Кёнигсберг и Калининград до сих пор существуют рядом, но не вместе.
Я впервые приехала в Калининград и заметила, что меня тянет к тому, что построено до 1945 года: Кафедральный собор, старые дома, замки, форты. Туда хочется войти, рассмотреть стены, задержаться.
А то, что построено позже, даже красивое, меня не привлекало. Как будто оно ещё не срослось с местом.
Потом подумала: не срослось — со мной. У гостя здесь нет двора, нет остановки, нет детства. Взгляд ищет то, что уже выглядит законченным, и находит довоенный кирпич. А послевоенное держится чужими жизнями, которых я не знаю. Для тех, кто здесь вырос, это просто дом.
И всё же здесь это ощущение острее, чем в других городах.
После войны Калининград сменил страну, название и почти всё население. Большинство прежних жителей бежали или были изгнаны. Новая жизнь началась в пространстве, которое построили другие люди. Немецкое прошлое долго старались не замечать. В центре до сих пор можно наткнуться на пустоту — на дыру, где стоял замок.
В системном подходе мы знаем: у тех, кто был раньше, остаётся своё место. Человека можно исключить из разговоров, но его принадлежность от этого не исчезает. Он остаётся как пустота, на которую натыкаются потом. В семье это видно по симптомам, по повторяющимся судьбам, по детям, которые словно продолжают жизнь того, о ком нельзя говорить.
Можно ли переносить это на целый город, я не знаю. Семья — не крепость и не область. У тех, кто приехал после 1945-го, тоже есть свои мёртвые и своя память о войне. И «кто был раньше» не начинается с немцев. Поэтому я беру это как образ, через который пробую понять, на что наткнулась.
Но я заметила и другое. Местные жители и гиды говорят о немецком наследии с любовью. Как о части своего города.
На языке расстановок это похоже на системную совесть: исключённому постепенно возвращают место. С улицы это выглядит проще. Кирпич стал своим. Руина стала своей. В паспорте Калининград, между собой часто Кёниг. Двойное имя здесь — форма жизни.
Возможно, любовь местных к прежнему Кёнигсбергу — один из способов признать тех, кто жил здесь раньше, не отменяя тех, кто живёт сейчас.
Можно ли сделать место своим не вопреки его прошлому, а вместе с ним?
Я впервые приехала в Калининград и заметила, что меня тянет к тому, что построено до 1945 года: Кафедральный собор, старые дома, замки, форты. Туда хочется войти, рассмотреть стены, задержаться.
А то, что построено позже, даже красивое, меня не привлекало. Как будто оно ещё не срослось с местом.
Потом подумала: не срослось — со мной. У гостя здесь нет двора, нет остановки, нет детства. Взгляд ищет то, что уже выглядит законченным, и находит довоенный кирпич. А послевоенное держится чужими жизнями, которых я не знаю. Для тех, кто здесь вырос, это просто дом.
И всё же здесь это ощущение острее, чем в других городах.
После войны Калининград сменил страну, название и почти всё население. Большинство прежних жителей бежали или были изгнаны. Новая жизнь началась в пространстве, которое построили другие люди. Немецкое прошлое долго старались не замечать. В центре до сих пор можно наткнуться на пустоту — на дыру, где стоял замок.
В системном подходе мы знаем: у тех, кто был раньше, остаётся своё место. Человека можно исключить из разговоров, но его принадлежность от этого не исчезает. Он остаётся как пустота, на которую натыкаются потом. В семье это видно по симптомам, по повторяющимся судьбам, по детям, которые словно продолжают жизнь того, о ком нельзя говорить.
Можно ли переносить это на целый город, я не знаю. Семья — не крепость и не область. У тех, кто приехал после 1945-го, тоже есть свои мёртвые и своя память о войне. И «кто был раньше» не начинается с немцев. Поэтому я беру это как образ, через который пробую понять, на что наткнулась.
Но я заметила и другое. Местные жители и гиды говорят о немецком наследии с любовью. Как о части своего города.
На языке расстановок это похоже на системную совесть: исключённому постепенно возвращают место. С улицы это выглядит проще. Кирпич стал своим. Руина стала своей. В паспорте Калининград, между собой часто Кёниг. Двойное имя здесь — форма жизни.
Возможно, любовь местных к прежнему Кёнигсбергу — один из способов признать тех, кто жил здесь раньше, не отменяя тех, кто живёт сейчас.
Можно ли сделать место своим не вопреки его прошлому, а вместе с ним?
🔥6❤4
Размышляю, какую сказку выбрать для расстановки на очередной встрече цикла «Открытый Круг», куда я продолжаю приглашать всех желающих.
Тема сентября — «Мои желания. Когда жизнь откладывается на потом». На этот раз встречаемся 24 сентября в 18.30 очно, в тихом удобном месте на Владимирской.
Посмотрим, что происходит, когда для собственной жизни всё время находится какое-нибудь условие:
✨ когда я закончу все дела;
✨ когда буду достаточно готова;
✨ когда появится тот, кто меня разбудит;
✨ когда мне наконец разрешат.
И я решила спросить у вас, какая сказка больше откликается по этой теме. В моём списке три кандидата, и в каждом я вижу своё «потом».
♥️ «Золушка»
«Сначала я закончу всё необходимое — и тогда начнётся моя жизнь».
Но дела не заканчиваются. На место одного задания мачеха тут же ставит другое. Золушка как будто должна заслужить право выйти из дома, надеть красивое платье, оказаться на балу. А пока её желание подождёт.
Даже когда она попадает на бал, время ограничено: в полночь волшебство закончится. Как будто для желанной жизни можно получить лишь короткое разрешение.
♥️ «Спящая красавица»
«Я словно сплю и жду, когда придёт моё время».
Героиня и всё вокруг неё застывают на сто лет. Жизнь словно сохранена, но до неё пока не добраться. Нужно дождаться пробуждения.
В этой сказке мне откликается само ожидание: когда наступит нужный час, когда появится тот, кто разбудит, когда наконец можно будет жить.
