктах в электросудах?

Втф, ЭЛЕКТРОСУД?
я так понимаю, электросамокаты это только начало

В начале месяца компания McDonald’s опубликовала на корпоративном сайте заявление о том, что "искусственный интеллект не устанавливает цены в McDonald’s". С чего вообще возник этот спекулятивный заголовок?

За пару дней до корпоративного пресс-релиза на Reuters появилась статья с расследованием: журналисты изучили внутреннюю систему ценообразования McDonald’s и поговорили с девятью источниками, знакомыми с ее работой. Журналисты пришли к выводу, что по всей видимости McDonald’s использует динамическое ценообразование для своих франчайзи, в основе которого лежит их алгоритм, отслеживающий спрос клиентов и стоимость ингридиентов для отдельных позиций.

Не успели, так сказать, "чернила высохнуть", а 2 октября против корпорации подали коллективный антимонопольный иск, не от франчайзи, а от потребителя. Майкл Томас утверждает, что покупатели McDonald’s переплачивали за продукцию вследствие использования централизованной системы алгоритмического ценообразования.

В США около 95% ресторанов McDonald’s управляются независимыми предпринимателями по договорам франшизы. Это означает, что они работают под общим брендом, но являются самостоятельными хозяйствующими субъектами. Соседствующие рестораны одной сети могут принадлежать разным владельцам и конкурировать между собой.

По мнению истца McDonald’s создала систему, благодаря которой независимые конкуренты фактически координируют цены, получая рекомендации от головной компании. Это происходит благодаря той самой алгоритмической системе: McDonald’s использует метод расчета рекомендуемых цен на базе ИИ.

Как она работает: в систему поступает информация о продажах, стоимости продуктов, структуре заказов и других показателях работы ресторанов франчайзи. На основе этих данных система рекомендует стоимость отдельных позиций меню для всех франчайзи в определенном районе.

В целом нет ничего криминального в том, что компания заинтересована в прибыльности своего бизнеса и регулирует минимальные рекомендованные цены на продуктовые позиции, избегая демпинга на рынке. Но в данном деле речь идет о том, что в основу расчетов были заложены непубличные коммерческие данные конкурентов-франчайзи - такие как стоимость закупок или уровень спроса, как следствие их цены оказываются взаимозависимыми.

По информации журналистов, система могла рекомендовать повышение цены на определенные продукты после того, как аналогичное повышение произошло как минимум в 30% ресторанов сети. И это уже выглядит как механизм согласования ценового поведения конкурентов.

Основные требования основаны на §1 американского Закона Шермана (Sherman Antitrust Act), запрещающем антиконкурентные соглашения и согласованные действия.
Истец предлагает смотреть на ценовые рекомендации франчайзи как на модель ценового сговора через общего посредника.

Американские суды уже рассматривают несколько дел, в которых общие алгоритмы ценообразования обвиняют в ограничении конкуренции. Например, в августе 2024 Министерство юстиции США подало иск против RealPage, разработчика программного обеспечения для управления арендной недвижимостью. По версии ведомства, конкурирующие арендодатели передавали разработчику непубличные сведения о стоимости аренды и заполняемости объектов, а система использовала эти данные для расчета рекомендуемых ставок. В результате собственники могли "косвенно" ограничивать ценовую конкуренцию.

Проблема алгоритмического ценообразования актуальна и для российского рынка. Еще в 2019 экспертного совета ФАС России подготовили рекомендации по использованию ценовых алгоритмов в торговле. В пункте 4.7 прямо указывается, что использование ценовых алгоритмов, в том числе конкурентами, по общему правилу допустимо. Однако запрещаются соглашения, предусматривающие взаимозависимое ценообразование с помощью таких инструментов, если для них отсутствуют предусмотренные законом основания допустимости.

Фактически, если засунуть голову в любую платформу гиг-экономики, окажется, что все это один цифровой картель...

Бесконечное продление лета. Пионерские галстуки не обязательны.

Американская компания Character.AI (Character Technologies) подала заявление о банкротстве в суд штата Делавэр, и документы, раскрытые в этом деле пролили много света на то, что происходит с экономикой ИИ сервисов.

История Character.AI началась в 2021, ее основали бывшие исследователи Google Ноам Шазир и Дэниел де Фрейтас. Платформа позволяла создавать виртуальных персонажей и поддерживать с ними диалог.

Продукт быстро стал популярным не только у пользователей, но и у инвесторов: в марте 2023 Character.AI привлекла 150 млн долларов инвестиций. Спустя год компания Google заплатила Character.AI 2,7 млрд долларов за неисключительную лицензию на технологию языковых моделей. Именно с того момента, когда крапленые гугловские доллары коснулись Character.AI, судьба платформы ушла в крутое пике.

