Очередное - про древний Рим. И отношения римлян - на этот раз не с сексом, а - с колдовством.

У М. Е. Сергеенко в книге “Жизнь древнего Рима” очень интересно описываются свадебные обычаи и вся символика, с этим связанная.
Кни­га исто­ри­ка антич­но­сти М. Е. Сер­ге­ен­ко созда­на на осно­ве лек­ций, про­чи­тан­ных авто­ром в 1958—1961 гг., впер­вые вышла в свет в 1964 г. под эгидой Ака­де­мии наук СССР и сра­зу же ста­ла одним из основ­ных посо­бий для студен­тов-исто­ри­ков, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щих­ся на исто­рии Рима.

***
Туни­ка была длин­ной; ее пере­хва­ты­вал шер­стя­ной (из ове­чьей шер­сти) белый пояс, кото­рый завя­зы­вал­ся слож­ным «герак­ло­вым узлом» (несколь­ко напо­ми­наю­щим наш «мор­ской узел»)6; узел вооб­ще, а такой труд­но раз­вя­зы­вае­мый в осо­бен­но­сти был защи­той от кол­дов­ства и зло­го гла­за; шер­стя­ной пояс бра­ли пото­му, что «как шерсть, остри­жен­ная прядя­ми, плот­но соеди­не­на меж­ду собой, так и муж да соста­вит с женой еди­ное целое» (Fest. 55, s. v. cin­gil­lo). Воло­сы неве­сте уби­ра­ли с помо­щью осо­бо­го кри­во­го инстру­мен­та (он назы­вал­ся has­ta cae­li­ba­ris)7: их разде­ля­ли на шесть прядей и укла­ды­ва­ли вокруг голо­вы. На голо­ву наде­ва­ли венок из цве­тов, собран­ных самой неве­стой (это были вер­бе­на и май­о­ран), и накиды­ва­ли покры­ва­ло, несколь­ко спус­кая его на лицо. Покры­ва­ло это по сво­е­му огненно­му, жел­то-крас­но­му цве­ту назы­ва­лось flam­meum. На туни­ку наде­ва­лась пал­ла тако­го же ярко­го цве­та, как и покры­ва­ло; жел­той была и обувь.

В этом сва­деб­ном наряде неве­ста, окру­жен­ная сво­ей семьей, выхо­дит к жени­ху, его дру­зьям и род­ным. Брач­ная цере­мо­ния начи­на­ет­ся с ауспи­ций. Надо было узнать, бла­го­склон­но ли отне­сут­ся боги к сою­зу, кото­рый сей­час заклю­ча­ет­ся. Пер­во­на­чаль­но следи­ли действительно за поле­том птиц, но уже в I в. до н. э. во вся­ком слу­чае, а может быть, и рань­ше, гада­ли по внут­рен­но­стям живот­но­го, чаще все­го свиньи.

***
После пира начи­на­лась вто­рая часть брач­но­го цере­мо­ни­а­ла: de­duc­tio — про­во­ды неве­сты в дом жени­ха. Память об отда­лен­ном про­шлом, когда неве­сту похи­ща­ли, сохра­ни­лась в обы­чае «делать вид, буд­то девуш­ку похи­ща­ют из объ­я­тий мате­ри, а если мате­ри нет, то бли­жай­шей род­ст­вен­ни­цы» (Fest. 364). Про­цес­сия, в кото­рой при­ни­ма­ли уча­стие все при­гла­шен­ные, дви­га­лась при све­те факе­лов под зву­ки флейт; неве­сту вели за руки двое маль­чи­ков, обя­за­тель­но таких, у кото­рых отец и мать были в живых; тре­тий нес перед ней факел, не из сос­но­во­го дере­ва, как у всех, а из боярыш­ни­ка (Spi­na al­ba): счи­та­лось, что злые силы не сме­ют под­сту­пить­ся к это­му дере­ву; зажи­га­ли этот факел от огня на оча­ге неве­сти­но­го дома. За неве­стой нес­ли прял­ку и вере­те­но, как сим­во­лы ее дея­тель­но­сти в доме мужа; ули­цы, по кото­рым шла сва­деб­ная про­цес­сия, огла­ша­лись пени­ем насмеш­ли­вых и непри­стой­ных песен, кото­рые назы­ва­лись фес­цен­ни­на­ми. В тол­пу, сбе­жав­шу­ю­ся погла­зеть, при­горш­ня­ми швы­ря­ли оре­хи в знак того, как объ­яс­ня­ли древ­ние, что жених всту­па­ет теперь в жизнь взрос­ло­го и кон­ча­ет с дет­ски­ми заба­ва­ми (Serv. ad Verg. ecl. 8. 29; Cat. 61. 125). Вер­нее, конеч­но, дру­гое: оре­хи сим­во­ли­зи­ро­ва­ли пло­до­ро­дие, и разбра­сы­ва­ние их было сим­во­ли­че­ским обрядом, кото­рый дол­жен был обес­пе­чить новой семье обиль­ное потом­ство.