♥️ «Волшебник Изумрудного города»
«Вот стану достаточно умной, смелой, готовой — и тогда смогу».
Страшила находит решения, Железный Дровосек умеет сострадать, Лев идёт вперёд вместе со страхом. Они уже проявляют то, за чем идут к Гудвину, но пока им нужно его подтверждение.
Здесь я вижу вечную подготовку: ещё немного поучиться, получить недостающее, дождаться, когда кто-то скажет: «Теперь ты можешь».
Какая из этих сказок вам ближе в теме «отложенной жизни»? Проголосуйте в опросе ниже 🍁
Тема сентября — «Мои желания. Когда жизнь откладывается на потом». На этот раз встречаемся 24 сентября в 18.30 очно, в тихом удобном месте на Владимирской.
Посмотрим, что происходит, когда для собственной жизни всё время находится какое-нибудь условие:
✨ когда я закончу все дела;
✨ когда буду достаточно готова;
✨ когда появится тот, кто меня разбудит;
✨ когда мне наконец разрешат.
И я решила спросить у вас, какая сказка больше откликается по этой теме. В моём списке три кандидата, и в каждом я вижу своё «потом».
«Сначала я закончу всё необходимое — и тогда начнётся моя жизнь».
Но дела не заканчиваются. На место одного задания мачеха тут же ставит другое. Золушка как будто должна заслужить право выйти из дома, надеть красивое платье, оказаться на балу. А пока её желание подождёт.
Даже когда она попадает на бал, время ограничено: в полночь волшебство закончится. Как будто для желанной жизни можно получить лишь короткое разрешение.
«Я словно сплю и жду, когда придёт моё время».
Героиня и всё вокруг неё застывают на сто лет. Жизнь словно сохранена, но до неё пока не добраться. Нужно дождаться пробуждения.
В этой сказке мне откликается само ожидание: когда наступит нужный час, когда появится тот, кто разбудит, когда наконец можно будет жить.
«Вот стану достаточно умной, смелой, готовой — и тогда смогу».
Страшила находит решения, Железный Дровосек умеет сострадать, Лев идёт вперёд вместе со страхом. Они уже проявляют то, за чем идут к Гудвину, но пока им нужно его подтверждение.
Здесь я вижу вечную подготовку: ещё немного поучиться, получить недостающее, дождаться, когда кто-то скажет: «Теперь ты можешь».
Какая из этих сказок вам ближе в теме «отложенной жизни»? Проголосуйте в опросе ниже 🍁
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤1
Какая сказка вам больше отзывается, когда вы думаете об отложенной жизни?
Anonymous Poll
15%
Золушка
23%
Спящая красавица
69%
Волшебник изумрудного города
После встреч «Открытого Круга» я ухожу с ощущением эйфории. Хочется поделиться тем, что поведала нам сказка. И ещё долго она продолжает раскрываться: идёшь по обычным делам — и вдруг узнаёшь эпизод из расстановки. Всплывает чья-то фраза. И про себя становится понятнее.
Это одна из причин, почему я веду эти встречи.
Вторая — мне самой хочется бывать в таком кругу. Где можно быть живой и искренней, прислушиваться к своим желаниям и говорить о них вслух, не подбирая заранее правильную формулировку.
Я создаю встречи, на которые сама пошла бы с удовольствием.
Особенно люблю моменты, когда у участников рождаются открытия. В знакомой с детства истории вдруг становится видно своё. А потом сказка приходит к финалу, на котором вся группа выдыхает. Вот тогда мне особенно ясно, зачем мы собрались.
Каждая сказка поворачивается ко мне новой стороной. В детстве мы следили за приключениями героев, переживали за них, ждали счастливого конца. Теперь смотрим взрослыми глазами и замечаем сценарии, которые повторяются в нашей жизни.
Почему герой остаётся там, откуда давно хочет уйти? Чьего разрешения ждёт? Чего он на самом деле хочет?
Это необычно каждый раз. Я выбираю тему, готовлю упражнение, продумываю ход — но что именно откроется в этой истории, заранее не знает никто, включая меня.
В сентябре мы продолжаем тему желаний. Начнём с расстановочных упражнений. Мне хочется, чтобы у каждой была возможность примерить свои желания и посмотреть на них с новой стороны. Различить, где к собственному «хочу» примешались чужие ожидания, привычные требования к себе и надежда, что однажды всё сложится само.
Когда это удаётся различить, желание может оказаться ближе к реальности. Понятнее, чего именно хочется. И какое движение к этому возможно уже сейчас.
Тема — «Мои желания. Когда жизнь всё время начинается потом».
Сказку выбираем вместе, голосование идёт (постом выше ☝️)
📅 24 сентября, четверг, 18:30
📍 Санкт-Петербург, м. Владимирская, ул. Достоевского, д. 30, пом. 10. Тренинг-центр «Опора» (домофон 100В),
⏱️ 3,5 часа
💳 2 500 ₽
Если вы никогда не были на расстановках, вы тоже можете прийти. Здесь не нужно ничего уметь заранее.
Для записи и вопросов напишите мне @AllaGeisler
Это одна из причин, почему я веду эти встречи.
Вторая — мне самой хочется бывать в таком кругу. Где можно быть живой и искренней, прислушиваться к своим желаниям и говорить о них вслух, не подбирая заранее правильную формулировку.
Я создаю встречи, на которые сама пошла бы с удовольствием.
Особенно люблю моменты, когда у участников рождаются открытия. В знакомой с детства истории вдруг становится видно своё. А потом сказка приходит к финалу, на котором вся группа выдыхает. Вот тогда мне особенно ясно, зачем мы собрались.
Каждая сказка поворачивается ко мне новой стороной. В детстве мы следили за приключениями героев, переживали за них, ждали счастливого конца. Теперь смотрим взрослыми глазами и замечаем сценарии, которые повторяются в нашей жизни.
Почему герой остаётся там, откуда давно хочет уйти? Чьего разрешения ждёт? Чего он на самом деле хочет?
