«Меня родители убьют!»

Провалиться в открытый люк и отмываться от грязи на речке, лишь бы дома не узнали; спрятать под ковёр осколки разбитого градусника; утаить укус собаки или потерянный ключ от квартиры…

Наверное, у большинства из нас в детстве был этот опыт: когда в случае неприятности нас пугала не сама проблема, а реакция родителей.

Когда чувство безопасности дома напрямую зависело от того, насколько мы «удобные» и «правильные», этот страх оступиться мы невольно переносили и на весь остальной мир. Отсюда рождались наши детские зажимы: когда было жутко стыдно громко попросить водителя остановить маршрутку или хотелось провалиться сквозь землю, если не хватало денег на проезд. Ведь если даже дома за неловкость можно столкнуться с отвержением, то внешний мир казался ещё более небезопасным.💔

А теперь давайте посмотрим на наших детей.

Автобус ждёт, пока подростки выясняют у водителя маршрут. В транспорте у ребёнка не проходит карта, и он абсолютно спокойно, ничуть не стыдясь, обращается к другу:

«Слушай, приложи свою, я переведу».

Они открыто спорят, задают неудобные вопросы взрослым, переспрашивают и порой делятся вещами, о которых мы в их возрасте побоялись бы даже заикнуться.

Возникает вопрос: почему так происходит, откуда у многих современных детей эта внутренняя свобода и что на самом деле стоит за их смелостью?

Если обратиться к теории привязанности Гордона Ньюфелда, всё встает на свои места. Когда мы обсуждаем такие темы с преподавателями Института Ньюфелда, они неизменно подчеркивают: в нашем детстве гнев или отстраненность взрослого были сигналом о разделении

«ты сделал ошибку, и наша связь под угрозой».

Ребёнок настолько дорожит отношениями, что ради их сохранения готов на всё: стерпеть боль, смолчать, сжаться в комок. В этом и заключается колоссальная власть взрослого: используя страх потери контакта, можно легко добиться от ребёнка удобного поведения.

😍Но сейчас всё больше детей могут спокойно ошибаться, спорить и не бояться рассказать про свой проступок. Возможность ребёнка открыто проявлять себя это прямой маркер безопасной привязанности.

Когда ребёнок знает, что дома его любят и принимают любым, а не за «хорошее поведение», у него формируется внутренняя опора. Ему больше не нужно сжиматься от страха перед миром, потому что за его спиной всегда есть надежная пристань заботливые взрослые, которые дают ощущение защиты и опоры.

Конечно, быть для ребёнка «заботливой альфой» это не значит никогда не злиться или не уставать. Мы все живые люди, и родительские эмоции это нормально.

Часто нам кажется:

«Ну это же очевидно, я люблю своего ребенка, разве он этого не знает?».

Но в подходе Ньюфелда ключевой вопрос звучит иначе: чувствует ли ребёнок эту любовь тогда, когда он оступился? Наша задача сделать так, чтобы связь была прочнее любой ошибки, чтобы ребёнок был безоговорочно уверен: меня принимают любым, и моя ценность в глазах родителей не зависит от моих промахов. Мы хотим быть теми, к кому можно прийти даже в самом страшном положении, точно зная, что дома примут и поймут. И верится, что наши дети будут лучше, чем мы.

❤️ А вы ловили себя на мысли «Меня бы за такое в детстве...»? И что сейчас могут рассказать вам ваши дети, о чём вы сами когда-то боялись сказать родителям?👇🏻

🌱Ближайшие программы Института Ньююфелда