Подой­дя к дому сво­е­го буду­ще­го мужа, неве­ста оста­нав­ли­ва­лась, маза­ла две­ри жиром и олив­ко­вым мас­лом и обви­ва­ла двер­ные стол­бы шер­стя­ны­ми повяз­ка­ми; жир и мас­ло озна­ча­ли оби­лие и бла­го­ден­ст­вие, повяз­ки име­ли обыч­ное зна­че­ние посвя­ще­ния и освя­ще­ния. Молодую пере­но­си­ли на руках через порог, чтобы она не спо­ткну­лась (это было бы дур­ным зна­ме­ни­ем); муж «при­ни­мал ее водой и огнем»: обрыз­ги­вал водой из домаш­не­го коло­д­ца и пода­вал ей факел, зажжен­ный на оча­ге его дома. Этим обрядом моло­дая жена приобща­лась к новой семье и ее свя­ты­ням.

#historia #magic #books

Так вот, про Апулея, которого обвиняли в колдовстве.
Родился он вроде нумидийцем и гетулом (т.е. бербером, да еще и черноватым таким), обучался в Афинах, а потом переселился в Рим.
Потом как-то собрался в Александрию, но застрял в Эе (Триполи), где остановился у какого-то своего кореша времен обучения в Афинах и замутил с его мамкой.

Вот что пишет об этом всем Паскаль Киньяр:

Он женился на богатой вдове Пудентилле, у которой было двое сыновей от первого брака. В 158 году Сициний Эмилиан, брат первого мужа Пудентиллы, воспользовавшись приездом в Африку проконсула Клавдия Максима, обвинил Апулея (от имени своего племянника Сициния Пуденса) в колдовстве, да еще вдобавок и в присвоении наследства. Адвокат Танноний составил обвинительный акт, из коего следовало, что философ-платоник Апулей в действительности – маг (magus), околдовавший тело и душу Пудентиллы. Рабы засвидетельствовали, что видели, как Апулей поклоняется непристойным статуэткам, накрытым платком (sudariolo), что он любит зеркала и гипнотизирует маленьких мальчиков. Апулей написал свою «Апологию» и представил ее проконсулу в Сабрате. Кроме того, он предъявил ему письмо своей супруги и доказал, что не думал гипнотизировать малолетних рабов, а занимался изготовлением пасты для зубов (dentifricium).
Клавдий Максим очистил Апулея от обвинений в колдовстве; тем не менее этот судебный процесс круто изменил жизнь Апулея и наложил отпечаток на его творчество. Он покинул Эю, где жил со своей супругой Пудентиллой на роскошной вилле, рядом с морем, и поселился с нею в Карфагене. Пудентилла родила ему сына, они назвали мальчика Фаустином. Этот затеянный Сицинием Эмилианом первый в римской античной истории судебный процесс с обвинением в колдовстве, вчиненным Таннонием, лежит в основе легенды о Фаусте.

Апулей написал один из величайших романов в мире – «Метаморфозы» в одиннадцати книгах. Позднее, также в Карфагене, другой африканец, Августин, процитировал это произведение под другим названием – «Asinus aureus» («Золотой осел») и окончательно утвердил репутацию его автора как посланника дьявола.

#magic #misc #historia

Рею Кибелу, Великую Мать, малоазиатскую богиню, как известно, привезли в Рим в 204 году до н.э, когда римляне оказались бессильны перед Ганнибалом. В Пунические войны, короче. Дальше - интересный исторический анекдот.

