921. Лэй Ми "Ящик Скиннера" 🇨🇳

Ящик Скиннера – прибор для изучения животных в лабораторных условиях. Изучение павловского условного рефлекса и оперантного обусловливания – вот для чего создавался девайс, в котором (согласно легенде) Скиннер держал и свою дочь в течение года. Легенду опровергла сама Дебора Скиннер. От идей Скиннера отказались уже практически все передовые исследователи психики человека, потому что одно дело голуби и крысы, а другое дело – человек. На человеке полученные на голубях и крысах данные подтвердить не удалось в силу разных причин.

И вот герой очередного романа про профайлера-гения взялся доказать то, что доказывать неэтично – подтвердить правдивость идей Скиннера на людях. Фуфло, конечно, полное, но я уже ничему не удивляюсь в китайских детективах. И это мне в них нравится: скромное обаяние наивности. Лэй Ми, кстати, настоящий преподаватель психологии, поэтому базу он под свои книги подводит основательную. Но только… Скиннер… Господи. Он бы еще заставил героев интерпретировать сны по Фрейду.

Итак, герой предыдущего романа Фан Му поступает все-таки в полицию, хотя совсем не планировал переводить свое хобби в профессиональное русло. До этого момента у него все было идеально – что ни дело, то победа, а тут что-то пошло не так: его провели. Студент, который обвиняется в убийстве, на месте которого его и арестовали, умудряется навешать гению мысли лапшу на уши. И сбежать ко всему прочему. Задача: собрать всё и всех вместе, чтобы понять, кто дергает за ниточки.

Читать это серьезно просто невозможно, но я и не пытаюсь. Для меня такие книги – особый вид извращенного удовольствия. Если раньше я искренне возмущалась, почему все так ТУПО в китайских детективах (почему у них профайлеры ориентируются на гороскоп и характер по группе крови, почему они ведут себя как Шерлок Холмс, почему все женщины непременно красотки, а все мужчины непременно загадочные мачо с прилипшей к нижней губе сигаретой и мутным прошлым), то теперь я читаю все это с большим удовольствием, убивая одним камнем сразу двух птичек: и слежу за невероятным, как в индийском кино, сюжетом и покатываюсь от смеха. Просто чудо как хорошо.

Тут третья часть вышла, так что слушать буду однозначно.

#milei@drinkread

960. Бён-Чхоль Хан «Кризис повествования. Как неолиберализм превратил нарративы в сторителлинг» 🇰🇷🇩🇪
@led_project

Так много у меня мыслей по поводу этого эссе. Они мечутся, сталкиваются друг с другом, отлетают и разбиваются. На осколках этих мыслей нерешительно переминается с ноги на ногу мое мнение.

Когда речь заходит о Black Mirror и о том, о чем вообще этот сериал, у меня есть теория, что ни капельки он не о вреде технологий. Ну или совсем капельку. Он – о социально неадаптированных людях, которые не умеют разговаривать. Почти в каждой серии герои попадают в ужасные (а порой и отвратительные ситуации), потому что не могут кому-то что-то сказать. В чем причина того, что люди не могут нормально изъясняться? Отчасти в технологиях. Но лишь отчасти.

Сказать, что Бён-Чхоль Хан видит источник зла в Snapchat, Instagram и Twitter – излишний редукционизм, потому что о кризисе нарратива писали цитируемые философом авторы (преимущественно Вальтер Беньямин, но не только) до появления интернета. Виноват ли во всем неолиберализм? Капитализм? Еще какой-то «изм»? Вполне такое может быть, но не только они.

Бён-Чхоль Хан рассказывает о том, что в мире, дробленом на исчезающие через 24 часа сторьки и селфи, нарратив невозможен, люди разучились рассказывать истории. Термин storytelling превращается в storyselling. Исчезли история, рассказ, повествование, лишенные постоянных пояснений, чтобы читатель, который без эмодзи не может увидеть в тексте иронию, сарказм или печаль, не запутался и все точно понял правильно. Человека лишили права интерпретировать, то есть думать и создавать новые истории. Мир потерял свое волшебство.

Самое сложное в этом эссе для меня было то, что я чувствовала себя дурочкой, которой так хочется подчеркнуть каждую строчку, в которой говорилось о том, о чем я постоянно думаю, но молчу, чтобы лишний раз не вступать в дискуссии: об упрощении информации, о нежелании или неумении фантазировать, любопытствовать, о тщеславии моментальных историй, заложником которых стала и я сама, чего уж тут лукавить. Это тот случай, когда при чтении белое пальто нестерпимо давило в подмышках, а если бы мне снова было 20, я была все еще студенткой с профилем в ВК, то я бы хлопала цитаты из Бён-Чхоль Хана в статус, подтверждая его же мысли о том, что мы больше не умеем рассказывать. А для того, чтобы рассказать интересную историю нужно идти на курсы по сторителлингу, чтобы там уж точно научили правильно рассказывать, так, чтобы на главреде текст хорошо прошел проверку.

И это все несмотря на то, что Бён-Чхоль Хана штормит в сторону терминологического аппарата психоанализа. Несмотря – потому что я не большая поклонница психоанализа. Или так: большая не_поклонница.

Очень любопытная книга. Очень. Буду читать ещё обязательно.

#nonfiction@drinkread
#ByungChulHan@drinkread

922. Ayọ‌bámi Adébáyọ‌ "A Spell of Good Things" 🇳🇬

Когда-то в 2017 году я купила первый (и до февраля этого года последний) роман Адебайо Stay With Me просто потому что. Где-то у меня тогда что-то ёкнуло, что-то захотело еще чуточку чего-нибудь вроде The Fishermen Обиомы. На деле же я получила достаточно женский роман. В том смысле, что очевидно он был обращен к женщинам как к наиболее вероятным реципиентам.

A Spell of Good Things, отметившийся в этом году в длинном списке Букера, тоже вроде бы писался для женщин, но нет. Несмотря на очевидного центрального женского персонажа (молодого врача, которая собирается замуж за своего давнего бойфренда) с, к сожалению, типичной проблемой (давний бойфренд время от времени побивает невесту, но не очень часто, чтобы не убежала, потому что на этот брак очень рассчитывают его родители), Адебайо затрагивает и серьезные социальные темы: нищета простых людей, коррупция и кумовство во власти. И все это вокруг эмоциональной жизни молодой женщины, которая пытается всеми силами доказать себе, что бьет – значит любит.

Подробнее об этом романе я писала в рамках наших чтений длинного списка Букера на “Не перевелись ещё” по ссылке.

#adebayo@drinkread
#неходитедетивафрикугулять@drinkread

923. Виктор Пелевин «Смотритель» 🇷🇺

Невероятно, но факт – каким-то чудом «Смотритель» буквально развел руками мои любимые романы Пелевина и пробился в первую пятерку. Возможно, в тройку. Да, это все тот же роман, структура которого повторяется из книги в книгу, но меня в нем задела некая удаленность от реальности. Если другие романы – остросоциальные, то «Смотритель» находится в несколько другой плоскости, хотя на первый взгляд все плюс-минус то же самое.

Читая «Смотрителя», задумываешься не над тем, какую актуальную проблему автор выбрал в тот или иной год для того, чтобы о ней рассказать, а над тем, как конкретно в случае с этой книгой сломался окончательно пелевинский изображаемый мир. (Начиная где-то с «Шлема ужаса», как мне видится, Виктор Олегович все больше отдаляется от реального мира и медленно, но верно уходит в мир созданный.) Чтобы отделиться от российской/мировой повестки, роман уползает в дебри иллюзии (в романе она получает название Иллюзиум), но уползает не совсем, «ушки» все равно торчат, потому что иначе зачем уходить в вымышленный мир, чтобы не подсветить оттуда огнем на фигуры, отбрасывающие тень на стены?