Как и любой подписочный сервис Character.AI не смог покрывать свои операционные расходы только подпиской, компания постепенно стала отказываться от разработки собственных языковых моделей в пользу более простых сторонних решений.

Согласно декларации генерального директора Колина Адамса во второй половине 2024 операционные расходы компании без учета юридических затрат составляли в среднем 21,9 млн долларов ежемесячно, из которых 13,8 млн долларов приходились на вычислительные мощности. При этом выручка за весь 2024 составила лишь 7,4 млн долларов.

В 2025 году компания сократила персонал, перешла на более дешевые вычислительные мощности, начала использовать открытые модели и ввела рекламу в переписках пользователей. На какое-то время расходы снизились, а выручка выросла, но даже так компания не смогла приблизиться к окупаемости: параллельно компания столкнулась с чередой юридических конфликтов и обвинений в том, что сервис является небезопасным.

Еще в октябре 2024 мать 14-летнего подростка, погибшего в результате самоубийства, предъявила иск к Character.AI, утверждая, что взаимодействие с чат-ботом способствовало формированию эмоциональной зависимости и причинению вреда ребенку.

В сентябре 2025 Федеральная торговая комиссия США (FTC) запросила информацию у разработчиков ИИ компаньонов, включая Character.AI., с целью установить какие меры предпринимаются для защиты несовершеннолетних и безопасности общения.

Также в сентябре Disney потребовала прекратить использование в качестве дизайна компаньонов принадлежащих ей персонажей. Disney опасалась не только нарушения своих авторских прав, но и использования персонажей в сексуализированных и потенциально опасных диалогах с пользователями.

Character.AI усиливала контроль за содержанием переписок и к концу 2025 полностью ограничила для несовершеннолетних возможность общения с чат-ботами.

С начала 2026 разбирательства и расследования продолжались, к августу компания потратила 56,1 млн долларов на вычислительные мощности и еще 19,7 млн долларов на персонал, 2,8 млн долларов принесли подписки и 2,5 млн долларов - реклама, операционные расходы без юридических затрат при этом составляли 13,3 млн долларов.

Токсичный образ компании и потенциальные юридические риски осложнили поиск финансирования, продолжающиеся расследования, а также регуляторная неопределенность привели к тому, что даже привлеченные консультанты не смогли найти заинтересованных инвесторов.

Выходом стало банкротство по процедуре, предусмотренной главой 11 Кодекса США о банкротстве. Процедура позволяет сохранить деятельность компании и организовать продажу активов под контролем суда. Основная цель Character.AI - продать активы и впоследствии урегулировать требования кредиторов в рамках ликвидационного плана.

Первым заинтересованным лицом стала Disney, которая предложила 20 млн долларов за бессрочную неисключительную лицензию на определенные технологии и объекты интеллектуальной собственности Character.AI.

Однако 14 октября 2026 в деле случилась прокурорская интервенция: коалиция 40 генеральных прокуроров штатов США обратилась в суд с требованием учитывать защиту несовершеннолетних и конфиденциальность пользовательских данных при продаже бизнеса.

Они обратили внимание на огромный массив чувствительной информации, накопленной платформой: личные переписки, сведения о психологическом состоянии, поведении и интересах пользователей. По их мнению, продажа активов не должна превращаться в бесконтрольную передачу таких данных новому владельцу.

Итак, что мы узнали, о чем еще не знали (в целом все знали, все предвидели)? Ожидаемо, что высокая пользовательская активность не гарантирует окупаемости, особенно, когда для развития платформы нужно привлекать дорогостоящие вычисления.

Во-вторых, инвестиции на первоначальном этапе не гарантируют, что на рынке не появятся более универсальные сервисы, которые перетянут к себе аудиторию.

В-третьих, legal by design помогает в долгосрочной перспективе сохранить бизнесу финансовую устойчивость и защитить бренд от обвинений в нарушении закона, а также не превратить продукт в токсичный актив, в который не хотят инвестировать.

В-четвертых, не берите крапленых долларов от Google, даже если вы раньше на них работали, их прямые или косвенные инвестиции в сервисы это такое же проклятье как список Forbes 30 до 30 (штука! или нет?)...

Автор тг-канала - это социальный конструкт.

И у этой социальной конструкции сегодня день рождения!

Поэтому «без умных постов» (с), бюджет на подарки отправьте собачкам и кошечкам в фонд ЮНА.

Пять минут до бесконечного ослепления от того, что происходит в практике судов. Надевайте панамки и солнечные очки (я уже) и присоединяйтесь к нам!

Коллеги, приходите к нам в гости на онлайн трансляцию ИИ дня EDPC!

Стартуем в 10:00 💙

ТРАНСЛЯЦИЯ VK | YOUTUBE

Киберспоры с Киберленинкой дошли до Киберсуда.