Это необычно каждый раз. Я выбираю тему, готовлю упражнение, продумываю ход — но что именно откроется в этой истории, заранее не знает никто, включая меня.
В сентябре мы продолжаем тему желаний. Начнём с расстановочных упражнений. Мне хочется, чтобы у каждой была возможность примерить свои желания и посмотреть на них с новой стороны. Различить, где к собственному «хочу» примешались чужие ожидания, привычные требования к себе и надежда, что однажды всё сложится само.
Когда это удаётся различить, желание может оказаться ближе к реальности. Понятнее, чего именно хочется. И какое движение к этому возможно уже сейчас.
Тема — «Мои желания. Когда жизнь всё время начинается потом».
Сказку выбираем вместе, голосование идёт (постом выше ☝️)
📅 24 сентября, четверг, 18:30
📍 Санкт-Петербург, м. Владимирская, ул. Достоевского, д. 30, пом. 10. Тренинг-центр «Опора» (домофон 100В),
⏱️ 3,5 часа
💳 2 500 ₽
Если вы никогда не были на расстановках, вы тоже можете прийти. Здесь не нужно ничего уметь заранее.
Для записи и вопросов напишите мне @AllaGeisler
🔥2❤1
Завтра на «Открытом Круге» будем расставлять «Волшебника Изумрудного города» — эта сказка победила в нашем голосовании.
И я очень рада. Это моя самая любимая сказка детства. Первую книгу перечитывала много раз. Другие части было не достать, и я хорошо помню, как ходила их читать в читальный зал библиотеки.
Теперь встретимся с этой сказкой взрослым взглядом.
Завтра продолжим тему «Мои желания. Когда жизнь всё время начинается потом». Будут расстановочные упражнения со своими желаниями и общая расстановка сказки.
📅 24 сентября, 18:30
📍 СПб, м. Владимирская, Достоевского, 30, пом. 10. Центр «Опора», домофон 100В
⏱️ 3,5 часа · 2 500 ₽
Ещё можно присоединиться. Для записи напишите мне @AllaGeisler.
И я очень рада. Это моя самая любимая сказка детства. Первую книгу перечитывала много раз. Другие части было не достать, и я хорошо помню, как ходила их читать в читальный зал библиотеки.
Теперь встретимся с этой сказкой взрослым взглядом.
Завтра продолжим тему «Мои желания. Когда жизнь всё время начинается потом». Будут расстановочные упражнения со своими желаниями и общая расстановка сказки.
📅 24 сентября, 18:30
📍 СПб, м. Владимирская, Достоевского, 30, пом. 10. Центр «Опора», домофон 100В
⏱️ 3,5 часа · 2 500 ₽
Ещё можно присоединиться. Для записи напишите мне @AllaGeisler.
🔥3👍1
Что показала расстановка сказки " Волшебник Изумрудного города" про желания и жизнь «потом».
После вчерашнего «Открытого Круга» я продолжаю об этом думать. Мы умеем стараться — искать возможности, договариваться, убеждать. А вот спросить себя, подходит ли нам сама дорога, получается редко. В теме отложенной жизни таких условий оказалось много.
Например, чужая уверенность. Вокруг нашего желания всегда много советов. Нам объясняют, что нам нужно, куда двигаться и почему пора решиться.
💁♀️ «Тебе давно пора». «Ты просто боишься». «На твоём месте я бы…»
Иногда мы и сами так с собой разговариваем. Спросили себя — и тут же за себя ответили. А места для честного «я пока не знаю» не остаётся.
Как услышать, чего я хочу, если меня торопят с ответом? Сначала нужна тишина. И возможность помолчать, не оправдывая свою паузу.
Другое условие — согласие близких. Хочется, чтобы нас поняли, поддержали, пошли рядом. Постепенно собственное желание превращается в задачу убедить другого человека. И мы уже заняты его решением больше, чем своим.
Поддержка нужна. И всё же стоит спросить себя: в чём мне правда необходимо участие другого? А что я уже могу выбрать сама?
Ещё
Но желание-то остаётся. Просто дорога будет другая.
Другая дорога потребует времени, и это огорчает: хотелось уже сейчас. Тут можно погрустить о несбывшемся варианте. А потом посмотреть, какие есть ещё.
А иногда условием становится собственная полная готовность.
👀 «Сначала разберусь с собой. Перестану бояться. Всё проработаю. Вот тогда и начну».
Так работа над собой становится ещё одним способом подождать. Внимание к своим чувствам нужно. А вот дожидаться дня, когда внутри не останется ни одного сомнения, не обязательно. Такого дня не будет.
Движение можно искать посильное. С учётом того, как мы чувствуем себя сейчас.
За это я и ценю расстановку сказки. В ней становится видна привычка, которую в обычной жизни разглядеть трудно. Где мы ждём разрешения. Где принимаем чужое представление о нашем счастье за своё. Где так стараемся дойти, что перестаём замечать себя по дороге.
У каждого здесь будут свои ответы. У меня после этой встречи остался вопрос, к которому хочется возвращаться.
Какое условие я ставлю перед своим «хочу»? И обязательно ли дожидаться, пока оно выполнится, чтобы что-то стало возможным уже сейчас?
Мы ставим своему «хочу» условия. И почти никогда их не замечаем.После вчерашнего «Открытого Круга» я продолжаю об этом думать. Мы умеем стараться — искать возможности, договариваться, убеждать. А вот спросить себя, подходит ли нам сама дорога, получается редко. В теме отложенной жизни таких условий оказалось много.
Например, чужая уверенность. Вокруг нашего желания всегда много советов. Нам объясняют, что нам нужно, куда двигаться и почему пора решиться.
💁♀️ «Тебе давно пора». «Ты просто боишься». «На твоём месте я бы…»
Иногда мы и сами так с собой разговариваем. Спросили себя — и тут же за себя ответили. А места для честного «я пока не знаю» не остаётся.
Как услышать, чего я хочу, если меня торопят с ответом? Сначала нужна тишина. И возможность помолчать, не оправдывая свою паузу.