Корабль, который вез статую Кибелы, высеченную из черного мрамора, сел на мель в устье Тибра, и как его ни тащили, вытащить не смогли. Тогда из толпы вышла весталка Клавдия Квинта, которую во все дыры (простите!) обвиняли в прелюбодениях, и сказала: если я вытащу корабль, значит, я невинна и целомудренна, как и положено весталке. Уж не знаю, насколько она была невинна, но, судя по всему, была недюжинной силы и духа, и тела женщина, потому что пентеру она сдвинула, взявшись за канат. Слухи о блядстве Квинты были преданы анафеме, девушка вернула себе репутацию и огребла почет и уважение.

И когда на Палатине возвели храм Великой Матери, на входе установили статую весталки Клавдии.

#рим #misc #historia

Про тачку хуйцов

Древнейшие латинские божества, как, например, бог оплодотворения женского начала Либер, требовали коллективного поклонения. Августин Блаженный сообщает, будто “Варрон говорит, что на перекрестках Италии некоторые частности культа Либера совершаются с такой отвратительной свободой, что в честь его почитается срамной мужской член - почитается не с сохранением сколько-нибудь стыдливой тайны, а с открытым и восторженным непотребством.

Так, этот гнусный член, положенный в тележки, в дни праздника Либера с великим почетом вывозится сначала в деревнях на перекрестки, а затем ввозится и в город”.

А.В. Гребенюк, Рим: путь к империи
#books #Рим #misc #historia

О поцелуях в губы в эти жаркие летние дни

Считается, что Рим основали беглецы из Трои, которым удалось сесть на корабль и прибиться к берегам Этрурии. Женщины очень тяжело переносили плавание и сильно страдали. Тогда некая Рома, женщина очень знатного происхождения и явно незаурядного ума, подговорила подруг сжечь корабли.

Мужчины весьма прогневались, но потом решили, что вроде «ничотак». Почва на Палатине оказалась плодородная, соседи приняли их дружелюбно, а в честь Ромы якобы воздвигли город. С тех пор повелось там, что женщины целуют в губы родственников и мужей, потому что так они ласкали своих мужей, когда сожгли корабли и умоляли их простить.

«Римский обычай целоваться в губы, неизвестный в Элладе, неслучайно привлек внимание знаменитого историографа. В эпоху Ренессанса он стал распространяться среди итальянских горожан благодаря стихам Иоанна Секунда, который узнал о нем от Плутарха».
А.В.Гребенюк

#Рим #books #historia

Если вы сейчас в Москве или в другом мегаполисе, и думаете, что только у вас под окнами говнари поют Цоя, бренчат на гитаре Юрия Лозу и пьяные гетеры распевают песни про поле с конем, то зря вы так думаете. И вообще, явно, что вы человек хороший. Римляне страдали от этого еще больше.

"Ювенал уверял, что в Риме умирают в основном от невозможности выспаться. Марциал не мог заснуть от стука телег, гомона ребятишек, еще до света бегущих в школу, от того, что менялы, зазывая клиентов, непрерывно стучат монетами по своим переносным столикам. Сенека, приближенный Нерона и один из фактических правителей государства, жил над публичной баней и специально вырабатывал у себя нечувствительность к постоянно окружавшему его грохоту. Интенсивность запахов не уступала интенсивности шума. Из бесчисленных харчевен неслись дым и ароматы дешевой пищи. "От дыхания наших дедов и прадедов разило чесноком и луком", - вспоминал Варрон. Жapa стояла большую часть года, одежда была дочти исключительно шерстяной, а у бедняков и грубошерстной. Рацион состоял в основном из гороха, полбы, хлеба и пахучих приправ. Нетрудно (или скорее очень трудно) себе представить, в какой океан запахов погружался человек, входя в эту плотную, оглушительно галдящую толпу".

А на дачи, виллы, острова и в прочее якобы сладостное философское уединение удалялись извращенцы, вырожденцы и вообще люди, которым доверять римскому гражданину как минимум было странно. Например, император Тиберий на своем богомерзком Капри, где предавался нечеловеческому разврату.