В июне 2013 Александр Чернышев предоставил ООО «Медиамузыка» исключительную лицензию на использование своих научных статей.

Впоследствии статьи обнаружились на сайте электронной библиотеки «Киберленинка», принадлежащем ООО «ИТЕОС».

Все началось с того, что «Медиамузыка» обратилась в арбитражный суд и добилась компенсации за неправомерное использование статей. В одном из инициированных компанией дел №А40-21735/2022, суд установил, что при публикации на сайте в статьи были внесены изменения: из текстов удалили сноски, подзаголовки и графические элементы, вместо которых появились некорректные символы, а рекламные баннеры разрывали части статей.

После успешного взыскания компенсации с владельца сайта в арбитражном суде собственные требования к нему предъявил автор - Александр Чернышев.

Он потребовал 160000 рублей за нарушениеисключительного права и 80000 рублей компенсации морального вреда за искажение двух его произведений.

Симоновский районный суд Москвы отказал в иске (дело 02-7251/2022), сославшись на предоставленную исключительную лицензию ООО «Медиамузыка» и уже взысканную компенсацию на нарушение прав на статьи: повторное возмещение за те же случаи использования суд счел недопустимым.

Требование о моральном вреде было отклонено из-за недоказанности искажения произведений. Суд указал, что устанавливающее его решение арбитражного суда якобы еще не вступило в законную силу.

После нескольких обжалований дело оказалось в Верховном суде, где судебная коллегия по гражданским делам была вынуждена навести некоторый порядок. В Определении от 8 сентября 2026 №5-КГ26-86-К2 суд довольно очевидно пришел к выводу, что взыскание компенсации лицензиатом не лишает автора защищать свое произведение от искажений, довод суда о неприменимости выводов из решения арбитражного суда - ошибочен, так как решение по делу №А40-21735/2022 вступило в силу до решения районного суда (автор выступал в этом деле третьим лицом).

Также суд ткнул носом в довольно логичное умозаключение: право автора и право на неприкосновенность произведения не взаимозависимы. Правильно указанное имя автора не исключает нарушения неприкосновенности текста. В итоге дело было направлено на новое рассмотрение в апелляцию.

Если вы составляете цифровую библиотеку с ретро-фильмами или публичный репозиторий с произведениями важно помнить, что наличие разрешения на воспроизведение, а иногда и на переработку, не снимает вопроса о допустимости изменений при конвертации, верстке и публикации материала, особенно, если вы как и многие другие сайты размещаете рекламу или различные динамические баннеры (так что всякие технические особенности отображения материала лучше заранее предусмотреть во всех сквозных договорах, обуславливающих размещение).

Благодаря Саше теперь мы знаем за каким делом нужно следить с попкорном!

Дело 02-7637/2026

Вчерашний вечер прошел в прочтении «Красного цветка» и «Четырех дней» Всеволода Гаршина, рассказы сами по себе изумительно точно и кинематографично описывают поток человеческого сознания, поэтому, если вы у Гаршина читали только «Лягушку-путешественницу» - время расширить горизонты.

В рассказе «Четыре дня» есть любопытная деталь: герой упоминает «патентованную английскую винтовку Пибоди и Мартини», с которой турецкий солдат пытался защититься от русских.

В 1862 американский изобретатель Генри Оливер Пибоди получил патент США №35947 на усовершенствованный «механизм казнозарядного оружия». Его конструкция позволяла заряжать винтовку со стороны казенной части ствола при помощи подвижного затвора.

Несколько лет спустя швейцарский инженер Фридрих фон Мартини усовершенствовал конструкцию Пибоди, заменив наружный курок внутренним ударным механизмом. Свои решения он тоже защитил патентами: №90614 и №132222.

В апреле 1869 Пибоди и компания Providence Tool Company инициировали в Лондоне судебное разбирательство против Мартини о нарушении патентных прав. Мартини не отрицал, что использовал конструкцию Пибоди, но утверждал, что лежащий в ее основе принцип качающегося затвора был известен и раньше, а потому не мог принадлежать изобретателю - то есть Пибоди.

Согласно историческим справкам, Мартини удалось успешно отстоять эту позицию в суде.

Иронично, что в 1873 роли поменялись: Providence Tool Company получила крупный заказ на производство 600000 винтовок для Османской империи.

И тут уже Мартини предъявил претензии в связи с использованием своих запатентованных усовершенствований.

Спор урегулировали в октябре 1873: Пибоди и Providence Tool Company согласились признать вклад Мартини и выплачивать ему по два английских шиллинга за каждую произведенную винтовку, а имя Мартини также стали указывать вместе с именем Пибоди.

Именно так на оружии появилась маркировка «Peabody & Martini Patents», о которой говорит герой рассказа.