Другое условие — согласие близких. Хочется, чтобы нас поняли, поддержали, пошли рядом. Постепенно собственное желание превращается в задачу убедить другого человека. И мы уже заняты его решением больше, чем своим.
Поддержка нужна. И всё же стоит спросить себя: в чём мне правда необходимо участие другого? А что я уже могу выбрать сама?
Ещё
трудно отделить желание от способа его исполнения. Мы рассчитывали на определённого человека, на конкретную возможность. Не сложилось — и кажется, что теперь не выйдет вообще.Но желание-то остаётся. Просто дорога будет другая.
Другая дорога потребует времени, и это огорчает: хотелось уже сейчас. Тут можно погрустить о несбывшемся варианте. А потом посмотреть, какие есть ещё.
А иногда условием становится собственная полная готовность.
👀 «Сначала разберусь с собой. Перестану бояться. Всё проработаю. Вот тогда и начну».
Так работа над собой становится ещё одним способом подождать. Внимание к своим чувствам нужно. А вот дожидаться дня, когда внутри не останется ни одного сомнения, не обязательно. Такого дня не будет.
Движение можно искать посильное. С учётом того, как мы чувствуем себя сейчас.
За это я и ценю расстановку сказки. В ней становится видна привычка, которую в обычной жизни разглядеть трудно. Где мы ждём разрешения. Где принимаем чужое представление о нашем счастье за своё. Где так стараемся дойти, что перестаём замечать себя по дороге.
У каждого здесь будут свои ответы. У меня после этой встречи остался вопрос, к которому хочется возвращаться.
Какое условие я ставлю перед своим «хочу»? И обязательно ли дожидаться, пока оно выполнится, чтобы что-то стало возможным уже сейчас?
❤6🔥4
«Если на сессии тяжело — значит, работа идёт правильно». Я с этим не согласна.
Тяжёлые чувства в терапии бывают. Только их сила ничего не говорит о качестве работы.
Мы часто приходим в терапию с мыслью: «Наконец-то разберусь с самым больным». И ждём, что сразу пойдём туда, где болит сильнее всего.
А рядом живёт тихий страх: «Не выдержу того, что поднимется», «Начну плакать и не смогу остановиться».
Если идти в тяжёлое слишком рано, может накрыть. Одного человека захватывают переживания, другой закрывается и перестаёт чувствовать.
К резкому облегчению я отношусь внимательно. Проверяю: человеку действительно стало спокойнее или контакт с чувствами на время прервался.
Измотанному человеку трудно осмыслять происходящее. Разбирать с ним самое больное в этот момент — всё равно что учить плавать утопающего. Сначала ему нужна опора.
Поэтому в начале работы мы создаём её вместе. Находим спокойное место, куда можно мысленно вернуться, выбираем слово-якорь и договариваемся о стоп-сигнале.
Тяжёлые темы на этом этапе мы только называем — заголовками, без подробностей.
Клиенту порой кажется, что мы топчемся на месте. В это время он учится замечать своё состояние и регулировать нагрузку.
Когда опора есть, у нас появляются силы встречаться с тяжёлым и оставаться в контакте с собой.
Опора нужна и терапевту. Мне важно замечать собственное состояние и сохранять ясность, чтобы оставаться рядом с клиентом в его переживаниях.
Поэтому я сама в терапии. Для меня это техника безопасности.
Попробуйте сегодня спросить себя: что помогает мне удержаться, когда накрывает?
Место, человек, действие, фраза, которую я себе говорю.
Просто заметьте, какой ответ приходит.
А на что опираетесь вы, когда становится тяжело?
Тяжёлые чувства в терапии бывают. Только их сила ничего не говорит о качестве работы.
Мы часто приходим в терапию с мыслью: «Наконец-то разберусь с самым больным». И ждём, что сразу пойдём туда, где болит сильнее всего.
А рядом живёт тихий страх: «Не выдержу того, что поднимется», «Начну плакать и не смогу остановиться».
Если идти в тяжёлое слишком рано, может накрыть. Одного человека захватывают переживания, другой закрывается и перестаёт чувствовать.
К резкому облегчению я отношусь внимательно. Проверяю: человеку действительно стало спокойнее или контакт с чувствами на время прервался.
Измотанному человеку трудно осмыслять происходящее. Разбирать с ним самое больное в этот момент — всё равно что учить плавать утопающего. Сначала ему нужна опора.
Поэтому в начале работы мы создаём её вместе. Находим спокойное место, куда можно мысленно вернуться, выбираем слово-якорь и договариваемся о стоп-сигнале.
Тяжёлые темы на этом этапе мы только называем — заголовками, без подробностей.
Клиенту порой кажется, что мы топчемся на месте. В это время он учится замечать своё состояние и регулировать нагрузку.
Когда опора есть, у нас появляются силы встречаться с тяжёлым и оставаться в контакте с собой.
Опора нужна и терапевту. Мне важно замечать собственное состояние и сохранять ясность, чтобы оставаться рядом с клиентом в его переживаниях.
Поэтому я сама в терапии. Для меня это техника безопасности.
Попробуйте сегодня спросить себя: что помогает мне удержаться, когда накрывает?
Место, человек, действие, фраза, которую я себе говорю.
Просто заметьте, какой ответ приходит.
А на что опираетесь вы, когда становится тяжело?
❤8👀1
«Я же знаю, что всё позади. Почему меня так накрывает?»
Иногда потому, что у воспоминания потерялась дата.
Чья-то интонация, одно слово, знакомый запах — и тело уже отреагировало. Мы ещё не успели понять, что нас так задело, а внутри всё сжалось. Хочется замереть, уйти или защищаться.
У связного воспоминания есть время и место. Мы знаем: это произошло тогда, в тех обстоятельствах, и уже закончилось.
После тяжёлого события память иногда удерживает только отдельные фрагменты: звук, образ, телесное ощущение. Отметки «тогда» у них нет. Они включаются раньше, чем мы успеваем узнать в них прошлое, и тело принимает знакомый сигнал за опасность, которая возникла сейчас.
