Дача великого князя Бориса Владимировича, двоюродного брата Н кола II, в Пушкине - очень милый архитектурный шедевр.
Дача была возведена в 1896–1897 годах по проекту английских архитекторов. Этот особняк считается одним из первых в России образцов стиля модерн.
Судите сами. Асимметричный английский коттедж с кирпичными стенами, черепичной крышей и часовой башенкой заметно выделяется среди традиционных дворцовых построек. Это не «дворец» в привычном смысле - это загородный дом, спроектированный по логике английского Arts and Crafts: свободная планировка, живописный силуэт, отказ от регулярности. Для России 1890-х - это стало почти революцией. Модерн ещё не стал массовым, а здесь уже построен дом, где асимметрия не ошибка, а принцип.
Что стало потом? После революции князь эмигрировал, а усадьба перешла государству. С 1922 года здесь располагается Институт растениеводства имени Вавилова.
Сегодня дача находится на территории института, и проход к ней, к сожалению, закрыт.
Дача Бориса Владимировича - редкий случай, когда архитектурный эксперимент оказывается встроен в совершенно иную среду. Здание проектировалось как великокняжеская резиденция, а стало частью научного института. Дача не музей, не реставрированный памятник, не туристический объект. Здание работает просто не так, как задумывалось.
Дача была возведена в 1896–1897 годах по проекту английских архитекторов. Этот особняк считается одним из первых в России образцов стиля модерн.
Судите сами. Асимметричный английский коттедж с кирпичными стенами, черепичной крышей и часовой башенкой заметно выделяется среди традиционных дворцовых построек. Это не «дворец» в привычном смысле - это загородный дом, спроектированный по логике английского Arts and Crafts: свободная планировка, живописный силуэт, отказ от регулярности. Для России 1890-х - это стало почти революцией. Модерн ещё не стал массовым, а здесь уже построен дом, где асимметрия не ошибка, а принцип.
Что стало потом? После революции князь эмигрировал, а усадьба перешла государству. С 1922 года здесь располагается Институт растениеводства имени Вавилова.
Сегодня дача находится на территории института, и проход к ней, к сожалению, закрыт.
Дача Бориса Владимировича - редкий случай, когда архитектурный эксперимент оказывается встроен в совершенно иную среду. Здание проектировалось как великокняжеская резиденция, а стало частью научного института. Дача не музей, не реставрированный памятник, не туристический объект. Здание работает просто не так, как задумывалось.
❤🔥4👍3🍓3👏1🤩1
Один из главных исторических символов Гатчины - Павловский кафедральный собор.
Собор был построен по повелению императора Николая I как храм-памятник императору Павлу I и его семье.
Место для собора на возвышении, в начале Малогатчинской улицы, указал лично Николай I. Собор должен был стать главной архитектурной доминантой нового административного центра Гатчины, вокруг которого предполагалось разместить комплекс правительственных и присутственных зданий. По замыслу императора, гатчинский храм должен был быть выше Петропавловского в Петергофе, но ниже Екатерининского в Царском Селе. Так, Николай I выстраивал иерархию храмов буквально по вертикали.
Проект разработал архитектор Роман Кузьмин в русско-византийском стиле. Есть мнение, что проект создавался при участии или под влиянием Константина Тона - любимого архитектора Николая I, автора Храма Христа Спасителя. Кузьмин учился в Академии художеств, изучал византийское зодчество в Европе, Турции и Греции, занимался реставрацией форума Траяна в Риме. Помимо гатчинского собора, он построил православную церковь на улице Дарю в Париже и церковь при русском посольстве в Афинах.
Пятиглавый крестообразный храм с классическими колоннами и портиками - таким явился на свет Гатчинский собор. Центральный двенадцатигранный купол оборудован шестью окнами и раскрыт в храме. Боковые купола - восьмигранные, с четырьмя открытыми окнами, где два из них являются звонницами. Каждый фасад разделён сдвоенными пилястрами на три части, на фронтонах находятся круглые ниши с рельефными изображениями святых.