"Древние авторы - Тацит, Младший Плиний, Светоний, Ювенал, Дион Кассий - были уверены, что в I веке уединения в загородной резиденции всегда искали только нарушавшие римские традиции дурные принцепсы. На Капри, изолированный от людей и погруженный в противоестественные пороки, проводит последние годы своей жизни Тиберий. Домициан, в отличие от отца и брата, живет не в Риме, а в Альбе, где собирает приближенных и где вершит неправедный суд и жестокую расправу".

(с)
КНАБЕ Г.С. ТЕСНОТА И ИСТОРИЯ В ДРЕВНЕМ РИМЕ
"Культура и искусство античного мира". Материалы научной конференции (1979).
ГМИИ им.Пушкина. М., 1980, "Советский Художник". 385-405 стр.

***
А я сижу на даче, как вырожденец, конечно.

#historia #Рим #misc

Писатель Петровский попросил написать о том, как я обсуждала с редактором книги “С точки зрения Карфагена” древнеримский секс (тот, который до н.э) и чем он отличается от нашего. Любовь, тоже, конечно, но кому это интересно.
Я взяла целые сутки на то, чтобы посмущаться, но глупо не хайпануть на этой теме.

В принципе, много уже становится понятно из книги Киньяра “Секс и страх”, но во-первых, она написана немного по-особому, во-вторых, Киньяр соединил некоторые ниточки между собой, но при этом изрядно добавил какого-то своего личного визионерства, что местами раздражает и вызывает желание достать тряпку, чтобы протереть это мутное стекло его измышлений.

1. Доминирование-подчинение

Для знатного римлянина был только он и его член - как активное мужское начало и выражение этой активности во внешний мир.
Поэтому отношения - семейные и любовные - разворачивались только по этой вертикали (даже несмотря на то, что римлянки пользовались чуть большей экономической и любовной свободой, нежели гречанки. Но я дальше напишу, почему).

Этому активному мужскому началу подчинялась вся familia - рабы, вольноотпущенники, жены, дети и клиенты. Как видите, жена и дети по сути мало чем отличаются от всех остальных в этом списке. Жен могли “одалживать” друг другу - без кавычек, правда, в прямом смысле. Об этом пишут напрямую и открыто - Катон Утический одолжил жену кому-то из друзей, например, известный факт.
Собственно, Нерон якшался с матерью примерно из тех же морально-этических соображений - он император, он власть, он активное начало, ему все можно. Хотя даже для этой модели его поведение - зашкварно, и это уже была наша эра, когда все стали вести себя более ханжески, но тем не менее.

В общем, свободному гражданину, а уж особенно знатному, ебать можно было кого угодно и как угодно. Главное только, чтобы не его. Потому что этим он позорит не только себя, а весь Рим.

#Рим #historia #misc

2. Любовь

Формально такого понятия не существовало.
Трахать можно было кого угодно - раба, рабыню, мальчика, девочку, жену, друга. Любить, конечно, - тоже. Показывать любовь прилюдно - нельзя никак.

Понятное дело, у простолюдинов все было попроще и жили они посвободнее, но если ты патриций или легат какой-нибудь, то любовь тебя погубит в буквальном смысле. Как я не один раз писала, Овидий публично высказался на тему любви к жене и вообще к одной возлюбленной, за что был сослан. Жену можно любить, но - спрятавшись дома в ее покоях. На публике (а, к слову, римляне жили только на публику, потому понятие privacy им было незнакомо и непонятно) все это опять же носило характер “доминирования-подчинения”.


3. Брак
Брак - долг каждого гражданина Рима.
Цензор Квинт Метелл говорил: “Если бы могли обойтись без жен (в плане деторождения), мы бы, конечно, воздержались от женитьбы”.
“Вступление в брак есть долг каждого гражданина”.

“Для того чтобы оставаться добропорядочным человеком, предаваться любви следует исключительно с целью деторождения; брак существует вовсе не ради плотских утех”. Сенека вообще пишет о том, что нехер относиться к своей жене как к любовнице - излишние ласки ей ни к чему.

Для мужчины брак был необходим, поскольку - а это опять же модель “доминирование-подчинение” - мужчина не может править Римом (или занимать какую-то важную должность, короче, чем-то управлять), если у него нет супруги, которой он управляет.

Для женщины брак означал переход из под власти отца под власть супруга. Мужчина как бы “покупал” жену (несмотря на то, что она приходила со своим капиталом) и получал ту же власть, что над ней имел отец - вплоть до права на убийство.

Плиний Младший куртуазно пишет о том, что мужчина “обязан ввести наивную супругу в таинства грамматики, книжной культуры и науки” (а не в то, что вы подумали).

Дома римские жены, конечно, не сидели на женской стороне, как гречанки, но и не возлежали рядом с мужчинами в полупрозрачных одеждах, как этрусские аристократки. Вообще, кстати, вся эмпансипация римской женщины - в отличие от гречанки - это заслуга этрусков, у которых женщины пользовались сильно бОльшей свободой (есть версия, что это потому что этруски - неиндоевропейцы. Версия хорошая, мне нравится).

#Рим #historia #misc

4. Измены
С изменами все обстояло странно, если честно.
Упор на моногамию в браке пошел в конце 1го-начале 2го века н.э, до этого всем было похуй. Мужья не обижались на женские измены, и рогоносцами их никто не клеймил.

Несмотря на то, что муж был по сути владельцем жены (вот здесь вот ключевой момент, который нам сильно непонятен!), к ее изменам он относился так же, как… к досадной хуйне, потому что ОН САМ НЕ ДОГЛЯДЕЛ! То есть, как если бы внебрачно забеременела дочь или там сбежал или начал уклоняться от работы раб. То есть, не жена виновата, а он был дурным ей хозяином. Кореша-патриции и плебс могут посмеяться над ним, указав ему на то, что он виновник падения нравов, но не более. И Цезарь, и Катон, и Цицерон - всем им изменяли жены, но никто не делал из этого большой беды.

Поль Вэйн пишет, что “для мужа или отца единственным способом избежать общественного порицания было — первым публично заявить о безнравственном поведении своих домашних. Император Август в своем указе подробно рассказывает об интимных связях собственной дочери Юлии, Нерон — об измене своей жены Октавии, и все это только для того, чтобы не быть обвиненными в «терпимости», а значит, и в потворстве пороку”.

А все почему?
Потому что в Риме не было - несмотря на рабовладельческий строй (про это надо отдельно писать) - христианского понятия греха плоти и вообще “собственнического отношения к плоти в его библейском понимании” не было. У них не было брезгливости на тему “ай она не девстенница” или “уже была замужем” - не зашквар было жениться на женщине, побывавшей замужем и три, и четыре раза. Или вообще, например, как император Домициан, взять в жены женщину, которая на тот момент уже была замужем за другим.

#Рим #historia #misc

Британские археологи (университет Кардифф) решили основательно взяться за раскопки на Inis Mona (о.Англси)

Уже начали вовсю копать захоронение 4 000-летней давности в надежде на то, что это прольет свет на друидический херитаж и вообще.

Если кратко: Inis Mona (второй виток популярности после песни Eluveitie) - священный остров и оплот британских друидов, ,которых к хуям повырезали римляне.

Десятилетиями археологи пытались найти хоть какие-то доказательства обитания друидов на острове Англси, но безуспешно.

https://www.livescience.com/65822-burial-mound-island-of-druids.html?fbclid=IwAR2tzq3g2IV5XkDXDgOP_X1T6kQi3R1F0olsfV5nngBJXZx58fLTWQ2b8pY

#celtic #druids #historia

Мир перед затмением категорически не рекомендует винишко, поэтому обратим свой взор к тем, кто не пил.

***
… местные жрецы обладали особым упорядоченным и целостным учением, которое Цезарь определил как disciplina. Это означало систематическое обучение, заучивание гимнов, особый социальный статус друидов, который давал им возможность жестко регламентировать общественную жизнь, в том числе воспитывать воинов, не знающих страха смерти. Священными животными у местного населени являлись корова и кот.

Если с обожествлением крупного рогатого скота все предельно ясно - это генетические воспоминания о древнеиндийской прародине, то культ кота является явным заимствованием из древнеегипетской культуры. Кельтоязычные фригийцы и троянцы с незапамятных времен имели устойчивые контакты с древневосточными государствами.

Бритты в отличие от галлов не употребляли вина и свинины. У них существовало простое представление о личном счастье, сводившееся к традиционному cuirm lemm, lemlacht la catt - “пиво для меня как парное молоко для кота”.

А.В. Гребенюк - о бриттах и Цезаре. Ну о котах тоже.

#druids #celtic #historia

Септимий Север (еще не будучи императором) говорил по-латински с очень грубым пунийским акцентом и сам был родом из Лептис Магна, города на побережье Туниса, который ранее входил в империю Карфагена. Командовал войсками иллирийцев, расквартированных в Паннонии. Север не сомневался в поддержке своих солдат, когда втопил в Рим на вакантное место императора, но на всякий случай провозгласил себя сыном Марка Аврелия (несмотря на пунийский акцент).

Императором Рима стал выходец из Карфагена.

И - историческая ирония.

#Рим #historia

Гадания на внутренностях (гаруспик/гаруспекс)

Прекрасная практика, которая перешла к римлянам от этрусков, но, судя по всему, была известна почти всем.
Активно по внутренностям жертвенных животных гадали маги Шумера и Аккада, а потом это переняли у них ассирийцы. Не брезговали этой практикой и греки, притом почти все, не только жрецы или прорицатели.

В 1877 г. в окрестностях Пьяченца фермер, вскапывавший свой огродик, обнаружил в земле бронзовый предмет длиной 12,5 сантиметров. То было этруссукое учебное пособие по гаданию: печень овцы с обозначениями областей - какая что значит.

“Жрецы, гадавшие по печени животных особое внимание обращали на её пирамидальный отросток. Если он был большим, то человека, обращавшегося за предсказанием, ожидала удача в делах, если маленьким — несчастье. Раздвоённый отросток пророчил войну, а утолщение на его вершине толковалось как победа в ней. Гаруспики надевали остроконечный колпак из овечьей шкуры и грубую шерстяную одежду, на которой не должно было быть ни завязок, ни узлов. Колпак крепился под подбородком кожаной лентой, если же, несмотря на все предосторожности, он всё-таки сползал на лоб или затылок, это считалось дурным знаком. На плече гаруспики всегда носили ритуальный бронзовый нож с широким лезвием и рукояткой в виде статуэтки. Для предсказания годилась печень исключительно здоровых овец, да и то не всех, а лишь тех, которые сопротивлялись, когда их собирались принести в жертву. Поначалу гаруспики обращали внимание только на цвет и размеры печени, однако позже, судя по бронзовой находке из Пьяченцы, стали соотносить определённые участки этого органа с жилищами отдельных богов. Край печени делили на шестнадцать прямоугольников с именами главных богов — Тин, Уни, Менрва, Мант, Мания… Каждому из прямоугольников соответствовал участок неба, и, сопоставляя состояние сектора печени с частью небесного свода, маги делали предсказание”. (Непомнящий Н. Н.)

#Рим #magic #historia

Сегодня вот две истории: про расизм и про традиции.

1. Про расизм
Палеонтологи, она говорит, очень деликатно эту тему поминают, понятное дело, но есть такая версия, что на все “запускалось” по несколько параллельных проектов, если вы понимаете, о чем я. На людей - несколько параллельных веток, на птиц, на животных, сильно между собой отличающихся.

Это вообще мы неандертальцев обуждали. И вот выжила наша ветка и еще кое-какие странно побочные - вроде пигмеев, которые по многим своим характеристикам вообще на людей мало похожи. И вот например, когда начали активно колонизировать Южную Америку, почти все - и белые, и коренные индейцы - очень плохо относились к “бракам” между завезенными черными рабами и коренными индейцами.
Почему?
Потому что рабов завозили в основном с южного побережья Африки, где дохера было вот этих пигмейских племен и скрещиваний с ними. А индейцы Южной Америки очень дохера тоже жили в сильной изоляции. И в общем два этих человеческих вида были далеки друг от друга настолько, насколько это возможно. Поэтому рождались от таких связей великие уродцы, вызывавшие у всех почти мистический ужас.

2. Про традицию
У загадочного племени венетов, от которых, собственно, назван регион Венето в Италии, и которые были причиной головной боли Цезаря при битве при Морбиане в Арморике, и по названию которых в финно-угорских языках русских называют vened до сих пор…
В ощем, у племени венетов была печка-каменка. Это, например, один из аргументов того, что венеты были славянским племенем. Но история не про венетов, а про следование традиции.

Когда в смутные времена развала Римской империи были “девять голодных лет” - неурожай, климатический коллапс и дикий холод, настолько дикий, что Дунай и Рейн замерзали, и варвары ходили в Рим по льду, как к себе домой, туда и обратно, - славянские племена неслабо поднялись. И считается, что выжили имено за счет этой самой печки-каменки, которой додумались отапливать жилища (в жилищах венетов она тоже стояла внутри).

А вот римляне…. и вообще все италики… Тоже была им знакомая такая печь. Но стояла она всегда снаружи, и за тысячу лет никому и в голову не пришло отапливать ею жилища - даже в холода. Потому что не было такого заведено. И точка.

3. Про насрать на традиции
Прадедушка Катона - самого популярного Катона, нам известного, - тот самый Катон, который топил за разрушение Карфагена.
Еще он топил против разврата и роскоши. И написал огромный трактат о ведении сельского хозяйства De agri cultura (Земледелие).

Также прадедушка Катон яростно отстаивал в сенате традиции древних (mos maiorum), в том числе, именно поэтому топил за разрушение Карфагена. И тут самое интересное. Напомню, что время это - Пунические войны.

Так вот, прадедушка Катон женился… НА РАБЫНЕ. Буквально положив на все mos maiourum огромный фаллос. Ну ок, не на рабыне, но на 15-летней дочери своей клиента (что почти то же самое). Сам он уже был прадедушка - 80летний старик.

А после этой женитьбы вообще ему все стало нипочем и он начал втихую промышлять ростовщичеством.

#Рим #historia

Коридор затмений почти все, и к понедельнику все-более менее встанет на свои места.
Поэтому понемногу возвращаемся к обычной жизни.
Сегодня ни о чем серьезном не пишу - ни о магии, ни о практиках (кстати, были вопросы), ни о истории.

Хочется о чем-то легкомысленном, например, о моде. Например, о древнеримской тоге и тунике.

Например, длинная туника считалась фу и зашквар.
Такой туни­кой Цице­рон попре­кал Верре­са (in Verr. V. 33. 86), и, по его мне­нию, о распут­но­сти при­спеш­ни­ков Кати­ли­ны свиде­тель­ст­во­ва­ли, меж­ду про­чим, и туни­ки до пят с рука­ва­ми до запя­стий (in Cat. II. 10. 22; ср. Gell. VII. 12. 1).

Один фран­цуз­ский уче­ный ост­ро­ум­но заме­тил, что архео­ло­гам так же труд­но опи­сать тогу, как рим­ля­нам было наде­вать ее. Была она гро­мозд­ка и неудоб­на даже и во вре­ме­на ран­ней рес­пуб­ли­ки, когда была «малой» (exi­gua), плот­нее при­ле­га­ла к телу и не име­ла тако­го коли­че­ства скла­док. Хоро­шее пред­став­ле­ние о тоге тех вре­мен дает ста­туя так назы­вае­мо­го «этрус­ско­го ора­то­ра», хра­ня­ща­я­ся во Фло­рен­ции. Такую тогу мы видим на памят­ни­ках II в. и пер­вой поло­ви­ны I в. до н. э.; чем даль­ше, одна­ко, тем тога ста­но­вит­ся шире и длин­нее, с этажами скла­док и пута­ни­цей изги­бов. Дру­зья Кати­ли­ны ходи­ли, завер­нув­шись «не в тоги, а в пару­са» (Cic. in Cat. II. 10. 22)
(с)М.Е. Сергеенко, Жизнь древнего Рима

Нельзя, например, было носить тогу так, чтобы она волочилась. Это считалось признаком изнеженности и небрежности. За такое ношение тоги часто глумились над Цезарем (а я считаю, что Цезарю все можно - даже если тога волочится).

А еще был инетерсный случай. Если вы думаете, например, что это только в Штатах сейчас подают в суд абсолютно на все, то зря.
Например, соперник Цицерона и знаменитый оратор Гортензий очень любил изысканно укладывать тогу в складочки перед зеркалом. И однажды, когда в толпе кто-то в него врезался и “раз­ру­шил соору­же­ние его тоги, сдви­нув склад­ки с пле­ча”, он подал на мерзавца в суд за оскорб­ле­ние (Macr. sat. III. 13. 4—5).

#Рим #historia #misc

Римлянин времен Республики вроде и верил в жизнь после смерти, но как-то тааааааак.

Загробная жизнь у них была примерно греческая - монетки на глаза для перевозчика через Стикс и потом блуждание по полям асфоделей в Аиде. Что там за пространство, что там делают души кроме унылого хождения туда-сюда - римлянин не знал и не задумывался особо. Но, например, очень боялся остаться без головы, потому что иначе а куда класть монетки для перевозчика? То есть, страх не попасть в загробный мир тоже был. Хотя на наш взгляд, не очень понятно, чем бесцельное блуждание в сером тумане Аида лучше чем непопадание туда из-за отсутствия головы.

Кельты и их друиды же твердо верили в переселение душ (до сих пор ведутся споры на тему того, откуда вообще они подцепили эту веру - от Пифагора или это реликт индийских учений о карме и перерождении). Настолько, что друиды даже одалживали друг другу бабло под расписку на следующую жизнь, настолько они были уверены, что переродятся и увидятся или увидятся в другом измерении.

***
По остроумному замечанию В. Мегоу, кельтский воин являлся в потусторонний мир в полном вооружении, с частью свиной туши, данной в качестве приза победителю, и с женой, украшенной драгоценностями, которая все ещё держала в руках кухонную утварь. [44 — Mega w J. V. S. Art of the European Age. A Study of the Elusive Image. Bath; Somerset, 1970. P. 17.]

(c) Франсуаза Леру, Кельтские друиды

#celtic #Рим #historia

Пока я пишу тут прекрасные волшебные тексты и рассказываю миру про призрачных летяжек, вы, бессердечные твари, от меня отписываетесь?!

Ладно, вот зато другие новости: фермер откопал у себя в саду под оливой могилу 3500-летней давности, два богатых крито-микенских мужика закопаны.

https://www.archaeology-world.com/greek-farmer-accidentally-discovers-3400-year-old-minoan-tomb-hidden-under-olive-grove/

#historia #греки

Карфагенская “русалка”.

Надгробный памятник IV и III век до н.э, Карфаген.
#historia #misc

О поцелуях в губы в эти жаркие летние дни

Считается, что Рим основали беглецы из Трои, которым удалось сесть на корабль и прибиться к берегам Этрурии. Женщины очень тяжело переносили плавание и сильно страдали. Тогда некая Рома, женщина очень знатного происхождения и явно незаурядного ума, подговорила подруг сжечь корабли.

Мужчины весьма прогневались, но потом решили, что вроде «ничотак». Почва на Палатине оказалась плодородная, соседи приняли их дружелюбно, а в честь Ромы якобы воздвигли город. С тех пор повелось там, что женщины целуют в губы родственников и мужей, потому что так они ласкали своих мужей, когда сожгли корабли и умоляли их простить.

«Римский обычай целоваться в губы, неизвестный в Элладе, неслучайно привлек внимание знаменитого историографа. В эпоху Ренессанса он стал распространяться среди итальянских горожан благодаря стихам Иоанна Секунда, который узнал о нем от Плутарха».
А.В.Гребенюк

#Рим #books #historia

Есть и такая версия

Считается, что Рим основали беглецы из Трои, которым удалось сесть на корабль и прибиться к берегам Этрурии. Женщины очень тяжело переносили плавание и сильно страдали. Тогда некая Рома, женщина очень знатного происхождения и явно незаурядного ума, подговорила подруг сжечь корабли.

Мужчины весьма прогневались, но потом решили, что вроде «ничотак». Почва на Палатине оказалась плодородная, соседи приняли их дружелюбно, а в честь Ромы якобы воздвигли город. С тех пор повелось там, что женщины целуют в губы родственников и мужей, потому что так они ласкали своих мужей, когда сожгли корабли и умоляли их простить.

«Римский обычай целоваться в губы, неизвестный в Элладе, неслучайно привлек внимание знаменитого историографа. В эпоху Ренессанса он стал распространяться среди итальянских горожан благодаря стихам Иоанна Секунда, который узнал о нем от Плутарха».
А.В.Гребенюк

#Рим #books #historia