Можно сколько угодно повторять себе: «Я уже взрослая», «Я сейчас в другом месте», «Этот человек не тот». Разум всё понимает. Но реакции объяснения мало. Ей нужно вернуть время: это было тогда, а сейчас я здесь.
В работе мы постепенно возвращаем фрагментам это время: связываем их с прошлым, которому они принадлежат, и помогаем телу различать «тогда» и «сейчас». Скрытые воспоминания при этом не ищем, пробелы догадками не заполняем.
Ни пробел в памяти, ни реакция тела сами по себе ничего не доказывают. Но они могут подсказать, какой сигнал тело принимает за угрозу.
А по каким признакам вы замечаете, что тело уже отреагировало, а мысль ещё не успела?
Иногда потому, что у воспоминания потерялась дата.
Чья-то интонация, одно слово, знакомый запах — и тело уже отреагировало. Мы ещё не успели понять, что нас так задело, а внутри всё сжалось. Хочется замереть, уйти или защищаться.
У связного воспоминания есть время и место. Мы знаем: это произошло тогда, в тех обстоятельствах, и уже закончилось.
После тяжёлого события память иногда удерживает только отдельные фрагменты: звук, образ, телесное ощущение. Отметки «тогда» у них нет. Они включаются раньше, чем мы успеваем узнать в них прошлое, и тело принимает знакомый сигнал за опасность, которая возникла сейчас.
Можно сколько угодно повторять себе: «Я уже взрослая», «Я сейчас в другом месте», «Этот человек не тот». Разум всё понимает. Но реакции объяснения мало. Ей нужно вернуть время: это было тогда, а сейчас я здесь.
В работе мы постепенно возвращаем фрагментам это время: связываем их с прошлым, которому они принадлежат, и помогаем телу различать «тогда» и «сейчас». Скрытые воспоминания при этом не ищем, пробелы догадками не заполняем.
Ни пробел в памяти, ни реакция тела сами по себе ничего не доказывают. Но они могут подсказать, какой сигнал тело принимает за угрозу.
А по каким признакам вы замечаете, что тело уже отреагировало, а мысль ещё не успела?
❤5🔥2
Есть феномен, который в расстановке часто становится неожиданностью для самого клиента: исчезнувший близнец.
Запросы при этом бывают совсем разные. «Не могу выбрать между семьёй и работой, всё время ищу баланс». Две семьи параллельно и жизнь на два дома. Бесконечный поиск родственной души. Иногда за такими разными запросами обнаруживается похожее ощущение: человек живёт как будто за двоих.
Бывает, что приходят с физическим симптомом, и в расстановке он тоже приводит к этой теме.
И в расстановке появляется фигура, которой нет в семейной истории: брат или сестра, с которыми клиент делил утробу матери.
Большинство из нас о таком даже не подозревает. Когда УЗИ стали делать на ранних сроках, выяснилось, что двойня бывает чаще, чем принято думать. И нередко один из близнецов погибает, обычно в первом триместре, реже во втором. Мать может ничего не заметить или принять это за угрозу прерывания. Погибший плод часто рассасывается, иногда мумифицируется. Поэтому ни мать, ни выживший ребёнок о потере обычно не знают.
В системном подходе мы смотрим на это как на самую первую потерю в жизни. Головой её не помнят. А в жизни это может проявляться так:
👥 в детстве воображаемый друг
👥 во взрослой жизни череда влюблённостей и ощущение, что «того самого» так и нет
👥 любовь на расстоянии: роман в переписке, партнёр, который полгода в рейсе, гостевой брак
👥 отношения «как брат с сестрой», где тепла много, а близости почти нет
👥 жизнь за двоих: две работы, два дома, двойная нагрузка
В работе с этой темой часто появляется и чувство вины: “Я живу, а он нет”
Сразу скажу: не каждый, кто ищет родственную душу, потерял близнеца. Это гипотеза, которую мы проверяем в расстановке, а не объяснение всего на свете.
Что даёт работа? У этой потери появляется место.
Клиент может сказать потерянному близнецу:
Возможно, тогда у человека появляется право жить одну жизнь. Свою.
А бывало у вас ощущение, что вы живёте за двоих?
Запросы при этом бывают совсем разные. «Не могу выбрать между семьёй и работой, всё время ищу баланс». Две семьи параллельно и жизнь на два дома. Бесконечный поиск родственной души. Иногда за такими разными запросами обнаруживается похожее ощущение: человек живёт как будто за двоих.
Бывает, что приходят с физическим симптомом, и в расстановке он тоже приводит к этой теме.
И в расстановке появляется фигура, которой нет в семейной истории: брат или сестра, с которыми клиент делил утробу матери.
Большинство из нас о таком даже не подозревает. Когда УЗИ стали делать на ранних сроках, выяснилось, что двойня бывает чаще, чем принято думать. И нередко один из близнецов погибает, обычно в первом триместре, реже во втором. Мать может ничего не заметить или принять это за угрозу прерывания. Погибший плод часто рассасывается, иногда мумифицируется. Поэтому ни мать, ни выживший ребёнок о потере обычно не знают.
В системном подходе мы смотрим на это как на самую первую потерю в жизни. Головой её не помнят. А в жизни это может проявляться так:
👥 в детстве воображаемый друг
👥 во взрослой жизни череда влюблённостей и ощущение, что «того самого» так и нет
👥 любовь на расстоянии: роман в переписке, партнёр, который полгода в рейсе, гостевой брак
👥 отношения «как брат с сестрой», где тепла много, а близости почти нет
👥 жизнь за двоих: две работы, два дома, двойная нагрузка
В работе с этой темой часто появляется и чувство вины: “Я живу, а он нет”
Сразу скажу: не каждый, кто ищет родственную душу, потерял близнеца. Это гипотеза, которую мы проверяем в расстановке, а не объяснение всего на свете.
Что даёт работа? У этой потери появляется место.
Клиент может сказать потерянному близнецу:
«Ты там, а я здесь». «Мне жаль, что мы не вместе». «Я не могу это изменить». «В этом нет моей вины».Возможно, тогда у человека появляется право жить одну жизнь. Свою.
А бывало у вас ощущение, что вы живёте за двоих?
🔥4👀1
Алла Гейслер | Психология, группы, терапия pinned Deleted message
Как зовут богов вашего дома?
Пенатами в Древнем Риме называли богов, которые хранят дом и семью. Это имя получила усадьба Репина под Петербургом, где он прожил последние тридцать лет.
Вчера мы устроили себе прогулку в Пенатах. Хотелось совместить осеннюю природу, искусство и возможность узнать что-то новое. Здесь всё сошлось: дом художника, парк с прудами и дорожками, , а через дорогу — сосновый лес и Финский залив.
Я люблю мемуары о жизни великих людей. Мне интересно, как они жили и кто был рядом. Здесь я слушала рассказы о Репине и представляла, как в этом доме собирались гости.
По средам сюда приезжали художники, писатели, музыканты, ученые. Показывали работы, спорили, спрашивали совета. Увлечённые люди находили друг в друге отклик и поддержку.
Меня вдохновила любознательность Репина. Уже будучи признанным художником, он взялся за воспоминания. А на восьмидесятом году жизни вернулся к французскому языку, который учил в молодости.
Гуляя по парку, я думала о том, сколько в нашей жизни зависит от окружения. Тема октября у меня — «Внешние ресурсы и опоры», и в Пенатах она стала совсем конкретной. Рядом с талантом и трудолюбием Репина были друзья, близкие, дом, любимый парк и залив. Было на что опереться и чем вдохновляться.
У каждого из нас есть свои опоры. Вчера для меня это были время вдвоём, осенняя природа и жизнь человека, который до старости сохранял интерес к миру.
А когда мы вернулись домой, я села дорисовывать свою картину. Для меня это отдых и удовольствие. Ещё один мой ресурс.
А что в эти выходные было опорой для вас?
Пенатами в Древнем Риме называли богов, которые хранят дом и семью. Это имя получила усадьба Репина под Петербургом, где он прожил последние тридцать лет.
Вчера мы устроили себе прогулку в Пенатах. Хотелось совместить осеннюю природу, искусство и возможность узнать что-то новое. Здесь всё сошлось: дом художника, парк с прудами и дорожками, , а через дорогу — сосновый лес и Финский залив.
Я люблю мемуары о жизни великих людей. Мне интересно, как они жили и кто был рядом. Здесь я слушала рассказы о Репине и представляла, как в этом доме собирались гости.
По средам сюда приезжали художники, писатели, музыканты, ученые. Показывали работы, спорили, спрашивали совета. Увлечённые люди находили друг в друге отклик и поддержку.
Меня вдохновила любознательность Репина. Уже будучи признанным художником, он взялся за воспоминания. А на восьмидесятом году жизни вернулся к французскому языку, который учил в молодости.
Гуляя по парку, я думала о том, сколько в нашей жизни зависит от окружения. Тема октября у меня — «Внешние ресурсы и опоры», и в Пенатах она стала совсем конкретной. Рядом с талантом и трудолюбием Репина были друзья, близкие, дом, любимый парк и залив. Было на что опереться и чем вдохновляться.
У каждого из нас есть свои опоры. Вчера для меня это были время вдвоём, осенняя природа и жизнь человека, который до старости сохранял интерес к миру.
А когда мы вернулись домой, я села дорисовывать свою картину. Для меня это отдых и удовольствие. Ещё один мой ресурс.
А что в эти выходные было опорой для вас?
❤3🔥1
«Ложечка за маму, ложечка за папу». Ребёнок уже сыт. Но мама ещё не спокойна.
Это может быть тёплой игрой — пока взрослый замечает сигналы сытости и позволяет ребёнку остановиться.
Но если ребёнок показывает, что наелся, а взрослый продолжает настаивать или обижается, у еды может появиться другая задача: успокоить взрослого. Собственное «не хочу» приходится отодвинуть.
Когда это повторяется, ребёнок может усвоить: если я уступаю, маме легче и между нами всё хорошо. Он зависит от неё. Сохранить связь сейчас важнее, чем настоять на своём.
В системном взгляде мы обращаем внимание на этот круг. Взрослый тревожится и усиливает давление, ребёнок подчиняется, взрослый успокаивается. Способ сработал — его используют снова.
Мы вырастаем и порой продолжаем делать что-то «за маму». Соглашаемся на встречу, которой не хотим, чтобы другой не расстроился. Берём чужие задачи, хотя своих уже слишком много.
По одной такой сцене нельзя судить обо всех отношениях. Важнее другое: было ли в них место для отказа? Чувствовали ли мы, что нас любят, даже когда хотели другого?
Заботиться о близких можно по собственному желанию. Но если остановиться мешают вина и страх потерять любовь, стоит заметить, какой ценой нам даётся эта забота.
Начать можно с паузы перед согласием:
«Я хочу помочь?»
«У меня есть на это силы?»
«Что я боюсь потерять, если откажу?»
Близкие могут расстроиться. Нам самим может стать тревожно. Нужно время, чтобы научиться учитывать и себя.
«Я тебя люблю. И я уже наелась».
Это может быть тёплой игрой — пока взрослый замечает сигналы сытости и позволяет ребёнку остановиться.
Но если ребёнок показывает, что наелся, а взрослый продолжает настаивать или обижается, у еды может появиться другая задача: успокоить взрослого. Собственное «не хочу» приходится отодвинуть.
Когда это повторяется, ребёнок может усвоить: если я уступаю, маме легче и между нами всё хорошо. Он зависит от неё. Сохранить связь сейчас важнее, чем настоять на своём.
В системном взгляде мы обращаем внимание на этот круг. Взрослый тревожится и усиливает давление, ребёнок подчиняется, взрослый успокаивается. Способ сработал — его используют снова.
Мы вырастаем и порой продолжаем делать что-то «за маму». Соглашаемся на встречу, которой не хотим, чтобы другой не расстроился. Берём чужие задачи, хотя своих уже слишком много.
По одной такой сцене нельзя судить обо всех отношениях. Важнее другое: было ли в них место для отказа? Чувствовали ли мы, что нас любят, даже когда хотели другого?
Заботиться о близких можно по собственному желанию. Но если остановиться мешают вина и страх потерять любовь, стоит заметить, какой ценой нам даётся эта забота.
Начать можно с паузы перед согласием:
«Я хочу помочь?»
«У меня есть на это силы?»
«Что я боюсь потерять, если откажу?»
Близкие могут расстроиться. Нам самим может стать тревожно. Нужно время, чтобы научиться учитывать и себя.
«Я тебя люблю. И я уже наелась».
👍3🔥1
«Сама справлюсь». Почему не получается попросить.
Когда попросить не удаётся, причин может быть несколько. Разберём три — у каждой свой выход.
Внутри убеждение, что просить не положено. Просить — значит показывать слабость или становиться обузой. Здесь трудно признать за собой само право попросить.
Тут стоит спросить себя: откуда я взяла, что просить нельзя? Хочу ли я и дальше следовать этому правилу?
«Попрошу, и буду обязана». «Откажут, и я пойму, что я одна».
Мы заранее представляем, чем придётся заплатить за просьбу. Иногда проще сделать самой, чем столкнуться с чужим отказом или чувством долга.
Для начала можно выбрать небольшую просьбу к человеку, с которым уже есть опыт спокойного общения.
Просить — умение, как любое другое. Если никто не показал, как это звучит, вместо прямой просьбы может получиться намёк. Другому ещё нужно догадаться, чего мы хотим.
Сравните: «Ну, если вдруг будет время, в субботу, наверное, можно было бы…» и «Мне нужна помощь в субботу, с десяти до часу. Сможешь?»
Такую просьбу можно составить заранее и потренироваться произносить вслух. Даже если пока неловко.
Когда мы различаем, что именно мешает, становится понятнее, с чего начать. Эти причины могут сочетаться, и одной подготовленной фразы иногда мало.
Вспомните последнюю просьбу, которую вы так и не произнесли. Что остановило вас тогда?
Когда попросить не удаётся, причин может быть несколько. Разберём три — у каждой свой выход.
Первая: «мне нельзя».Внутри убеждение, что просить не положено. Просить — значит показывать слабость или становиться обузой. Здесь трудно признать за собой само право попросить.
Тут стоит спросить себя: откуда я взяла, что просить нельзя? Хочу ли я и дальше следовать этому правилу?
Вторая: страх последствий.«Попрошу, и буду обязана». «Откажут, и я пойму, что я одна».
Мы заранее представляем, чем придётся заплатить за просьбу. Иногда проще сделать самой, чем столкнуться с чужим отказом или чувством долга.
Для начала можно выбрать небольшую просьбу к человеку, с которым уже есть опыт спокойного общения.
Третья: нет навыка.Просить — умение, как любое другое. Если никто не показал, как это звучит, вместо прямой просьбы может получиться намёк. Другому ещё нужно догадаться, чего мы хотим.
Сравните: «Ну, если вдруг будет время, в субботу, наверное, можно было бы…» и «Мне нужна помощь в субботу, с десяти до часу. Сможешь?»
Такую просьбу можно составить заранее и потренироваться произносить вслух. Даже если пока неловко.
Когда мы различаем, что именно мешает, становится понятнее, с чего начать. Эти причины могут сочетаться, и одной подготовленной фразы иногда мало.
Вспомните последнюю просьбу, которую вы так и не произнесли. Что остановило вас тогда?
❤5🔥3
Почему для отказа нам нужна причина серьёзнее, чем «я не хочу»?
Подруга зовёт в гости, и мы подбираем ответ: «Я бы с радостью, но уже занята».
Занята — это остаться дома и никуда не ехать. Только сказать так почему-то трудно.
Мы ищем причину, которую примет другой. Работа или давно данное обещание звучат весомо. А собственные планы, усталость и простое нежелание кажутся капризом. Вдруг обидятся? Или сочтут нас эгоистами?
Если наше время не занято делами для других, оно как будто ничьё. Значит, его можно отдать. А усталость ещё нужно доказать. На неё нет справки, и порой мы сомневаемся в ней сами.
Но у нас тоже есть своя жизнь. Нам нужны время и силы на то, что мы выбираем сами, включая отдых. Их не бесконечно много, и у каждого «да» есть цена.
Иногда силы есть, а провести этот вечер хочется иначе. Это тоже причина отказаться.
Другой человек может расстроиться. Но от его недовольства усталость не проходит, а наши планы не перестают быть нашими.
Уверенность приходит не сразу. Бывает, мы уже отказываемся, но всё ещё долго объясняемся и ищем уважительную причину.
Это тоже изменение. Раньше на этом месте было бы «да».
Можно заметить, что мы уже подумали о себе, даже если короткое «нет» пока не получается. Мы можем объяснить своё решение и не менять его только потому, что собеседнику оно не понравилось.
А что для вас считается достаточной причиной отказать?
Подруга зовёт в гости, и мы подбираем ответ: «Я бы с радостью, но уже занята».
Занята — это остаться дома и никуда не ехать. Только сказать так почему-то трудно.
Мы ищем причину, которую примет другой. Работа или давно данное обещание звучат весомо. А собственные планы, усталость и простое нежелание кажутся капризом. Вдруг обидятся? Или сочтут нас эгоистами?
Если наше время не занято делами для других, оно как будто ничьё. Значит, его можно отдать. А усталость ещё нужно доказать. На неё нет справки, и порой мы сомневаемся в ней сами.
Но у нас тоже есть своя жизнь. Нам нужны время и силы на то, что мы выбираем сами, включая отдых. Их не бесконечно много, и у каждого «да» есть цена.
Иногда силы есть, а провести этот вечер хочется иначе. Это тоже причина отказаться.