История такая: Павел Первый не умер, а инсценировал свою смерть. Он покинул Петербург и удалился в Иллюзиум. Иллюзиум создал когда-то Франц Антон Месмер (да, от которого и пошел месмеризм), а Павел стал первым Смотрителем Иллюзиума. Главный герой тоже должен стать Смотрителем (вся процедура очень напоминает мне «выборы» Далай-Ламы, но такие, с огоньком и безумием), а для того, чтобы им стать, нужно пройти много разных испытаний, где обязательно будет и та самая прекрасная девушка. В целом, что нового? Для меня новое в том, что сообщение автора пошло в глубину, а не в ширину.

И самое важное: не претендую на экспертное мнение. Для меня чтение Пелевина – занятие скорее развлекательное, игровое. Макабрический карнавал. Смех сквозь facepalm. За что я его и полюбила♥️

#пелевин@drinkread

Пока одна половина книжных каналов подводит итоги года, а вторая половина их осуждает, я хочу поговорить о важном и добром: о сообществе.

Когда-то давно я начинала книжный инстаграм, ни сном ни духом не ведая о том, что есть вообще какое-то русскоязычное книжное сообщество со своими трендами. Я ориентировалась на то, что видела в tumblr году в 2009, а там все чуть-чуть иначе было.

Больше десяти лет назад один мой, скажем так, знакомый жаловался, мол, где брать друзей после тридцати? Мне на тот момент было столько лет, что словосочетание “после тридцати” было по своей значимости так же далеко, как теперь тот самый знакомый.

В прошлом году Лена @lenaisreading создала чатик, а меня в него пригласила Вика @exlibrisbook_blog. Кого-то я в чатике знала, кого-то нет, но понеслось все очень быстро. И уже через несколько месяцев мы решили устроить внутричатикового Тайного Санту. В этом году мы закрепили традицию. И сегодня я получила посылку от Лены. (Поэтому всем дружно предлагаю как минимум зайти на ее канал, а как максимум – подписаться и читать.)

За этот год мы встречались, ходили на ярмарки, покупали книги, выпивали, вкусно ели, делили кровати, болтали целыми днями, плакали, смеялись, показывали друг другу котов, вместе смотрели сериалы, ютуб, слушали и создавали подкасты и, конечно, писали о книгах и создали два новых канала: @read_original о непереведенных на русский язык книгах, и @bookpartyhard о книжных событиях. Мы очень разные, очень.

Я часто вижу и слышу жалобы, что никто никуда не зовет, что все где-то тусуются вместе. Сообщество создается нами всеми. Дружите, общайтесь, кучкуйтесь, делитесь друг с другом самым дорогим. Настоящих друзей можно найти в любом возрасте.

Дорогие друзья, живущие в Москве! Если вы ещё нет, то - пора. 17 января в театре "Среда 21" будет очередной "Капитал". Это один из лучших спектаклей за всю мою жизнь, в этом году он был номинирован на Золотую маску в нескольких номинациях.

("Среда 21" мне не платит, я просто очень люблю этот театр)

В прошлом посте я рассказывала о пользе сообщества. Сегодня вместе с сообществом я поделюсь подборкой книг, которые стали для нас открытием в этом году. В прошлом году моим открытием стала книга Goodbye, Bird. В этом году – роман мозамбикского писателя, о котором подробнее я обязательно расскажу.

Но это только одна подборка из целой серии, так что походите по ссылкам – возможно, что-то вас заинтересует.
⬇️⬇️⬇️

​ОТКРЫТИЕ ГОДА – 2023
(книги, которые в этом году стали для нас самыми неожиданными открытиями)

📚Леночка, что читает леночка – Валя Филиппенко
Валя Филиппенко показала, что можно быть автором не для определенной возрастной категории (а для детской литературы каждый год жизни ребенка – это определенная возрастная категория), а в целом автором книг для детей, в том числе для тех, кто в сказках нуждается больше всех, для внутренних детей так называемых взрослых.

📚Анастасия, Drinkcoffee.Readbooks – Mia Couto “The Tuner of Silences”
Невероятной красоты книга из Мозамбика, которую, к сожалению, не перевели на русский язык. История про безумного отца, который спрятал своих сыновей от мира, сказав, что мир рухнул…

📚Таня, Постоянная читательница — Лидия Юкнавич
Прочитала за год две её книги и хочу ещё!

