Никита Орлов: «Маршрут через незнакомые помещения»
В галерее ART&BRUT до 17 октября идёт «Транзит» – персональная выставка Никиты Орлова о пороге, том коротком моменте, когда шаг ещё не сделан, но стоять на прежнем месте уже не получается.
Мы спросили художника, с чего началась выставка и что он хотел бы оставить зрителю.
Главное – в карточках, полное интервью читайте по ссылке.
Где: Армянский переулок, 1/8, стр. 1
В галерее ART&BRUT до 17 октября идёт «Транзит» – персональная выставка Никиты Орлова о пороге, том коротком моменте, когда шаг ещё не сделан, но стоять на прежнем месте уже не получается.
Мы спросили художника, с чего началась выставка и что он хотел бы оставить зрителю.
Главное – в карточках, полное интервью читайте по ссылке.
Где: Армянский переулок, 1/8, стр. 1
«В человеке всё должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли», — писал Чехов.
В этой формуле одежда стоит рядом с внутренним миром и, пожалуй, это лучший способ говорить о GRATE. Молодой российский бренд выстраивает гардероб на языке чистых линий, выверенных пропорций и тактильных материалов.
Мы выбрали четыре спектакля с разной интонацией и собрали для каждого свой образ GRATE: характер постановки, переведённый на язык силуэта, фактуры и формы.
🎭 «Каренина. Том второй» — Театр Маяковского
Каренина существует по другую сторону толстовского финала — в пространстве памяти, утраты и невозможности поставить точку. Ей соответствует строгая геометрия: длинное пальто, точная линия плеч, гладкая кожа, минимум украшений. Никаких буквальных цитат из XIX века — только сдержанность, за которой угадывается характер.
🎭 «Накануне.»— «Сатирикон»
Мир Егора Булычова постепенно теряет устойчивость: привычный порядок распадается вместе с человеком, который ещё недавно был его центром. Тёмная шерсть, выверенные пропорции, лаконичный силуэт — одежда здесь работает как способ сохранить внутреннюю собранность.
🎭 «Опера нищих» — Театр Пушкина
Брехтовский мир устроен по законам игры, где роли, мораль и социальные маски легко меняются местами. Поэтому и гардероб позволяет себе больше свободы: кожа, объёмный жакет, широкие брюки, тяжёлая обувь. Немного дендизма, немного хулиганства — образ, который знает правила достаточно хорошо, чтобы позволить себе их нарушить.
🎭 «Просрочка» — пространство «Внутри»
Разговор о возрасте, конечности жизни и близости происходит почти на расстоянии вытянутой руки. Здесь меняется и регистр одежды: мягкий трикотаж, пластичный силуэт, тактильные фактуры. Вещи, в которых нет необходимости держать дистанцию.
Театр давно освободился от обязательного вечернего платья, но сохранил удовольствие от подготовки к встрече с искусством. Выбрать спектакль, оставить вечер свободным, решить, что надеть, войти в фойе за несколько минут до третьего звонка.
АКМЕ × GRATE
В этой формуле одежда стоит рядом с внутренним миром и, пожалуй, это лучший способ говорить о GRATE. Молодой российский бренд выстраивает гардероб на языке чистых линий, выверенных пропорций и тактильных материалов.
Мы выбрали четыре спектакля с разной интонацией и собрали для каждого свой образ GRATE: характер постановки, переведённый на язык силуэта, фактуры и формы.
Каренина существует по другую сторону толстовского финала — в пространстве памяти, утраты и невозможности поставить точку. Ей соответствует строгая геометрия: длинное пальто, точная линия плеч, гладкая кожа, минимум украшений. Никаких буквальных цитат из XIX века — только сдержанность, за которой угадывается характер.
Мир Егора Булычова постепенно теряет устойчивость: привычный порядок распадается вместе с человеком, который ещё недавно был его центром. Тёмная шерсть, выверенные пропорции, лаконичный силуэт — одежда здесь работает как способ сохранить внутреннюю собранность.
Брехтовский мир устроен по законам игры, где роли, мораль и социальные маски легко меняются местами. Поэтому и гардероб позволяет себе больше свободы: кожа, объёмный жакет, широкие брюки, тяжёлая обувь. Немного дендизма, немного хулиганства — образ, который знает правила достаточно хорошо, чтобы позволить себе их нарушить.
Разговор о возрасте, конечности жизни и близости происходит почти на расстоянии вытянутой руки. Здесь меняется и регистр одежды: мягкий трикотаж, пластичный силуэт, тактильные фактуры. Вещи, в которых нет необходимости держать дистанцию.