Другой человек может расстроиться. Но от его недовольства усталость не проходит, а наши планы не перестают быть нашими.
Уверенность приходит не сразу. Бывает, мы уже отказываемся, но всё ещё долго объясняемся и ищем уважительную причину.
Это тоже изменение. Раньше на этом месте было бы «да».
Можно заметить, что мы уже подумали о себе, даже если короткое «нет» пока не получается. Мы можем объяснить своё решение и не менять его только потому, что собеседнику оно не понравилось.
А что для вас считается достаточной причиной отказать?
🔥5❤1
Мы можем понимать, что справимся с расставанием, и всё равно паниковать при одной мысли о нём.
Стоит партнёру отдалиться, и мы не спим ночами, проверяем телефон, сжимаемся от одного холодного «ок» в переписке. Трудно сосредоточиться и думать о чём-то ещё.
А сверху ещё ругаем себя: «Что со мной не так? Взрослая же».
Близкие отношения дают нам опору, и угроза её потерять может запускать стрессовую реакцию. Решения у нас при этом никто не спрашивает. Страх возникает прежде, чем мы успеваем обдумать происходящее. Поэтому уговоры «я взрослая, я справлюсь» помогают не всегда.
На силу реакции влияет и прежний опыт. Если раньше близость была ненадёжной, а с потерями приходилось справляться без поддержки, мы можем острее чувствовать угрозу разрыва. Даже когда ещё неизвестно, случится ли он.
Получается, мы знаем о своих возможностях, но пока не чувствуем, что можем на них опереться. Требование немедленно взять себя в руки только добавляет к страху недовольство собой. Сильный страх не означает, что мы слабые.
При этом сам по себе страх ещё не объясняет, что происходит в отношениях.
Партнёр долго не отвечает, и мы уже уверены, что он собирается уйти. Хотя пока знаем только одно: ответа нет.
А бывает, что при каждой ссоре он действительно угрожает расставанием. Тогда у тревоги есть сегодняшняя причина.
Объяснять всё прошлым — значит упустить то, как с нами обращаются сейчас.
Попробуйте сначала разделить: что произошло, а что я уже решила об этом?
А затем спросить себя: на кого или на что я могу опереться, пока мне страшно?
Ответы не обязательно сразу успокоят. Но помогут понять, что сейчас нужно: поддержка, разговор о происходящем или защита от обращения, которое причиняет боль.
И тогда вместо «почему я такая слабая?» появляется вопрос, с которым уже можно работать: «Что со мной происходит в этих отношениях?»
Стоит партнёру отдалиться, и мы не спим ночами, проверяем телефон, сжимаемся от одного холодного «ок» в переписке. Трудно сосредоточиться и думать о чём-то ещё.
А сверху ещё ругаем себя: «Что со мной не так? Взрослая же».
Близкие отношения дают нам опору, и угроза её потерять может запускать стрессовую реакцию. Решения у нас при этом никто не спрашивает. Страх возникает прежде, чем мы успеваем обдумать происходящее. Поэтому уговоры «я взрослая, я справлюсь» помогают не всегда.
На силу реакции влияет и прежний опыт. Если раньше близость была ненадёжной, а с потерями приходилось справляться без поддержки, мы можем острее чувствовать угрозу разрыва. Даже когда ещё неизвестно, случится ли он.
Получается, мы знаем о своих возможностях, но пока не чувствуем, что можем на них опереться. Требование немедленно взять себя в руки только добавляет к страху недовольство собой. Сильный страх не означает, что мы слабые.
При этом сам по себе страх ещё не объясняет, что происходит в отношениях.
Партнёр долго не отвечает, и мы уже уверены, что он собирается уйти. Хотя пока знаем только одно: ответа нет.
А бывает, что при каждой ссоре он действительно угрожает расставанием. Тогда у тревоги есть сегодняшняя причина.
Объяснять всё прошлым — значит упустить то, как с нами обращаются сейчас.
Попробуйте сначала разделить: что произошло, а что я уже решила об этом?
А затем спросить себя: на кого или на что я могу опереться, пока мне страшно?
Ответы не обязательно сразу успокоят. Но помогут понять, что сейчас нужно: поддержка, разговор о происходящем или защита от обращения, которое причиняет боль.
И тогда вместо «почему я такая слабая?» появляется вопрос, с которым уже можно работать: «Что со мной происходит в этих отношениях?»
❤4🔥2
Расстановку со своим запросом можно сделать 6, 7 или 8 ноября, онлайн — в учебном формате и по льготной цене.
Вы приходите в назначенное время со своим запросом. Я веду расстановку, заместители — студенты-психологи, будущие расстановщики.
Мы работаем с вашим запросом, а студенты учатся на практике. После завершения встречи с вами группа остаётся на учебный разбор.
Расстановка и разбор не записываются. Все участники группы обязуются сохранять конфиденциальность.
Обычная стоимость моей расстановки — 15 000 ₽. В учебном формате — 12 000 ₽.
Если откликается, напишите мне: @AllaGeisler. Расскажу подробнее, подберём удобное время и вместе поймём, подходит ли вам такой формат.
Вы приходите в назначенное время со своим запросом. Я веду расстановку, заместители — студенты-психологи, будущие расстановщики.
Мы работаем с вашим запросом, а студенты учатся на практике. После завершения встречи с вами группа остаётся на учебный разбор.
Расстановка и разбор не записываются. Все участники группы обязуются сохранять конфиденциальность.
Обычная стоимость моей расстановки — 15 000 ₽. В учебном формате — 12 000 ₽.
Если откликается, напишите мне: @AllaGeisler. Расскажу подробнее, подберём удобное время и вместе поймём, подходит ли вам такой формат.
❤2🔥1
Алла Гейслер | Психология, группы, терапия pinned «Расстановку со своим запросом можно сделать 6, 7 или 8 ноября, онлайн — в учебном формате и по льготной цене. Вы приходите в назначенное время со своим запросом. Я веду расстановку, заместители — студенты-психологи, будущие расстановщики. Мы работаем с вашим…»