Любопытно, что Николай I лично распорядился, чтобы купола оставались не золочёными. Кресты с цепями и позолотой изготовили на Санкт-Петербургском гальванопластическом и литейном заводе. Колокола отлили на Валдае. Самый большой из которых весил 296 пудов!
В оформлении храма участвовали художники Фёдор Бруни, Фёдор Завьялов, Пётр Шамшин, Михаил Скотти. Сохранились имена авторов росписей: Завьялову принадлежат композиции «Спаситель с апостолами Петром и Павлом», «Пророк Моисей», «Иоанн Креститель». Особенность собора - это, без сомнения, 12 подкупольных расписанных металлических медальонов.
В настоящее время собор находится на реставрации.Работы по спасению уникального храма начались в 2010-х годах, а с 2020-го идут комплексно. В 2024 году завершилась реставрация фасадов и кровли, позолоченны кресты. Под 16 слоями краски обнаружился первоначальный исторический цвет фасадов. Удивительно, но он оказался не жёлтым, каким его видели последние поколения, а светло-серым. В данный момент идёт реставрация монументальной живописи: уже раскрыт лик Иоанна Крестителя, выполненный при строительстве собора в XIX веке. В мастерских воссоздают кипарисовый иконостас, который в 1930-е местные жители выпросили «на дрова». Именно так его удалось сохранить. Реставрацию планируют завершить к 100-летию Ленинградской области.
Собор был построен по повелению императора Николая I как храм-памятник императору Павлу I и его семье.
Место для собора на возвышении, в начале Малогатчинской улицы, указал лично Николай I. Собор должен был стать главной архитектурной доминантой нового административного центра Гатчины, вокруг которого предполагалось разместить комплекс правительственных и присутственных зданий. По замыслу императора, гатчинский храм должен был быть выше Петропавловского в Петергофе, но ниже Екатерининского в Царском Селе. Так, Николай I выстраивал иерархию храмов буквально по вертикали.
Проект разработал архитектор Роман Кузьмин в русско-византийском стиле. Есть мнение, что проект создавался при участии или под влиянием Константина Тона - любимого архитектора Николая I, автора Храма Христа Спасителя. Кузьмин учился в Академии художеств, изучал византийское зодчество в Европе, Турции и Греции, занимался реставрацией форума Траяна в Риме. Помимо гатчинского собора, он построил православную церковь на улице Дарю в Париже и церковь при русском посольстве в Афинах.
Пятиглавый крестообразный храм с классическими колоннами и портиками - таким явился на свет Гатчинский собор. Центральный двенадцатигранный купол оборудован шестью окнами и раскрыт в храме. Боковые купола - восьмигранные, с четырьмя открытыми окнами, где два из них являются звонницами. Каждый фасад разделён сдвоенными пилястрами на три части, на фронтонах находятся круглые ниши с рельефными изображениями святых.
Любопытно, что Николай I лично распорядился, чтобы купола оставались не золочёными. Кресты с цепями и позолотой изготовили на Санкт-Петербургском гальванопластическом и литейном заводе. Колокола отлили на Валдае. Самый большой из которых весил 296 пудов!
В оформлении храма участвовали художники Фёдор Бруни, Фёдор Завьялов, Пётр Шамшин, Михаил Скотти. Сохранились имена авторов росписей: Завьялову принадлежат композиции «Спаситель с апостолами Петром и Павлом», «Пророк Моисей», «Иоанн Креститель». Особенность собора - это, без сомнения, 12 подкупольных расписанных металлических медальонов.
В настоящее время собор находится на реставрации.Работы по спасению уникального храма начались в 2010-х годах, а с 2020-го идут комплексно. В 2024 году завершилась реставрация фасадов и кровли, позолоченны кресты. Под 16 слоями краски обнаружился первоначальный исторический цвет фасадов. Удивительно, но он оказался не жёлтым, каким его видели последние поколения, а светло-серым. В данный момент идёт реставрация монументальной живописи: уже раскрыт лик Иоанна Крестителя, выполненный при строительстве собора в XIX веке. В мастерских воссоздают кипарисовый иконостас, который в 1930-е местные жители выпросили «на дрова». Именно так его удалось сохранить. Реставрацию планируют завершить к 100-летию Ленинградской области.
❤🔥6👍2🤩2👏1🏆1
В Португалии есть уникальное сооружение La Folie. Это круглая бетонная башня высотой около 8,5 метров, построенная архитектором Тареком Шаммой для Кристиана Лабутена на его частной территории в Мелидеше, что примерно в 130 км к югу от Лиссабона. Проект разрабатывался семь лет и был завершён в 2021 году.
Программа. Её нет. Здесь нет спальни, нет кухни, нет кабинета. Есть только центральный очаг под круглым отверстием в потолке, пересекающиеся лестницы и тщательно выбранные проёмы, которые обрамляют пейзаж.
Очаг в центре - это отнюдь не декоративный камин. Это точка сборки всего пространства. Над ним - окулюс, через который днём падает солнечный свет, а ночью видно небо. Свет движется по стенам в течение дня, превращая башню в солнечные часы! Это такой маленький, но работающий инструмент времени.
Уникальна и система пересекающихся лестниц внутри цилиндра. Она отсылает к ступенчатым колодцам Раджастхана и обсерватории Джантар Мантар в Джайпуре. Это не просто вертикальное движение - это прогулка, в которой каждый поворот открывает новый вид наружу. Подъём как часть архитектуры, а не способ попасть наверх.
Любопытна и встроенная LED-подсветка. Она меняет цвет: розовый, фиолетовый, синий. Башня превращается из места для медитации в место для вечеринок.
Именно благодаря всем этим особенностям, La Folie - это в буквальном смысле слова архитектурная прихоть, у которой нет функции, кроме удовольствия. Мы привыкли, что каждая комната отвечает на вопрос «зачем»: спальня, кухня, кабинет. А здесь вопроса нет. Огонь, небо через окулюс и горизонт.
Это редкий случай, когда архитектура существует только для опыта. Не для жизни, не для работы, не для хранения. Только для того, чтобы быть внутри и смотреть.
Программа. Её нет. Здесь нет спальни, нет кухни, нет кабинета. Есть только центральный очаг под круглым отверстием в потолке, пересекающиеся лестницы и тщательно выбранные проёмы, которые обрамляют пейзаж.
Очаг в центре - это отнюдь не декоративный камин. Это точка сборки всего пространства. Над ним - окулюс, через который днём падает солнечный свет, а ночью видно небо. Свет движется по стенам в течение дня, превращая башню в солнечные часы! Это такой маленький, но работающий инструмент времени.
Уникальна и система пересекающихся лестниц внутри цилиндра. Она отсылает к ступенчатым колодцам Раджастхана и обсерватории Джантар Мантар в Джайпуре. Это не просто вертикальное движение - это прогулка, в которой каждый поворот открывает новый вид наружу. Подъём как часть архитектуры, а не способ попасть наверх.
Любопытна и встроенная LED-подсветка. Она меняет цвет: розовый, фиолетовый, синий. Башня превращается из места для медитации в место для вечеринок.
Именно благодаря всем этим особенностям, La Folie - это в буквальном смысле слова архитектурная прихоть, у которой нет функции, кроме удовольствия. Мы привыкли, что каждая комната отвечает на вопрос «зачем»: спальня, кухня, кабинет. А здесь вопроса нет. Огонь, небо через окулюс и горизонт.
Это редкий случай, когда архитектура существует только для опыта. Не для жизни, не для работы, не для хранения. Только для того, чтобы быть внутри и смотреть.
❤🔥5👍3🎉3💘2👏1🤩1
Шагала хотят снять с потолка Парижской оперы! Потомок французского художника Жюля Эжена Леневё Арно Карайон добивается возвращения публике росписи своего предка.
Леневё создал плафон для главного зала Парижской оперы в XIX веке. В 1964 году его не уничтожили, а закрыли сверху новой конструкцией: на ней разместили роспись Марка Шагала.
Что же скрыто под Шагалом? Плафон Леневё «Музы и часы дня и ночи» был написан в 1869 - 1871 годах и открыт вместе с театром в 1875-м. Шарль Гарнье, архитектор здания, лично выбрал Леневё - академического живописца, автора фресок Жанны д’Арк в Пантеоне. Композиция выдержана в духе Версаля: аллегорические фигуры, классический репертуар, небо и часы. Словам, всё то, что должно было работать в связке с архитектурой Второй империи.
В начале 1960-х Андре Мальро, министр культуры при де Голле, решил, что Опере «нужна встряска». Он заказал новый плафон Шагалу, которому тогда было 77 лет! Техническое решение оказалось компромиссным: Шагал настоял, чтобы его работа была съёмной, и её смонтировали на 24 панелях из полиэфирной смолы поверх плафона Леневё, не повредив оригинал . В министерстве тогда заявили: «Если через пятьдесят лет захотим демонтировать Шагала, чтобы вернуться во Вторую империю, мы сможем это сделать легко».
Что сейчас предлагает Карайон? Он обратился к Эммануэлю Макрону с предложением чередовать росписи. Например, каждые десять лет. Из Елисейского дворца ответили, что президент «проявит особое внимание» к вопросу. Карайон также рассматривает возможность судебного разбирательства.
Директор Парижской оперы Александр Неф заявил, что роспись Шагала стала одним из символов города и привлекает туристов. Демонтаж «не стоит на повестке дня». Плафон Шагала - 220 м², пять цветовых зон, посвящённых композиторам: Мусоргскому, Моцарту, Вагнеру, Берлиозу, Равелю, Чайковскому. Он был создан в мастерских Эйфеля в Мёдоне и торжественно открыт 23 сентября 1964 года.
Плафон Леневё был частью замысла Гарнье. Он проектировал зал как целостный ансамбль, где каждый элемент декора подчинён общей логике. Шагал работал в другой парадигме: его плафон - самостоятельное высказывание, сознательно конфликтующее с классицизмом интерьера. Именно этот конфликт и делает ситуацию неразрешимой: обе работы, бесспорно, шедевры, но одна была задумана как часть здания, а другая - как жест поверх него.
Леневё создал плафон для главного зала Парижской оперы в XIX веке. В 1964 году его не уничтожили, а закрыли сверху новой конструкцией: на ней разместили роспись Марка Шагала.
Что же скрыто под Шагалом? Плафон Леневё «Музы и часы дня и ночи» был написан в 1869 - 1871 годах и открыт вместе с театром в 1875-м. Шарль Гарнье, архитектор здания, лично выбрал Леневё - академического живописца, автора фресок Жанны д’Арк в Пантеоне. Композиция выдержана в духе Версаля: аллегорические фигуры, классический репертуар, небо и часы. Словам, всё то, что должно было работать в связке с архитектурой Второй империи.
В начале 1960-х Андре Мальро, министр культуры при де Голле, решил, что Опере «нужна встряска». Он заказал новый плафон Шагалу, которому тогда было 77 лет! Техническое решение оказалось компромиссным: Шагал настоял, чтобы его работа была съёмной, и её смонтировали на 24 панелях из полиэфирной смолы поверх плафона Леневё, не повредив оригинал . В министерстве тогда заявили: «Если через пятьдесят лет захотим демонтировать Шагала, чтобы вернуться во Вторую империю, мы сможем это сделать легко».
Что сейчас предлагает Карайон? Он обратился к Эммануэлю Макрону с предложением чередовать росписи. Например, каждые десять лет. Из Елисейского дворца ответили, что президент «проявит особое внимание» к вопросу. Карайон также рассматривает возможность судебного разбирательства.
Директор Парижской оперы Александр Неф заявил, что роспись Шагала стала одним из символов города и привлекает туристов. Демонтаж «не стоит на повестке дня». Плафон Шагала - 220 м², пять цветовых зон, посвящённых композиторам: Мусоргскому, Моцарту, Вагнеру, Берлиозу, Равелю, Чайковскому. Он был создан в мастерских Эйфеля в Мёдоне и торжественно открыт 23 сентября 1964 года.
Плафон Леневё был частью замысла Гарнье. Он проектировал зал как целостный ансамбль, где каждый элемент декора подчинён общей логике. Шагал работал в другой парадигме: его плафон - самостоятельное высказывание, сознательно конфликтующее с классицизмом интерьера. Именно этот конфликт и делает ситуацию неразрешимой: обе работы, бесспорно, шедевры, но одна была задумана как часть здания, а другая - как жест поверх него.
🍓9🍾3👍2🎉1🤩1💘1
Око Биньхая - это футуристическая библиотека в районе Биньхай китайского города Тяньцзинь. Главный атриум выполнен в виде глаза с большим светящимся шаром в центре. Отсюда и название.
Проект разработало голландское бюро MVRDV совместно с Тяньцзиньским институтом городского планирования и дизайна. Библиотека открылась в 2017 году и стала частью культурного кластера Биньхай.
Площадь здания составляет 33 700 м². В нем 5 этажей. Фонд книг уникален - до 1,2 миллиона книг.
На первом этаже расположена читальная зона. В середине - зона отдыха. На верхних этажах находятся конференц-залы, офисы, компьютерные залы и аудио-комнаты. На крыше расположились два патио.
Книжные полки одновременно являются и сиденьями, и ступенями лестницы. Это своеобразная «Книжная гора»: 34 волнообразных яруса из белого перфорированного алюминия, которые поднимаются от пола к потолку и оборачиваются вокруг центральной сферы. Полки формируют непрерывный топографический ландшафт, который используется для чтения, сидения, встреч и перемещения между этажами.
В центре атриума - светящийся зеркальный шар диаметром 21 метр. Это аудитория на 110 человек. Поверхность сферы покрыта светодиодами, которые могут проецировать изображения и текст.
Примечательно, что из-за сжатых сроков строительства (три года от эскиза до открытия) часть концепции пришлось изменить: доступ к верхним полкам оказался невозможен. Верхние ярусы декоративные. На перфорированных алюминиевых панелях напечатаны изображения книжных корешков. Реальные книги находятся на нижних уровнях и в боковых читальных залах. Вот такая футуристичная библиотека находится в Китае!
Проект разработало голландское бюро MVRDV совместно с Тяньцзиньским институтом городского планирования и дизайна. Библиотека открылась в 2017 году и стала частью культурного кластера Биньхай.
Площадь здания составляет 33 700 м². В нем 5 этажей. Фонд книг уникален - до 1,2 миллиона книг.
На первом этаже расположена читальная зона. В середине - зона отдыха. На верхних этажах находятся конференц-залы, офисы, компьютерные залы и аудио-комнаты. На крыше расположились два патио.
Книжные полки одновременно являются и сиденьями, и ступенями лестницы. Это своеобразная «Книжная гора»: 34 волнообразных яруса из белого перфорированного алюминия, которые поднимаются от пола к потолку и оборачиваются вокруг центральной сферы. Полки формируют непрерывный топографический ландшафт, который используется для чтения, сидения, встреч и перемещения между этажами.
В центре атриума - светящийся зеркальный шар диаметром 21 метр. Это аудитория на 110 человек. Поверхность сферы покрыта светодиодами, которые могут проецировать изображения и текст.
Примечательно, что из-за сжатых сроков строительства (три года от эскиза до открытия) часть концепции пришлось изменить: доступ к верхним полкам оказался невозможен. Верхние ярусы декоративные. На перфорированных алюминиевых панелях напечатаны изображения книжных корешков. Реальные книги находятся на нижних уровнях и в боковых читальных залах. Вот такая футуристичная библиотека находится в Китае!
👍7❤🔥3🎉3👏1🤩1
На Сардинии есть место, которое выглядит как руины средневекового замка, но на самом деле это ночной клуб, встроенный в гранитные скалы над Baja Sardinia.
Его история началась в 1968 году, когда архитектор и художник Андреа Франческо Фьоре, больше известный как просто Андрес Фьоре, приобрёл гранитную пещеру на небольшом холме в районе Su Colbu. Он хотел создать здесь пространство, которое было бы органично встроено в окружающий ландшафт и объединяло природу, архитектуру, музыку и искусство. Для своего времени сама идея и подход были довольно новаторскими.
Он задумал образ незавершённого замка. Фьоре объяснял внешний вид «ложной руины» как символ постоянного культурного обновления, которое должно происходить с уважением к природе и истории.
В основе композиции находится спиральная схема, а расположение элементов продумывалось с учётом ландшафта и положения звёзд. Внутри встречаются изображения знаков зодиака и другие символические элементы. Здесь есть каменные лестницы, террасы, гроты и большая естественная пещера, напоминающая амфитеатр.
Клуб официально открылся 6 августа 1970 года и вскоре стал одним из самых заметных адресов ночной жизни Costa Smeralda. Поначалу здесь собирались художники и представители творческой среды, а само пространство напоминало свободное сообщество. Позже Ritual стал полноценным ночным клубом, сохранив при этом богемный характер первых лет.
Сейчас Ritual по-прежнему работает как ночной клуб.
Ritual - это редкий и яркий пример того, как архитектура не строится, а вырезается. Фьоре не возводил стены. Он вычитал пространство из гранитного холма. Спираль, зодиакальные символы, террасы, повторяющие рельеф… Всё это не декор, а способ организации движения внутри скалы. Клуб работает не «на месте руин», а внутри руины, которая никогда не была настоящей.
Его история началась в 1968 году, когда архитектор и художник Андреа Франческо Фьоре, больше известный как просто Андрес Фьоре, приобрёл гранитную пещеру на небольшом холме в районе Su Colbu. Он хотел создать здесь пространство, которое было бы органично встроено в окружающий ландшафт и объединяло природу, архитектуру, музыку и искусство. Для своего времени сама идея и подход были довольно новаторскими.
Он задумал образ незавершённого замка. Фьоре объяснял внешний вид «ложной руины» как символ постоянного культурного обновления, которое должно происходить с уважением к природе и истории.
В основе композиции находится спиральная схема, а расположение элементов продумывалось с учётом ландшафта и положения звёзд. Внутри встречаются изображения знаков зодиака и другие символические элементы. Здесь есть каменные лестницы, террасы, гроты и большая естественная пещера, напоминающая амфитеатр.
Клуб официально открылся 6 августа 1970 года и вскоре стал одним из самых заметных адресов ночной жизни Costa Smeralda. Поначалу здесь собирались художники и представители творческой среды, а само пространство напоминало свободное сообщество. Позже Ritual стал полноценным ночным клубом, сохранив при этом богемный характер первых лет.
Сейчас Ritual по-прежнему работает как ночной клуб.
Ritual - это редкий и яркий пример того, как архитектура не строится, а вырезается. Фьоре не возводил стены. Он вычитал пространство из гранитного холма. Спираль, зодиакальные символы, террасы, повторяющие рельеф… Всё это не декор, а способ организации движения внутри скалы. Клуб работает не «на месте руин», а внутри руины, которая никогда не была настоящей.
❤🔥6👍4👏2🎉1🤩1🍓1