​935. Viet Thanh Nguyen ‘The Committed’ 🇺🇸

Я помню свою первую встречу с предыдущим романом в этой дилогии, «Сочувствующий». Я писала об этом в том посте. Уже тогда я знала, что буду читать продолжение: уж так мне полюбился герой – неоднозначный, сложный, загадочный, не поддающийся простым описаниям.

Пережив «воспитательную работу» в лагере, бывший шпион отправляется в Париж. Париж 80-х – место, которое только-только стало обретать черты города для богатых, для избранных, шел процесс так называемой джентрификации, то есть облагораживания районов, которые пришли в упадок. Интеллектуалы, богачи и преступники оказались в одном месте, связанные друг с другом неразрывными связями. Герой романа проходит новое испытание: теперь ему нужно не разбираться с собой и своими взглядами, но и понять, как далеко он готов пойти, чем готов пожертвовать ради близкого человека. И как долго он может прикидываться тем, кем не является.

«Преданный» – история куда более грустная и трагичная от начала и до конца. В ней, пожалуй, даже еще больше насилия, гнева, борьбы. Если предыдущая книга порой читалась как черная комедия, но здесь гораздо сильнее ощущение политического детектива. Есть в нем что-то [грэм]гриновское, узнаваемое, родное и привычное. Может быть, это дух Европы, а может, такое ощущение дает спайка личного с политическим. Герой не представляет своей жизни без своих взглядов, он не может их отбросить, не может просто взять и плюнуть на то, во что свято верит. И вот его преданность проходит через испытания. Двуличие (в кавычках) обрело здесь новое выражение.

Это сильный, очень умный, интеллtктуальный роман, требующий от читателя очень многого, но и многое дающий. С того момента, как я закончила его читать три месяца назад, до сих пор я возвращаюсь к нему, ловя себя на новых мыслях, которые сразу мне не пришли в голову. Это касается и названия, и его интерпретации, и образов, окружающих главного героя. Для этого я собрала фотографии Парижа того времени (выложу ниже). Мне кажется, что они великолепно передают противоречия внутри героя. Не могло быть для него места лучше, чем Париж. Сын француза и вьетнамки, он оказался в городе, который мог бы быть ему близким, но стал ли? Это ли его место?

И читатель снова возвращается к проблеме первой книги – каково это быть наполовину вьетнамцем, наполовину европейцем? Где твое место и есть ли оно вообще? Или всю жизнь придется постоянно дрейфовать между странами, городами, идеями, людьми и внутренними противоречиями?

#nguyen@drinkread

953. Angèle Rawiri ‘The Fury and Cries of Women’ 🇬🇦

Даже несмотря на то, что я читатель довольно привередливый, а книги у меня редко вызывают истинный восторг, мой список откровенно плохих книг (не тех, которые мне не понравились, а именно плохих) невелик. И вот он пополнился книгой из Габона. (До этой книги все, что я читала из Африки #неходитедетивафрикугулять@drinkread, было если не супер, то уж точно хорошо. Так мне везло.)

Анжель Равири – дочь габонского политика и поэта и первая в Габоне женщина-писатель. На этом, пожалуй, список ее выдающихся заслуг можно закончить. Я не знаю, отличаются ли как-то качественно другие ее книги от ‘The Fury and Cries of Women’, но эта – просто провал. Причем провал такой, про который вряд ли где-то вы найдете хоть один отрицательный отзыв. Кажется, я была не права, исчерпав выдающиеся заслуги. Есть еще одна, и она вывела ‘The Fury and Cries of Women’ в мир. Эта книга о тяжелой женской судьбе. Но подождите кидать в меня камни и обвинять в мизогинии.

Главная героиня – успешная бизнес-леди, входящая в топ-менеджмент корпорации. Она, естественно, хороша собой, неприлично богата, но есть одно «но»: Эмильен не может забеременеть. У нее уже есть дочь, но этого мало. На этой почве муж-неудачник, живущий на шее Эмильен, заводит себе законную (то есть все обо всем знают и он живет на два дома, потому что это общее место в Габоне) любовницу, у которой проводит уже даже больше времени, чем в доме жены. Но однажды их дочь пропала…

…и началась какая-то абсолютно бессвязная дичь!
Свекровь, живущая вместе с Эмильен, гнобит ее за то, что та бесплодная.
Она же пытается убить любимую собаку Эмильен.
Гинеколог направляет Эмильен к гипнотизеру, мол, вся Европа так бесплодие лечит.
Эмильен ползает на коленях вокруг мужа, пытаясь вернуть его в семью, но сделать это уже едва ли возможно.
И все это на фоне того, что пропала дочь. То есть Эмильен убивается ровно половину страницы, а потом снова борется за штаны джалабию в шкафу.

Бурда просто космических масштабов: высокопарные диалоги, бредовые внутренние монологи, написанные будто бы не взрослой женщиной, а несчастной девочкой-подростком или студенткой, обрывающиеся и провисающие, как тряпки, куски сюжета, которые держатся только на идее о том, что нужно рассказать, в каком мире на самом деле живет успешная африканская женщина.

Мы так и не узнаем, что там с дочерью, потому что Эмильен важнее, судя по тексту, родить нового ребенка, чтобы вернуть мужа. Непонятно из каких кустов вдруг появляется сестра Эмильен, которая (та-дам!) собирается сделать аборт. Это даже не каша, это какая-то мешанина из всего, что очень хотелось впихнуть в книгу. И дело не в том, что Равири выбрала животрепещущую тему (эту же тему потом выбрала Адебайо для своего дебюта 'Stay With Me' (Нигерия) и сделала это в сто раз лучше), а в том, что она просто не смогла вытянуть такую сложную и важную тему. Она пыхтела, хваталась с разных боков, вводила каких-то новых персонажей, которые, как рычаги, могли бы сдвинуть глыбу с места, но получилась слезливая, претенциозная фигня, простить которую можно только за то, что это роман первой женщины-писательницы в Габоне. Отметить старание. Хотя какое там старание, когда папа – политик и друг президента?..

И еще! Эмильен даже пытается найти счастье (дочь все ещё пропала и не нашлась) со своей секретаршей, но тут со слонами и злым раджой, в цветах и с танцами входит неожиданный поворот, достойный всех слез, пролитых главной героиней.

Давненько я не обновляла свою карту мира #ВокругСвета@drinkread, а между тем прошло уже 19 месяцев с начала моих чтений. Я уже рассказала о 101 стране, а открыла для себя такие литературные уголки мира, что и поверить трудно, что я туда когда-нибудь бы добралась.

В каталоге стран я уже исчерпала допускаемые 100 ссылок в одном посте, поэтому потихоньку буду уводить список стран в телеграф. А самая большая моя радость – я наконец добыла единственную книгу из Андорры! Обязательно расскажу о том, как долго и мучительно я пыталась до нее добраться. Ни одна страна пока что у меня не вызывала таких сложностей. Писателя из Северной Кореи было проще найти!

В ближайших планах дочитать многострадальный Белиз, который я все никак не могу.
Для прочтения уже отложены в киндл Эритрея, Черногория, Экваториальная Гвинея, Сент-Китс и Невис, Узбекистан, Самоа, Парагвай, Папуа — Новая Гвинея, Лаос, Лесото, Джибути, Гайана, Гаити, Бутан, Бруней-Даруссалам, Бахрейн и Багамские острова.

Время от времени возникают вопросы по поводу спорных территорий (типа Тайвань, Косово, Гибралтар, Кашмир и так далее) и интересных локаций типа Гренландии (я нашла просто тут одну писательницу молодую из Гренландии). Посмотрим, что с этим всем делать, когда закончится список стран-членов ООН. Честно говоря, ввязываться в дискуссии о том, кто кому принадлежит я не хочу, потому что я не историк, не политолог и вообще в домике, когда речь заходит о подобном.

Всем красоткам сельдь с картошкой ❤️

#music@drinkread

936. Britney Spears ‘The Woman in Me’ 🇺🇸

О том, что у Бритни мыши доедают последнюю шубу на чердаке, стало понятно довольно давно, а вот причины раскрылись позже, а я, как и, наверное, все, узнала реальную историю по #freebritney в инстаграме.

Мемуары The Woman in Me я схватила читать практически сразу, как только они вышли. Не потому что я поклонница (во времена, когда Бритни еще что-то делала на сцене/в студии я такую музыку не слушала), а потому что когда-то так сильно удивилась, узнав ее реальную историю, что не прочитать не могла.

Книга оставила меня в смешанных чувствах. Хорошо, что все налаживается и бывшую поп-принцессу на пятом десятке не контролирует толпа родни, но все равно есть очень сильное ощущение, что до нормальной жизни там далеко, а сама Бритни застряла годах в двадцати. У нее те же суждения, она все еще нереалистично воспринимает себя и все еще ищет утешения в объятиях красавчиков. Ей кажется, что она стала женщиной, но это не так.

Читать было любопытно, но преимущественно грустно.

Мой полный отзыв на Не перевелись ещё.

А мне интересно, что было бы с ней, если бы не мания величия родителей. Наверное, она просто была бы сейчас какой-нибудь кассиршей на заправке в Луизиане. И непонятно, что лучше, учитывая все вводные.

#nonfiction@drinkread

Что читают в этом году первокурсники в Оксфорде?
Список рекомендованной литературы
(весь первый учебный год) - продолжение

Итак, ТУТ был список для троечников, сегодня – для отличников. То есть это первый список+все (плюс-минус) эти книги.

▫️Sociolinguistics: An Introduction to Language and Society, by Peter Trudgill.
▫️Language and Power, by Andrea Mayr and Paul Simpson

XIX век
▫️Matthew Arnold: ‘The Function of Criticism at the Present Time,’ Culture and Anarchy (есть перевод “Культуры и анархии”)
▫️Robert Browning: стихи
▫️Wilkie Collins: The Woman in White (“Женщина в белом”)
▫️Charles Dickens: Hard Times, Oliver Twist, David Copperfield, Bleak House, Our Mutual Friend (“Тяжелые времена”, “Оливер Твист”, “Дэвид Копперфилд”, “Холодный дом”, “Наш общий друг”)
▫️Paul Laurence Dunbar: Lyrics of Lowly Life George Eliot: Adam Bede (“Адам Бид”), ‘Silly Novels by Lady Novelists’ (эссе)
▫️Elizabeth Gaskell: North and South, The Life of Charlotte Bronte (Север и юг”, “Жизнь Шарлотты Бронте”)
▫️Thomas Hardy: Far From the Madding Crowd, The Mayor of Casterbridge, Tess of the D’Urbervilles (“Вдали от обезумевшей толпы”, “Мэр Кастербриджа”, “Тесс из рода Д`Эрбервиллей”)
▫️Henrik Ibsen, A Doll’s House, Ghosts, When We Dead Awaken (“Кукольный дом”, “Призраки”, “Когда мы, мёртвые, пробуждаемся”)
▫️Henry James: The Europeans, The American, The Aspern Papers, ‘The Middle Years,’ The Ambassadors, The Wings of the Dove, The Golden Bowl (романы “Европейцы”, “Американец”, повести)
▫️ Herman Melville: Bartleby, the Scrivener (“Писец Бартлби”)
▫️Charlotte Mew: стихи
▫️Walter Pater, Marius the Epicurean
John Ruskin, Sesame and Lilies (“Сезам и лилии”)
▫️Alfred Lord Tennyson: стихи