Театр давно освободился от обязательного вечернего платья, но сохранил удовольствие от подготовки к встрече с искусством. Выбрать спектакль, оставить вечер свободным, решить, что надеть, войти в фойе за несколько минут до третьего звонка.
АКМЕ × GRATE
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Профилактика осенней меланхолии: три часа в темноте зрительного зала, Островский и Малый театр.
За полтора века человек изменился куда меньше, чем мир вокруг него. Особенно когда речь заходит о честолюбии, тщеславии и желании нравиться. Егор Дмитриевич Глумов знает человеческие слабости хорошо и однажды решает, что этого знания достаточно, чтобы устроить собственную жизнь.
Владимир Бейлис поставил «На всякого мудреца довольно простоты» в Малом театре в 2002 году. За двадцать четыре года спектакль сменил несколько актёрских поколений, сохранив режиссёрский рисунок. Сегодня Егора Глумова играет Иван Трушин. Его Глумов молод и потому особенно уверен в превосходстве собственного ума. Он ещё верит, что способен просчитать человека быстрее, чем тот успеет понять его самого.
Полный текст рецензии🫶 🫶
После трёх часов в Малом осенняя меланхолия действительно отступает. Островский оставляет занятие куда интереснее: наблюдать за человеком, который прекрасно видит слабости окружающих и пропускает ту единственную, которая в итоге решает его собственную судьбу.
#acme_театр
За полтора века человек изменился куда меньше, чем мир вокруг него. Особенно когда речь заходит о честолюбии, тщеславии и желании нравиться. Егор Дмитриевич Глумов знает человеческие слабости хорошо и однажды решает, что этого знания достаточно, чтобы устроить собственную жизнь.
Владимир Бейлис поставил «На всякого мудреца довольно простоты» в Малом театре в 2002 году. За двадцать четыре года спектакль сменил несколько актёрских поколений, сохранив режиссёрский рисунок. Сегодня Егора Глумова играет Иван Трушин. Его Глумов молод и потому особенно уверен в превосходстве собственного ума. Он ещё верит, что способен просчитать человека быстрее, чем тот успеет понять его самого.
Полный текст рецензии
После трёх часов в Малом осенняя меланхолия действительно отступает. Островский оставляет занятие куда интереснее: наблюдать за человеком, который прекрасно видит слабости окружающих и пропускает ту единственную, которая в итоге решает его собственную судьбу.
#acme_театр
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Утро понедельника начали в Grand Ava Bistro на Большой Никитской, где за бранчем говорили о предстоящей премьере Lumisfera «Это бриллианты».
Поводом для отдельного разговора стал Brilliant — розовый коктейль с ледяной розой, который шеф-бармен Антон Пыжик придумал специально к концерту. Джин, игристое, немного цитрусовой горчинки и ваниль. У драгоценностей, оказывается, тоже бывает вкус.
Завтра в Театре Маяковского прозвучат Diamonds Are Forever, Goldfinger и Skyfall. Ширли Бэсси и Адель в своё время подарили этим мелодиям совершенно разные характеры. Теперь любопытно услышать, как знакомые музыкальные истории зазвучат в исполнении камерного оркестра, Вероники Воронкевич и Фантины при свете тысяч свечей.
География располагает к небольшому театральному ритуалу: От Grand Ava Bistro до Театра Маяковского всего несколько минут пешком. Можно встретиться за аперитивом, неспешно дойти до спектакля, а после аплодисментов вернуться к ужину. В конце концов, у красивого вечера, как и у хорошего спектакля, вполне может быть второй акт.
Билеты🎟
Поводом для отдельного разговора стал Brilliant — розовый коктейль с ледяной розой, который шеф-бармен Антон Пыжик придумал специально к концерту. Джин, игристое, немного цитрусовой горчинки и ваниль. У драгоценностей, оказывается, тоже бывает вкус.
Завтра в Театре Маяковского прозвучат Diamonds Are Forever, Goldfinger и Skyfall. Ширли Бэсси и Адель в своё время подарили этим мелодиям совершенно разные характеры. Теперь любопытно услышать, как знакомые музыкальные истории зазвучат в исполнении камерного оркестра, Вероники Воронкевич и Фантины при свете тысяч свечей.
География располагает к небольшому театральному ритуалу: От Grand Ava Bistro до Театра Маяковского всего несколько минут пешком. Можно встретиться за аперитивом, неспешно дойти до спектакля, а после аплодисментов вернуться к ужину. В конце концов, у красивого вечера, как и у хорошего спектакля, вполне может быть второй акт.
Билеты
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM