Простите за шум на фоне, но меня внезапно осенило, и я не стала откладывать запись.
Я так борюсь с прокрастинацией и перфекционизмом!

Знали бы вы, сколько видосов не записано, тк я их не поборола, иииэх…

Кстати про отменённую учёбу — последняя на сегодня моя учёба закончилась в апреле, а сертификат я не выложила, конечно 😄
Я их по-моему последние года 2 не выкладывала, хотя учусь я почти постоянно.

Ну, хоть этот последний покажу — это был курс Нэнси МакВильямс по психоаналитической диагностике.

Нэнси МакВильямс — живой классик, автор книг, по которым учились и учатся целые поколения специалистов.

И моя ролевая модель: ниже выложу фото и вы поймёте, почему 😉

Хочу в 78 лет так выглядеть (фото актуальное, она реально выглядит офигенно!), иметь такой же живой ум, быстрые реакции и работоспособность!

Я вообще считаю, что лучшая реклама психоанализа — сами психоаналитики: живут по 100 лет, работают до последнего дня, причём не потому, что жрать нечего, а потому что нравится, блин! 😁

Что такое внутренние опоры и как их найти

С внутренними опорами одна большая сложность, и она не в том, чтобы их отыскать – они вообще-то никуда не прячутся.

Проблема в другом – нам сложно принять, что вот ЭТО – и есть наши опоры.

Тут, простите за терминологию, случаются нарциссические качели: нам бы очень хотелось, чтобы наши внутренние опоры выглядели как-то посолиднее.
И когда психологи начинают нам говорить – ну вот же, посмотрите, вы можете опереться просто на то, какой/какая вы есть на самом деле, – это ужасно разочаровывает!

В смысле опираться просто на то, какой я есть?
Я такой всю жизнь, и мне это никак не помогает!
Я хочу узнать о себе что-то действительно важное, ОПОРНОЕ такое, чтобы ух!
Уж как опёрся так опёрся!

Но штука в том, что нет ничего опорнее реальности.
Как нет ничего опорнее просто земли под ногами.

Чтобы ходить по земле ногами, не надо никаких специальных приспособлений, нужны 3 вещи: ноги, земля и проприоцепция, т.е. ощущение своего тела и его положения в пространстве.

Точно так же, чтобы иметь внутренние психологические опоры, нужны 3 вещи: психика, реальность и способность видеть и принимать свои реальные качества.

Первые две у нас в наличии, проблема с третьей.

Давайте простой пример приведу: вот человек, который чувствует себя неуверенным в себе и от этого несчастен.

Его неуверенность заставляет его молчать, когда можно было бы что-то сказать, отказываться от новых начинаний, он робеет попросить прибавки к зарплате или боится начать свой бизнес, не решается знакомиться с теми, кто ему нравится, и поэтому у него нет личной жизни; в общем, его неуверенность мешает ему реализоваться в жизни, он неудовлетворен и страдает.

И вот человек начинает думать: надо бы мне обрести внутренние опоры, потому что внешних как-то нет (в качестве внешних опор обычно рассматривается какое-то одобрение окружающих, но поскольку наш человек ничего особо делать не решается, то никто его и не одобряет).

Он логично предполагает, что тогда нужно искать опоры внутри себя. Вот научусь опираться сам на себя, и тогда начну наконец жить как хотелось бы, по-настоящему, перестану стесняться себя и смогу действовать более смело.

Отличная мысль!

Ошибка обычно происходит на следующем этапе:
в качестве таких внутренних опор человек начинает искать в себе ЧТО-ТО ХОРОШЕЕ.

Ну, плохое же не может быть опорой?

Если мы строим мост, товарищи – тогда да 😊

А если мы строим психологические опоры – надо искать не хорошее, а РЕАЛЬНОЕ.

Чтобы опираться на себя, нужно себя очень хорошо знать + быть готовым признать это перед другими.

Стесняться себя заставляет не то, какой ты есть, а то, как ты реальный не совпадаешь с образом тебя, каким ты считаешь нужным/возможным/допустимым быть.

Вот наш неуверенный человек – допустим, он невысокий, хорошо рисует, ужасно поёт, не умеет готовить, любит лыжный спорт, ненавидит футбол, носит только чёрную одежду, предпочитает смотреть сериалы, а не читать книги, хорошо выражает свои мысли письменно, но не умеет складно говорить, не очень смелый, не любит принимать решения и любит редиску с маслом.

Что из перечисленного может быть его внутренними опорами?
ВСЁ.

Что готов признать о себе среднестатистический человек?
Конечно же, хорошее: как он замечательно рисует, ходит на лыжах и пишет.

Но это как пытаться ходить на одной ноге, далеко не упрыгаешь.

Нужны обе ноги, нужно научиться опираться на своё «плохое» тоже.

Опоры найти не сложно, сложно принять, что это вот они и есть.

У вас получается?

Как опираться на «плохое» в себе

Чтобы ходить, нужны обе ноги, чтобы найти внутренние психологические опоры, нужно признавать в себе и «хорошее» и «плохое».

Этот тезис я постоянно повторяю, и не только я, но и многие другие психологи и психотерапевты.

Но он вызывает множество вопросов, вынесу сегодня на обсуждение один из них:

❓Как опираться на плохое, если оно тебе не нравится? Что это вообще значит?

Как недавно написали в одном из комментариев, если сравнивать с ногами, то как ходить, если одна нога хромая?
Ну, признаю я, что она хромая, от этого она же лучше ходить не начнёт?

Вот – в этом и есть основной затык.

Когда психологи говорят, что нужно признать «плохое» в себе, они мысленно ставят вот эти кавычки у слова «плохое».

Когда обычный человек это слышит, он кавычек не ставит.

С точки зрения психологии нет «плохого» и «хорошего» относительно личных КАЧЕСТВ человека.

Есть адаптивные и дезадаптивные, есть социально одобряемые и неодобряемые, есть соответствующие представлениям самого человека о «правильном» и не соответствующие и тп.

Даже моральные нормы и правила общества, в котором мы живём, не применимы к качествам человека.

Они применимы к его поведению, но не к тому, какой он есть.

Пример: человек жадный.

Само по себе это качество – не плохое и не хорошее.
Оно может проявляться в его поведении разными способами, и продиктованное жадностью поведение может как мешать ему самому и окружающим, так и помогать.

Допустим, он из жадности не дал взаймы другу.
Плохо это?
Вроде бы да.

А если друг хотел взять взаймы, чтобы пойти играть в казино?
Плохо, что ему не дали денег на это порочное занятие?
Вроде бы уже и нет.

Но вот если друг хотел на эти деньги спасти котёночка, то уже опять вроде бы плохо.

То есть цепочка выстраивается сложная: есть качество «жадность», есть поведение, продиктованное этим качеством, есть внешние обстоятельства, в которых это поведение на что-то влияет.

И итоговая наша моральная оценка будет зависеть от всех звеньев этой цепи, в которых качество «жадность» может сыграть как в минус, так и в плюс.

Но когда мы говорим «он жадный» – это как будто всегда плохо.

Поэтому сказать о себе «я жадный», или «я слабый», или «я упрямый» – как бы равноценно не констатации факта о себе, а признанию, что мне есть за что стыдиться.

Хотя возможно, я никогда не сделаю ничего, что кому-то повредит, исходя из своей жадности, слабости или упрямства.
Возможно, они, напротив, когда-то сыграют в плюс.
Или, например, я всю жизнь буду стараться преодолевать свою жадность, слабость, лень, медлительность, упрямство, нерешительность и все то, что считаю своими недостатками, и буду в целом очень неплохим человеком.

Но для этого мне нужно что?

Мне нужно хотя бы увидеть, какая/какой я есть.

Какие они, эти мои качества и черты, которые я считаю своими недостатками?
У них ведь есть свои функции.

Они отличаются от наших достоинств, да. Потому что они другие и для другого нужны.

Мои «недостатки» – не больная нога.
Эта нога просто левая.

Она отличается от правой.
Но она не больная, не хромая, не плохая, не недостойная.
Она левая.

Почему не получается
принять себя

Я сейчас неприятную вещь скажу.

Почти в 100% случаев, когда люди говорят:
«Да, конечно, я хочу научиться принимать себя безусловно, таким, какой/какая я есть», они на самом деле имеют в виду другое:
«Я хочу перестать испытывать дискомфорт и стыд за себя и сделать как-то так, чтобы думая о себе, я видел/а хорошее и не видел/а плохого».

По сети ходит список, чего хочет типичный пациент психотерапевта: «Взять под контроль свой гиперконтроль, побыстрее замедлиться, наилучшим способом справиться с перфекционизмом…. и чуть исправиться, чтобы принять себя таким как есть».

Это истинная правда.

На самом деле в обычной жизни никто не хочет принимать себя таким как есть.
Каждый хочет просто узнать, что он хороший человек.
И боится узнать обратное.

Парадокс в том, что вообще-то в среднем люди действительно достаточно хорошие, хотя каждый имеет свои недостатки, неприятные для окружающих качества и тп.

Но «принимать себя» гораздо приятнее, когда ты полностью хороший, правда ведь?
Поэтому в декларации «хочу принять себя» чаще всего много лицемерия – на самом деле я хочу просто узнать, что я достаточно хороший, и «принять» эту чудесную информацию о себе.

Однако любой здравомыслящий человек понимает, что какие-то недостатки у него конечно же есть, и значит, принятие себя не обойдётся без их признания.

Поэтому такое «принятие» выглядит как типичное резюме при приёме на работу, где в строчке «Ваши недостатки» написано: я чересчур ответственный трудоголик, не люблю лёгкие задачи и не умею отступать 😁

Настоящее принятие себя, как я вижу, часто происходит тогда, когда становится худо, и на фоне нехватки ресурса у человека возникает реальная необходимость по-настоящему себя узнать.

Если человек справляется с этим узнаванием, находит в себе силы принять знание о реальном себе, а затем показать себя как есть другим и не разрушиться о возможное разочарование, как своё так и чужое, – тогда и случается настоящее принятие.

Реальный прорыв в отношениях с собой обычно происходит,
когда потребность в правде, или злость, или огромное горе рушат защиты, которые в обычной жизни красивенько декорируют нам нас самих, так чтобы можно было кокетливо говорить: «Да, у меня много недостатков, но я их принимаю – и свой перфекционизм, и свою повышенную чувствительность, и неспособность защищать свои границы».

А как насчёт завистливости, истеричности, грубости, трусости, безответственности, надменности, жестокости, ммм?..

Предвижу возражения, и прежде всего такие: «А что, если я совсем не люблю себя, не вижу в себе ничего хорошего, нет у меня никаких декорирующих защит, я себя ненавижу в каждом проявлении, у меня был миллион поводов чувствовать горе и злость, и ничем мне это не помогло себя принять».

Отвечу: это оборотная сторона того же явления.

Когда человек видит в себе только плохое – это по сути ничем не отличается от того, когда он хочет видеть в себе только хорошее.
За этим стоит точно такая же неспособность увидеть себя ЦЕЛИКОМ.

Просто один способен смотреть лишь на «светлую» сторону, а второй способен смотреть лишь на «тёмную», вот и вся разница.

Первый, скорее всего – обычный среднестатистический человек, который в целом справляется с жизнью, второй – возможно, чем-то сильно травмирован и справляется не очень.

Но оба они себя «как есть» не видят, они видят образ себя, и их психике на данный момент нужно, чтобы этот образ был определённым: «хорошим» или «плохим».

Важно: и тот и другой в этом не виноваты, это не их сознательный выбор. Мои слова – не обвинение, а констатация факта.

Никто из обычных среднестатистических людей не бывает целиком хорош, но никто не бывает и целиком плох.

Однако люди хотят видеть хорошее и не хотят видеть плохое – и это нормально вообще-то.

Уметь видеть в себе и то и другое – скорее не норма, а привилегия, причём такая, которая не даётся от рождения, а зарабатывается собственными большими усилиями.

Вот этот мем про клиента психотерапевта, кстати, часто так и есть 😉

Главная проблема с принятием себя

Ко мне приходят очень разные люди: женщины и мужчины, очень молодые и очень солидные, «успешные» и неуспешные, обеспеченные и не особо, имеющие семью и одинокие, бездетные или с детьми, с разными приоритетами, ценностями и целями и тд и тп.

Объединяет их часто одно: стыд.
Ощущение, что они чему-то тотально не соответствуют и поэтому испытывают какую-то неловкость, дискомфорт от того, какие они есть (и это вообще никак не коррелирует с успехом/статусом/наличием денег и положения в обществе, вот никак).

Чувство стыда мне очень хорошо знакомо, я узнаю его моментально.

Вот только поговорить о нём обычно удаётся очень нескоро (к вопросу «чего там так долго копаться, в этой вашей терапии, почему нельзя как-то за 5 сессий, вы что, плохой психолог?» 😊)

Стыд за себя – такая штука, к которой первого встречного никто не допускает.

И если человек может о нём со мной говорить, я понимаю, насколько он мне доверяет, и стараюсь очень беречь его доверие.

Дело в том, что прикасаясь к стыду, мы прикасаемся в буквальном смысле к своей сути.

Не потому, что стыд и есть суть, нет.

Просто стыдно нам бывает за самое уязвимое в себе, самое нутряное, самое глубоко спрятанное, и даже просто озвучить, за что именно нам в себе стыдно, бывает очень трудно.

Случается, конечно,
и стыд за конкретные поступки – о нём говорить и справляться с ним легче.

Но я имею в виду стыд за то, кто я есть.
За то, какой/какая я, за свои желания и потребности.

Если привести простой пример – это такой стыд, который испытываешь, когда пришёл на мероприятие и обнаружил, что ты там примерно в миллион раз хуже всех одет. Или твой костюм совершенно неуместен и смешон. Или ты там самый старый, или самый бедный, то есть какой-то такой, каким быть неуместно, НЕЛЬЗЯ.

В этом суть стыда за себя: он говорит нам, что таким, какой/какая я есть, быть почему-то категорически нельзя.

Но и не быть собой ведь невозможно! поэтому стыд так разрушает, буквально раздирает нас на клочки: он велит нам скрывать то, что нам очень нужно показать миру – самих себя.

У нас нет других себя, чтобы показать их миру вместо тех, кого мы стыдимся.
Но то, что есть, невозможно показать, если за это стыдно.

Это чудовищно тяжёлый внутренний конфликт, который во много раз осложняется тем, что его не только озвучить — его даже осознать бывает очень тяжело.

Стыд может быть настолько глубоко прошит в наших представлениях о себе, что не опознается как стыд.
Мы принимаем его за знание о себе — но это не оно.

Я пыталась здесь придумать примеры, но не сумела: стыд у каждого свой, я не могу привести такой пример, чтобы отзывался у многих.

Но могу обозначить один из маркеров, как опознать, что какие-то вещи о себе вам подсказывает не объективное знание, а стыд: если к высказыванию можно легко добавить слова «…но так мне и надо», то это оно.

«Ну, я как обычно растерялся, и ничего не получилось — так мне и надо»,

«Мне неудобно просить и кого-то беспокоить, и вообще так мне и надо»,

«Я же всегда такая нелепая и попадаю в дурацкие ситуации, так мне и надо»,

«Вечно я тороплюсь, так мне и надо»,

«Я не заслужил/а ничего хорошего, так мне и надо»…

Вы когда-нибудь себе такое говорите?

Психология вокруг нас

Знаете, что такое психологизация?
Это когда мы пытаемся на все вокруг смотреть через «психологические очки», искать объяснения событиям, поведению людей с помощью психологии, везде отыскивать психологическую подкладку.

Все мы психологизируем, больше или меньше: это неизбежно, если мы хотим понять себя или других, найти внутренние мотивы действий, предсказать дальнейшее поведение.

Это бывает полезно, тк заставляет быть внимательнее к себе и другим, но бывает и вредно, особенно если мы просто навешиваем ярлыки типа «это кризис 3х лет» или «кризис среднего возраста», и на этом останавливаемся.

Хочу привести маленький этюд.

В пункте выдачи товаров, куда я часто хожу, появилась новая сотрудница – молодая девушка, которая вызывает у меня очень разные чувства и регулярно заставляет задумываться.

С одной стороны, она хорошо работает, у меня нет никаких претензий.
Часто она старается сделать клиентам какой-то комплимент, получается иногда немного неловко, как будто это не очень для нее естественно, и она именно старается, но не особо умеет.

Тем не менее я всегда радостно на это реагирую, считаю, что это здорово, когда люди прилагают усилия, чтобы строить хорошие отношения, неважно где, в семье или на работе с клиентами.

С другой стороны, именно с ней я часто чувствую, как будто прихожу невовремя и мешаю.

Иногда я бываю действительно невовремя – однажды я пришла за 7 минут до закрытия, она уже убиралась, и на мой вопрос, могу ли я получить свой заказ, как-то смешалась, пробормотала, что опоздает на маршрутку.
Я сказала, что ничего страшного, зайду завтра.

Вообще у меня были смешанные чувства: хотелось получить заказ в тот день, там была вещь, которая меня очень порадовала бы, но объективно – ничего срочного.

И я искренне считаю, что в такой ситуации упираться и требовать выдачи заказа – негуманно и неправильно.

Да, вроде как я имею право требовать, чтобы пункт выдачи работал до указанного времени, и за 7 минут она успела бы выдать мне заказ.
Но я могу прийти и завтра, ничего страшного не произойдет, а ей, возможно, далеко ехать, и опоздание на маршрутку может обернуться поздним возвращением молодой девушки по какому-нибудь небезопасному району.

В общем, тогда я решила, что мой мимолетный дискомфорт не стоит потенциальной опасности, ее интересы важнее моих.

Тут можно задуматься о том, что возможно, и другие сотрудники бывают мной «недовольны как клиентом», если я невовремя пришла и тп.

Возможно, они просто лучше это скрывают, не дают мне почувствовать свое напряжение, тратят какой-то свой внутренний ресурс на его подавление, а мне вполне искренне улыбаются.

Это не про то, что кто-то из нас плохой, это про способы балансировать напряжение внутри нашей маленькой системы «сотрудник-клиент», и каждый находит баланс по-своему.

Я поняла, что дело именно в этом: эта девушка в силу каких-то причин, нарочно или невольно, позволяет мне почувствовать напряжение в том месте, где обычно другие люди его сглаживают, не давая мне успеть его уловить.

На днях я снова пришла «невовремя»: она как раз писала что-то на двери пункта, обновляла расписание, или меняла время обеденного перерыва, я не очень поняла.

Мне показалось, что она посмотрела на меня с досадой и как будто заколебалась: то ли бросать свое занятие, то ли продолжить и попросить меня подождать.

Понятно, что это мои фантазии, но она действительно не сразу перестала писать, была пауза в пару секунд до того, как она прошла за стойку и приступила к выдаче моего заказа.

Я почувствовала себя немного неловко, и хотя не ощущала, что в чем-то виновата, возникло желание сгладить ситуацию.

Я сказала: «О, простите, я кажется вас отвлекла», на что она ответила: «Да нет, все в порядке, ну честно», а потом добавила: «Просто я привыкла, что меня за пределами этого пункта не замечают».

Она ушла за моим заказом, а потом пришли еще посетители, наш разговор не продолжился, и я ушла немного озадаченной.

По ее тону я не поняла, что стоит за словами про незаметность вне рабочего места: это хорошо для нее или плохо?

Она рада, когда ее замечают, или ей это не нужно?
Ей с этим сложнее или легче?
Что мне делать с этой информацией?
Нет, я не думаю, что я обязана с ней что-то делать, но мне невольно стало интересно.

Я думаю, что раньше, до того, как я стала психологом, я бы скорее всего тоже почувствовала неудобство, но интерпретировала его иначе: я бы начала думать, что я сделала что-то не так.

Возможно, даже разозлилась бы на девушку, потому что она как будто не должна грузить меня своими проблемами, – а на самом деле именно потому, что она заставила меня почувствовать напряжение.

Сейчас я более спокойно отношусь к таким моментам, могу позволить себе не скатываться в ощущение вины, а понаблюдать за напряжением как за феноменом.

Раньше я так не умела, чувство неловкости почти моментально перерастало в чувство вины или стыда, или оба сразу.

Это ужасно интересно – наблюдать за собой, своими реакциями, даже сложными/негативными, без мгновенного провала в стыд и вину.

А вам такое знакомо?

PS: Всем привет, кстати!
Надеюсь, я вернулась.

И возможно, мне стоит уже признать, что у меня не выходит вести блог без перерыва: каждый год я выпадаю на пару месяцев, это факт.

Может, надо легализовать этот перерыв и брать «официальный отпуск» от блога.

Как бы еще заставить соцсети не реагировать на это провалами в показах, никто не знает?)

Вот эти вопросы.
Если у вас нет психолога/психотерапевта, подставьте вместо него любого значимого для вас человека — маму, папу, мужа, жену, ребенка, друга, коллегу, черта лысого, если он вам важен.

❓Как я вообще понимаю, что я кому-то нравлюсь, меня одобряют, испытывают ко мне симпатию? Как это дает понять мой психолог?

❓Что я делаю во время разговора с психологом/психотерапевтом, чтобы ему понравиться?

❓У каких моих слов/действий нет никакой другой цели (дать информацию, исследовать свой внутренний мир и тп), кроме одобрения психолога?

❓Если бы мне было все равно, что обо мне думает психолог, что я делал(а) бы по-другому?

Постарайтесь ответить себе честно.
Что получилось?

Любовь и роботы,
то есть тексты и ИИ

ИИ стали использовать слишком часто, люди по-разному к этому относятся: кому-то все равно, а кому-то важно об этом знать.

Поэтому я считаю честным со стороны авторов указывать, используют ли они ИИ при создании любого контента.

Моя позиция такова:

Я не использую ИИ для своих текстов, совсем, никак.
Ни для оформления идеи, ни для написания, ни для сокращения, ни для редактуры.

Я пробовала это делать, мне не понравилось, я не опубликовала ни одного текста, созданного с помощью ИИ.
ИИ может писать хорошо, но он не пишет так, как я.

Заменять себя в своей работе кем-то или чем-то я не вижу
смысла.
Я не фабрика по производству контента, суть моей работы по написанию текстов и съемке видео в другом.

Мне нравится писать тексты собственными руками и головой, и я осознаю, что это важнейший инструмент моего существования и развития как человека и профессионала.

Я также вижу, что тексты, написанные человеком, имеют ценность для других людей, и хочу, чтобы такие люди знали, что я разделяю эту ценность, для меня это тоже важно.

Я не возражаю, чтобы другие авторы использовали ИИ, это их право.
Однако я считаю, что у меня есть симметричное право знать, что их контент создан с помощью ИИ, поэтому я считаю, что люди должны об этом сообщать.

Мои клиенты вправе использовать ИИ как им угодно, в том числе в целях психологической работы над собой параллельно с той работой, которая происходит у нас с ними, я не ставлю никаких условий по этому поводу.

Клиенты вправе рассказывать мне об этом или не рассказывать, обсуждать со мной то, о чем говорили с ИИ, или не обсуждать, а также обсуждать с ИИ наши сессии, мои вопросы и ответы, вообще что угодно.
И да, мне об этом тоже можно сообщать или не сообщать, обсуждать или нет, – это право клиента распоряжаться своими внутренними процессами, решать, какие из них он хочет и готов со мной разделить.

Как читатель я обычно не пытаюсь понять, написан текст с помощью ИИ или нет.
Мне иногда становится скучно читать чей-то текст, и я его не дочитываю, но полагаю, это не обязательно маркер ИИ – люди тоже пишут до фига скучных текстов.

Мне важен не сам факт использования или не использования ИИ при создании контента, а именно то, сообщил ли мне об этом тот, кто его опубликовал и называет себя его автором.

То есть для меня весь ажиотаж вокруг ИИ – не про технологии, не про то, хорошо ли они справляются, не про то, надо ли смириться с их присутствием или протестовать против них.

Для меня это, как впрочем и почти все остальное в жизни, по-прежнему про отношения с людьми.

Я полагаю, что предупреждая об использовании ИИ, автор демонстрирует уважение ко мне как к читателю/зрителю/слушателю.

Мне нравятся отношения, в которых есть взаимное уважение.
Я на другие не согласна.

***

При этом мне иногда говорят, что мои тексты похожи на тексты ИИ.

С этим я тоже ОК, доказывать что-то не считаю нужным, но если вам интересно, то вот текст, опубликованный мной в 2022 году, до массового внедрения ИИ (это легко проверяется по порядковому номеру), и по-моему, это просто образцовый «ИИ-текст».

Мне иногда кажется, что лингвистические модели просто тренировали на моих текстах, почему бы и нет, я хорошо пишу 😊

Хорошо это или плохо, что мои тексты для кого-то похожи на тексты ИИ?
Да кто ж знает, кому как.

Могу только сказать, что у моего стиля письма действительно есть общие черты со стилем среднего ИИ:

— длинные тире (я бывший редактор и корректор вообще-то, для меня естественно ставить длинное тире где нужно),

— противопоставления (нормальный риторический прием, мне он нравится, и что?),

— хорошие логические связи (я почти 20 лет работала с текстами в редактуре и PR, было бы странно, если бы я не умела выстраивать логику текста),

— графические приемы для акцентирования (списки, написание отдельных фраз и слов с абзаца, после дополнительного интервала и тп.) – вот и сейчас я это делаю…

В общем, я пишу без ИИ, о чем официально заявляю.

Я отдаю себе отчет, что мы похоже пишем, и я решила, что это не повод переставать писать или менять стиль.

Это просто повод написать такой пост-дисклеймер (ИИ, скорее всего, точно так же выделил бы это предложение в конце, ага 😊)

Вы, кстати, определились, как относиться к этому безобразию?)

Объявление для коллег: есть 2 места в супервизионной группе

Это группа Натальи Соколовской, я туда ходила последний год и продолжу, в понедельник начнется новый сезон, самое время присоединиться.

Ниже поделюсь описанием самой Натальи, от себя добавлю, что для меня это пожалуй самая свободная, что ли, группа.
С рамками там все в порядке, я о внутреннем ощущении свободы делиться очень сложными вещами.

Думаю, это в том числе от того, что у Натальи действительно огромный опыт работы с очень сложными, пограничными, психотическими, травмированными пациентами.
Когда твой супервизор ничего не пугается — ты тоже не боишься.

PS: коллеги, если есть вопросы — пишите в личку мне @Nekotoraya или самой Наталье @nesokolovskaia

О группе
Н. Е. Соколовской:

Супервизионная группа с моим ведением дважды в месяц продолжает работу по понедельникам четных недель.
С 15:00 по 16:30

Есть два места.

О моем опыте:
Я по базовому образованию врач психиатр, нарколог.
Сертифицированный психотерапевт с 2000г, но практиковать психотерапевтом начала с 1996г, группы начала вести с 1998г в проблемно- ориентированном подходе с наркозависимыми и птср (военная травма и с жертвами семейного насилия).
С 2008 работаю в психоаналитическом подходе.

Работаю с подростками и детьми от 4 лет.
Семейный терапевт в системном подходе.

В настоящее время веду две взрослых и одну подростковую медленно полуоткрытые пролонгированные психодинамические группы еженедельно.
Мне тоже когда-то помогло пространство групп-аналитической супервизии. Теперь работа со сложными пациентами - пограничными, психотическими и тяжело травмированными является моей специализацией.
Приглашаю пси-специалистов из разных подходов, что создает полифоническое звучание поля в нашем коллегиальном пространстве.

Опыт групповых супервизий у вице-президента ЕАРПП Еремина Б.А. и Яна Федорова.
На данный момент состою в супервизионных группах у Рикардо Ломбарди, Джуди Экхофф, Малки Хирш-Напчан, Франко Де Мази, Фульвио Маццакане.

Знание поставленных целей заставляет бояться сделать ошибку. А медицинский принцип «не навреди» консервативно ограничивает и заставляет соотносить наши действия с тем ущербом, за который мы, впадая во всемогущество, якобы несём ответственность.
Но мы не в медицинской модели, а в психоаналитической. Поэтому не мы выбираем как поступить.
Мы молчим и терпим неопределённость. Никому ничего не обещаем и не гарантируем, кроме своего времени и способностей к терпению эмоционально быть с пациентом во всех его проявлениях. Аналитическая способность выдерживать неопределённость дает возможность присутствовать в контакте с пациентом в рефлексивном бездействии - размышлять и ничего не предпринимать,
сохраняя таким образом пространство вариантов веток событий.
Включение в группу после предварительного собеседования.

@nesokolovskaia

Я тут не на пустом месте распинаюсь, кстати: мне пару раз приходилось слышать что-то вроде «Ну, конечно, вы со мной согласны, вы же мой психолог!» 😅

А вы бы как хотели, чтобы ваш психолог:
- всегда вас поддерживал и одобрял;
- поддерживал, но не всегда (а когда?);
- наоборот, искал бы, как показать вам обратную сторону ситуации, которую вы не видите (и где вы можете быть неправы);
- ваш вариант?

Чтобы хорошо понимать себя и других, нужно знать одну вещь: никто из нас не видит реальность как она есть.
Мы «видим» то, что мы чувствуем.
Другие — видят то, что чувствуют они.

Это не банальное «встань на место другого».
Это сложнее: остаться на своем месте, в своих чувствах, но увидеть, что они лишь часть реальности, а чувства другого — другая ее часть, и они реальны так же, как и наши.

Если удается увидеть это, гаснет гнев и проходят обиды — сами, без усилий. Находятся силы, опоры и решения, которых не было видно раньше.