Современная литература
▫️Samuel Beckett: Murphy, Watt, Endgame, Krapp’s Last Tape, Play (“Мёрфи”, “Уотт” и др.)
▫️Joseph Conrad: The Secret Agent, Nostromo (“Тайный агент”, “Ностромо”)
▫️E. M. Forster: Howards End, A Passage to India (“Говардс-Энд”, “Путешествие в Индию”)
▫️Sigmund Freud: The Wolf Man
▫️James Joyce: Dubliners (“Дублинцы”)
▫️D. H. Lawrence: Sons and Lovers, The Rainbow, Women in Love (“Сыновья и любовники”, “Радуга”, “Влюбленные женщины”)
▫️Katherine Mansfield: рассказы
▫️Ezra Pound: стихи
▫️Zadie Smith: White Teeth, Feel Free, Intimations (“Белые зубы”, эссе)
▫️Derek Walcott: Omeros (“Омерос”)
▫️Virginia Woolf: The Waves, Between the Acts, A Room of One’s Own (“Волны”, “Между актов”, “Своя комната”)

▪️Что-то на свой выбор нужно прочитать у следующих авторов: Кингсли Эмис, Мартин Эмис, Дж.М. Кутзее, Джон Фаулз, Аллен Гинзберг, Уильям Голдинг, Шеймас Хини, Фрэнк О'Хара, Тед Хьюз, Иэн Макьюэн, Филип Ларкин, Дорис Лессинг, Владимир Набоков, Видиадхар Сураджпрасад Найпол, Харольд Пинтер, Филип Рот, Энн Секстон, Том Стоппард.

По-моему список – бомба. Я так много из него не читала, что пришло время собирать камни и закрывать гештальты!

​938. Питер Лер «История пиратства. От викингов до наших дней» 🇬🇧
@alpinanonfiction

Мое детство обошлось без пиратов, несмотря на то, что я росла на зарубежных приключенческих романах. То ли потому, что в «Острове сокровищ» мне больше всех нравились Ливси и Джимми, то ли потому что мне вообще интереснее было про мушкетеров читать. В общем, с пиратами у меня как-то не заладилось, не считая, конечно, «Пиратов Карибского моря».

Но какая-то необъяснимая сила потянула меня к этой книге. Может быть, связано это с тем, что у меня только-только родился сын и мне хотелось лучше разбираться в том, что потенциально может полюбить мальчик (без гендерных предрассудков; и я не уверена, что сейчас вообще мальчиков тема пиратов будоражит). Может быть, потому что я в принципе люблю все историческое и познавательное. И чем меньше я о чем-то знаю, тем мне интереснее.

Три года назад я прочитала книгу Иэна Урбины «Океан вне закона», и отчего-то при всех ее недостатках (точнее при одном недостатке – авторском самолюбовании), она мне запала в память. Потом была «Цивилизации» Лорана Бине про викингов (среди прочего). Был курс на Арзамасе. Короче, потихоньку пиратство проникло в мою жизнь (речь сейчас не об использовании Z-Library).

«История пиратства. От викингов до наших дней» – тот случай, когда название совершенно точно передает содержание (наверное, потому, что это почти точный перевод оригинального Pirates: A New History, from Vikings to Somali Raiders; у меня возник вопрос, почему из перевода названия исключили сомалийских пиратов, хотя их знают абсолютно все, но это я не придираюсь, просто вопрос на интерес).

Книга дает не только хороший экскурс в историю, экономику и социальную структуру пиратства, но и объясняет его живучесть с самого начала, а еще затрагивает тему пиратства как политического оружия. И, конечно, рассказывает о том, почему современные молодые люди в Сомали предпочитают уходить в пиратство, а не честно зарабатывать свой хлеб. Спойлер: честно на хлеб в Сомали едва ли получится заработать.

Что важно: автор не считает читателя слабосильным, вялым умом дурачком, поэтому не особенно щадит его. Да и с чего бы ему? Все-таки серьезный исследователь. Поэтому сноски нужно читать, дополнительно гуглить и всячески самостоятельно заполнять лакуны. Мне такое очень нравится. Я как-то сразу чувствую, как автор меня уважает:)

Хочется сказать, что я обязательно прочитаю другую его книгу, перевода которой нет – Militant Buddhism: The Rise of Religious Violence in Sri Lanka, Myanmar and Thailand. Но я оцениваю свои силы трезво, хотя на киндл ее все-таки закинула.

#nonfiction@drinkread

У меня есть ровно две фотографии в более-менее приличном качестве, где мне 21 год. За одну мне сейчас могут втащить штраф в 400к, а другая – вот она.

Тогда я училась очно на филологическом и заочно на юридическом.
Подрабатывала в детской поликлинике, брала небольшие переводы, чуть-чуть пописывала для местной «Комсомольской правды» и для местного челябинского портала для тётенек.
Я постоянно рисовала и училась играть на электрогитаре, на которую копила очень долго.
Я питалась зеленым чаем, пенопластовыми хлебцами и святым духом/солнечным светом/праной.
У меня были большие надежды, а предстоящая целая жизнь, как мне казалось, готовила мне тогда что-то чудовищно уникальное.
В любую свободную минуту я слушала музыку и читала книги, потому что была дурочкой и считала, что слушание книг и чтение книг – это вообще совсем разное, а слушают книги только слабаки.
Когда я поняла, что совиный режим не облегчает мне жизнь, в 21 год я где-то за полгода переучила себя на жаворонка. Так и живу.
Моими любимыми писателями тогда были Милорад Павич, Умберто Эко и Томас Манн. В целом, с тех пор любовь эту я не растеряла. А вот список увеличился до неприличных размеров.
Я постоянно мечтала и крутила в голове какие-то абсолютно нереалистичные мечты и фантазии, которые убаюкивали меня перед сном.
Больше всего я любила музыку, книги и рисование. До 35 лет дожили только книги.

#байкиповторникам@drinkread

940. Бальяни Агостино Паравичини «Тело Папы» 🇮🇹

Больше всего про институт папства я узнала в папском дворце в Авиньоне. Помпезное место невероятной красоты. Никогда в жизни до этого я не представляла, что в Средние века могла быть такая роскошь, хотя это был далеко не первый средневековый замок в в моем послужном списке путешественника. Все, что мне приходилось видеть до этого, выглядело очень...аскетично?

Книга «Тело Папы» рассказывает полную и, наверное, исчерпывающую историю возникновения и эволюции папства. Написанная в 1994 году, она так же величественна, как Авиньонский дворец, и грандиозна, как Собор Святого Петра. Несмотря на то, что книга вышла под «плашкой» «Страдающего Средневековья», здесь, как и в других книгах серии, никаких хиханек и хаханек, никакого страдающего Коли – только наука, только отборная медиевистика.

Читать «Тело Папы» сложно, но от того не менее приятно: обильная терминология, нескончаемая вереница имен пусть не всех пап и антипап, которые когда-либо были, но мало точно не покажется. Какие-то имена мне уже были знакомы по учебникам истории и книгам. Например, Урбан II начал Первый крестовый поход, с Клемента V началось Авиньонское пленение пап, а Каликст III реабилитировал Жанну д`Арк. Знакомыми звучали имена Медичи и Борджиа. Например, Лев Х (Медичи) отлучил Мартина Лютера от цекрви. На этом, наверное, мои познания исчерпаны.

Книга рассказывает далеко не историю папства per se. Здесь есть и все тонкости и детали, символика цветов, облачений, традиций, как это появилось и как сохранялось. Что значит каждая деталь папского облачения, что значит каждый жест. Папство претерпело огромные изменения за сотни лет своей истории, и следить за ними невероятно интересно. «Тело Папы» – точно не учебник истории, а скорее увлекательный экскурс в историю, о которой вряд ли кто-то что-то знает кроме настоящих профессионалов.

Правда, говорят, что книга уж очень сложная, потому что без дополнительного чтения Википедии (больше я не стала, не преследовала таких целей) многое понять трудно. Может, конечно, и трудно, но точно стоит того.

#nonfiction@drinkread