📚Таня, Bookовски — Андри Снайр Магнасон “LoveStar”
Любовь зла: весь год бухтела о том, как надоели антиутопии, а в ноябре прочитала во многом пророческий “LoveStar” и включила в список лучшего за 2023 год.

📚Кристина, Книжная среда Куплевацкой – Аудур Ава Олафсдоттир «Мисс Исландия» и «Человеческое животное»
В этом году я вообще влюблена в исландскую литературу, а началось всё именно с Олафсдоттир.

📚Дина, книжный странник – Совместная серия «Есть смысл» / Polyandria NoAge
Литературные боги услышали мои молитвы и благословили союз издательств «Есть смысл» и Polyandria NoAge! Да, не каждое дитя их любви оказывается цветочком жизни, но вот «Год порно» Ильи Мамаева-Найлза вполне претендует на титул открытия моего читательского года. Крепкий роман, написанный по миллениальской методичке, но не без импульса искренности.

📚Валя, Books in my hands — R.F. Kuang “Yellowface”
Жили-были две подружки-писательницы, звезда Афина и неудачница Джун. Звезда подавилась блинчиком и умерла, а неудачница украла ее рукопись и стала звездой. Что могло пойти не так?

📚Юля, Read_teach_crossstitch – Петер Надаш «Путешествие вокруг дикой груши»
Сборник малой прозы, в котором найдется место всему – и истории о вине, рожденной невинной, на первый взгляд, ложью, и притче, и сказке, и рассказу экскурсовода, и истории о деревне, которая выросла вокруг дикой груши – и все это неизменно тонко, но глубоко, точно и с любовью к деталям.

📚Надя, Интеллигентка Гадова – Леонид Бородин «Третья правда»
Тот случай, когда небольшая повесть про мужиков из тайги, написанная в 80-е годы XX века, заставила разыскать и заполучить в свои лапы семитомник писателя. Язык, стиль, характеры, проблематика – прекрасно всё. Верьте мне, правду говорю.

​924. «Красная птица. Детская литература Японии» 🇯🇵
@dvorbooks

…Что за пурпур там кружится?
Это платьице девицы.
– Раз, два, три, четыре, пять –
Ей бы прыгать да скакать.
Мост шестой, седьмой, восьмой –
Стала девочка большой.

Или вот:

…– У всех есть свои горести. Я должна принять свою печаль и жить с ней.
И с этого дня Улитка перестала жаловаться на судьбу.

Когда муж мне вслух зачитывал рассказ про детей и котят, а в конце мы дружно рыдали пустили пару слезинок, я думала о двух вещах.

Вещь первая: для тех, кто хоть что-то знает о Японии, эта книга многое объяснит об особенностях японского воспитания, хотя ничего кроме рассказов и стихов (и невероятно интересной сопроводительной статьи) тут нет.

Вещь вторая: даже те, кто что-то знают о Японии, скорее всего будут читать эту книгу с лицом лица, пытаясь понять, кто же был больше травмирован в детстве: те, кто вырос на «Маме для мамонтенка» или те, кто читал эти рассказы?

Но.
Это великолепная книга. Прекрасная. Это концентрированная Япония без капли декоративного ориентализма. Почти все рассказы были написаны до Второй мировой войны, преимущественно в 10-20-е годы. Сопроводительная статья расскажет историю появления детских журналов в Японии, ознаменовавших собой идею возврата детям их заслуженного детства и отказа от традиции считать детьми такими же взрослыми только маленького размера.

Ну и отдельно про издание. Если у кого-то есть друзья, увлекающиеся Японией, то это будет чудесный подарок: книга дивной красоты с цветными картинками – обложками журналов (кое-что выложила в комментариях). Как и другую книгу «Желтого двора», «Догра Магра», эту даже просто приятно держать в руках. Очень жду новых книг.

(Издательства книжных магазинов – это вообще мое самое любимое!)

944. Thani Al-Suwaidi "The Diesel" 🇦🇪

Последнее, чего ожидаешь от писателя из Арабских Эмиратов – книгу про трансгендера по прозвищу Дизель, который нашел себя в творчестве.

Поэт и автор единственного более-менее крупного прозаического произведения, Тани Аль-Сувайди, скончался три года назад в Каире в возрасте пятидесяти четырех лет. Выход The Diesel (первая публикация была в Бейруте, 1994 год) сначала сопровождался скандалом и отменой Аль-Сувайди, а сегодня это произведение рассматривают как одно из самых важных новейших произведений ОАЭ о принятии, терпимости и противостоянии табу.

The Diesel – небольшая совсем повесть, очень лиричная, очень личная, рассказывающая историю человека, который был убежден в том, что не только он по большей части женщина, но и все вокруг, все до единого носят в своей душе очень сильное женское начало и только в гармонии с этим началом можно обрести гармонию с собой.

Повесть бросает смелый вызов культуре Арабских Эмиратов, возводя женщинское в первооснову каждого человека. Сам Аль-Сувайди в 2004 году давал интервью Аль-Джазире и удивлялся тому, с чего это вдруг произведение, за которое его называли последними словами, было снова открыто критиками и получило такую высокую оценку после перевода на английский язык.

The Diesel действительно по-настоящему красивое произведение, в котором идейный скандал чудесным образом сплетается с высказыванием (как же мне хочется сказать) лирического героя. Это скорее поэма в прозе. Основное повествование приходится на описание внутренней жизни героя, его пути в обретении себя. При этом здесь нет скандальных подробностей, потому что дело не в сексуальных предпочтениях, а в самоощущении, в поиске истинного Я, в гармонии с миром через гармонию с собой.

Этот конфликт идентичностей внутри личности тем интересней, что речь идет не об уставшем горожанине, а о человеке из рыбацкой деревни, скованной традициями, как цепями. Невероятная книга, которую оценят те, кто ищут в повествовании красоту слога, магический реализм и сказку одновременно.

Так что Аль-Сувайди сделал то, что потом стали делать массово на западе, задолго до того, как это стало мейнстримом.

(Кстати, дочь Аль-Сувайди тоже пишет стихи.)

#music@drinkread

Хорошего настроения всем на предстоящие долгие выходные, друзья ❤️

Поступил недавно вопрос мне: почему так мало (точнее - практически нет) российских и русскоязычных авторов у меня? Почему я читаю только зарубежку и почему вообще нет про Россию в моем #ВокругСвета@drinkread?

На второй вопрос отвечу просто: кого я чем могу удивить? Книги из России мы все читали, все, для кого русский язык родной. Поэтому Россию я отложу на самый конец, когда расправлюсь со всеми Тринидадами, Папуа-Новая Гвинея и так далее.

На первый вопрос ответ у меня такой: у меня очень высокие требования к авторам, которые пишут на моем родном языке. Мне за их лажу, даже малейшую, стыдно как за себя саму. Мне больно читать их лажу. Фигню у импортных авторов мне не стыдно читать, потому что у меня к ним требования не такие строгие.

Но на 2024 год я дала себе обещание: читать хотя бы по одной книге какого-нибудь русскоязычного автора. Начну с "Снарк снарк". Кругом говорят, что медленно и скучно, а значит - книга хорошая😁 ну и буду чередовать с авторами, которые мне полюбились. Например, не все я ещё прочитала у Шарова.

А вдохновила меня на такие свершения "Кибитка".

Сейчас читаю "Небеса в смятении" Жижека и думаю о том, как мне рассказать об этой книге. Проблема в том, о чем примерно и говорит Жижек в главе "Трамп против Rammstein", когда критическую дистанцию надо все время объяснять, а то все обидятся.

Другая моя сложность заключается в том, что я испытываю сильнейшую экзистенциальную тревогу, читая его. То есть иногда я согласна и мне от этого некомфортно. А иногда не согласна и мне тоже некомфортно.

Короче, к марту/апрелю, когда руки дойдут до отзыва, я, наверное, пойму, как мне говорить и что думать на этот счёт.