Работа как курорт: как Lenovo спроектировала офис будущего в Тяньцзине (и чему нам стоит у нихпоучиться).
Пока в Москве продают 12 метров за 7 миллионов, в Китае достраивают первую очередь Парка технологий и инноваций Lenovo на 55 000 м². И это не просто «стекляшка», а полноценная городская достопримечательность. Давайте разберем, что там сделали настолько круто, что 3000 сотрудников уже переехали, а городские жители приходят туда гулять.
Первое и самое главное - концепция «Четырех сезонов».
Три офисных блока объединены не скучным коридором, а публичным вестибюлем-мостом. Это не ресепшн, а крытый общественный променад: он пронизывает комплекс насквозь и выводит людей напрямую в городские сады и к станции легкорельсового транспорта. Здание не отгораживается от города забором (как у нас любят делать с технопарками), а приглашает горожан пройти через себя. Архитектура в данном случае работает как социальный лифт.
Восхитительная инженерия света и воздуха.
Блоки сориентированы строго по оси север-юг и подняты на разные уровни с консольными выносами. Зачем?
Каждый офисный этаж (а это ≈ 3000 м² полезной площади) получает равномерное естественное освещение без перегрева.
Окна здесь открываются и свежий воздух поступает естественным путем, а не через принудительную вентиляцию с охлаждением. Это снижает энергопотребление на климат-контроль на 20-30% и, что важнее, поднимает когнитивные способности сотрудников на 15% (исследования Гарварда тому подтверждение).
Вертикальная циркуляция без лифтовой зависимости.
Архитекторы намеренно усложнили разницу уровней блоков, чтобы связать их не только по горизонтали, но и по диагонали. Сотрудник может перемещаться между корпусами через общественные зоны, не вызывая лифт и это создает случайные встречи и междисциплинарное общение. В Москве мы строим башни-одиночки с ядром жесткости, здесь же делают «проницаемую» структуру.
Фитнес-мост и шумоизоляция.
В центре, прямо между блоками, как перекинутый мост, устроили целый фитнес-этаж с открытой спортивной площадкой на крыше. Серединное расположение и это, согласитесь, гениально: сотрудникам с любого корпуса идти одинаково. При этом «приподнятость» объема над землей гасит шум от троллейбусных линий и производств рядом, а спортивные активности не мешают рабочим зонам.
Безусловно, это сооружение нельзя назвать офисом. Это экосистема, где работа, спорт, транспорт и природа смешиваются в одном узле. Lenovo специально перенесла свой R&D в Тяньцзинь (исторический порт Пекина), чтобы разгрузить столицу и создать прецедент: технопарк становится центром притяжения нового города при аэропорте. Гениально, не правда ли?
Пока в Москве продают 12 метров за 7 миллионов, в Китае достраивают первую очередь Парка технологий и инноваций Lenovo на 55 000 м². И это не просто «стекляшка», а полноценная городская достопримечательность. Давайте разберем, что там сделали настолько круто, что 3000 сотрудников уже переехали, а городские жители приходят туда гулять.
Первое и самое главное - концепция «Четырех сезонов».
Три офисных блока объединены не скучным коридором, а публичным вестибюлем-мостом. Это не ресепшн, а крытый общественный променад: он пронизывает комплекс насквозь и выводит людей напрямую в городские сады и к станции легкорельсового транспорта. Здание не отгораживается от города забором (как у нас любят делать с технопарками), а приглашает горожан пройти через себя. Архитектура в данном случае работает как социальный лифт.
Восхитительная инженерия света и воздуха.
Блоки сориентированы строго по оси север-юг и подняты на разные уровни с консольными выносами. Зачем?
Каждый офисный этаж (а это ≈ 3000 м² полезной площади) получает равномерное естественное освещение без перегрева.
Окна здесь открываются и свежий воздух поступает естественным путем, а не через принудительную вентиляцию с охлаждением. Это снижает энергопотребление на климат-контроль на 20-30% и, что важнее, поднимает когнитивные способности сотрудников на 15% (исследования Гарварда тому подтверждение).
Вертикальная циркуляция без лифтовой зависимости.
Архитекторы намеренно усложнили разницу уровней блоков, чтобы связать их не только по горизонтали, но и по диагонали. Сотрудник может перемещаться между корпусами через общественные зоны, не вызывая лифт и это создает случайные встречи и междисциплинарное общение. В Москве мы строим башни-одиночки с ядром жесткости, здесь же делают «проницаемую» структуру.
Фитнес-мост и шумоизоляция.
В центре, прямо между блоками, как перекинутый мост, устроили целый фитнес-этаж с открытой спортивной площадкой на крыше. Серединное расположение и это, согласитесь, гениально: сотрудникам с любого корпуса идти одинаково. При этом «приподнятость» объема над землей гасит шум от троллейбусных линий и производств рядом, а спортивные активности не мешают рабочим зонам.
Безусловно, это сооружение нельзя назвать офисом. Это экосистема, где работа, спорт, транспорт и природа смешиваются в одном узле. Lenovo специально перенесла свой R&D в Тяньцзинь (исторический порт Пекина), чтобы разгрузить столицу и создать прецедент: технопарк становится центром притяжения нового города при аэропорте. Гениально, не правда ли?
❤🔥5👍4🤩2👏1
Архитектурный скандал в США. Библиотека как Трамп-тауэр: 50 этажей, позолота и Boeing 747 на стилобате.
Мы привыкли, что президентские библиотеки - это что-то сдержанное, мемориальное, с уважением к истории. Библиотека Кеннеди в Бостоне - шедевр Бойера, Центр Обамы в Чикаго - минимализм с отсылками к городской ткани. Но Трамп решил, что тишина и архивная пыль - это не его оптика.
Эрик Трамп опубликовал видео проекта будущей президентской библиотеки своего отца. И это… 50-этажный небоскреб в Майами. Авторство - бюро Bermello Ajamil.
Что мы здесь видим?
Габариты и эстетика.
Это не библиотека, а полноценный отель-небоскреб с фирменным TRUMP наверху (как на всех башнях девелоперской империи). Золотой портал на входе - 12 метров высотой, явно вдохновленный «золотым эскалатором» из башни Трампа на Пятой авеню, но в масштабе 1:1,5. На кровле подиума раскинулся регулярный сад с пальмами и бассейном. Классический курортный «рай», только с президентским архивом внутри.
Экспозиция в подиуме - настоящий аттракцион.
Вместо тихих читальных залов узнаваемая реплика Овального кабинета (золотая), конференц-зал со статуей самого президента, «золотой эскалатор» и… настоящий Boeing 747, подаренный Катаром. Это даже не архив, это тематический парк «Трампленд» на 1,2 гектарах. Наблюдатели уже заметили сходство силуэта с башней 1 ВТЦ в Нью-Йорке (архитекторы SOM, если что), только вместо антенны там имя.
Контекст получения участка.
Участок в Майами - дар от колледжа Майами-Дейд, переданный через губернатора Десантиса. Кадастровая стоимость - $67 млн, коммерческая до $300 млн. Вопросов к прозрачности сделки возникает больше, чем квадратных метров в этой башне. Но мы архитектурный канал, поэтому оставим это политологам.
ИИ в деталях - признак скорости.
Видео пестрит артефактами: тени падают в разные стороны, текстуры стекла «плывут», а пропорции пальм на кровле меняются от кадра к кадру. Очевидно, рендер сделан на базе генеративных нейросетей с минимальной доработкой. Архитекторы в комментариях уже спорят: это «новая эстетика быстрого проектирования» или просто неуважение к профессии?
Примечательно, что сам Трамп заявил, что «не верит в строительство библиотек или музеев». И действительно: это не библиотека. Это небоскреб-автопортрет, где функции хранения документов подчинены туристическому показу и статусу. Президентские библиотеки как институция появились с Гербертом Гувером в 1941 году как места для ученых и исследователей. Здесь же ученые будут стоять в очереди на селфи с золотой статуей.
Любопытно, может ли башня с отелем и копией самолета считаться «президентской библиотекой» в классическом смысле? Или мы наблюдаем рождение нового жанра - «библиотека-аттракцион», где книга - это сувенир из магазина на первом этаже?
Что думаете? Это архитектура будущего или эго-монумент в золотой обертке?
Мы привыкли, что президентские библиотеки - это что-то сдержанное, мемориальное, с уважением к истории. Библиотека Кеннеди в Бостоне - шедевр Бойера, Центр Обамы в Чикаго - минимализм с отсылками к городской ткани. Но Трамп решил, что тишина и архивная пыль - это не его оптика.
Эрик Трамп опубликовал видео проекта будущей президентской библиотеки своего отца. И это… 50-этажный небоскреб в Майами. Авторство - бюро Bermello Ajamil.
Что мы здесь видим?
Габариты и эстетика.
Это не библиотека, а полноценный отель-небоскреб с фирменным TRUMP наверху (как на всех башнях девелоперской империи). Золотой портал на входе - 12 метров высотой, явно вдохновленный «золотым эскалатором» из башни Трампа на Пятой авеню, но в масштабе 1:1,5. На кровле подиума раскинулся регулярный сад с пальмами и бассейном. Классический курортный «рай», только с президентским архивом внутри.
Экспозиция в подиуме - настоящий аттракцион.
Вместо тихих читальных залов узнаваемая реплика Овального кабинета (золотая), конференц-зал со статуей самого президента, «золотой эскалатор» и… настоящий Boeing 747, подаренный Катаром. Это даже не архив, это тематический парк «Трампленд» на 1,2 гектарах. Наблюдатели уже заметили сходство силуэта с башней 1 ВТЦ в Нью-Йорке (архитекторы SOM, если что), только вместо антенны там имя.
Контекст получения участка.
Участок в Майами - дар от колледжа Майами-Дейд, переданный через губернатора Десантиса. Кадастровая стоимость - $67 млн, коммерческая до $300 млн. Вопросов к прозрачности сделки возникает больше, чем квадратных метров в этой башне. Но мы архитектурный канал, поэтому оставим это политологам.
ИИ в деталях - признак скорости.
Видео пестрит артефактами: тени падают в разные стороны, текстуры стекла «плывут», а пропорции пальм на кровле меняются от кадра к кадру. Очевидно, рендер сделан на базе генеративных нейросетей с минимальной доработкой. Архитекторы в комментариях уже спорят: это «новая эстетика быстрого проектирования» или просто неуважение к профессии?
Примечательно, что сам Трамп заявил, что «не верит в строительство библиотек или музеев». И действительно: это не библиотека. Это небоскреб-автопортрет, где функции хранения документов подчинены туристическому показу и статусу. Президентские библиотеки как институция появились с Гербертом Гувером в 1941 году как места для ученых и исследователей. Здесь же ученые будут стоять в очереди на селфи с золотой статуей.
Любопытно, может ли башня с отелем и копией самолета считаться «президентской библиотекой» в классическом смысле? Или мы наблюдаем рождение нового жанра - «библиотека-аттракцион», где книга - это сувенир из магазина на первом этаже?
Что думаете? Это архитектура будущего или эго-монумент в золотой обертке?
❤🔥5😁2👍1💯1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Кошачий дворец в Гуанчжоу: 1000 кошек, 30 пород и архитектура счастья за 850 рублей.
Пока мы спорим о золотых порталах и 50-этажных библиотеках, в китайском Гуанчжоу открылось место, где архитектура работает на самую требовательную аудиторию. Это Moon Cat - трехэтажный котодворец, где проживает около тысячи кошек более 30 пород. И там есть чему поучиться даже серьезным бюро.
Разберем архитектурную типологию.
Пространственная структура - «вертикальный город» для кошек.
Здание разделено на тематические этажи: игровой двор (с амфитеатром из лежанок), спальные зоны с капсульными домиками, и отдельный «детский сад» с приглушенным освещением для котят. В отличие от человеческих офисов open-space, здесь четкая зональность: активные пространства с высокой проходимостью и тихие «спальни» разнесены по вертикали. Это снижает стресс у животных - грамотное решение, которое в человеческой архитектуре называют «акустическим зонированием».
Декор как инструмент навигации.
Вместо скучных коридоров мы видим традиционную китайскую эстетику: резные деревянные панели, фонари, мостики через искусственные ручьи. Но это не просто «красиво». Кошки ориентируются по текстурам и запахам: гладкие поверхности для отдыха, шершавые - для когтеточек.
Архитекторы использовали тактильную дифференциацию как навигационную систему. Проще говоря, кошка знает: если поверхность похожа на кору, это путь к игровой зоне.
Световой сценарий или кошачий фотосинтез.
В Moon Cat отказались от верхнего жесткого света. Основное освещение рассеянное, через бумажные абажуры и рисовую бумагу на окнах. Есть «солнечные пятна» - теплые лампы, имитирующие луч солнца, которые падают точно на лежанки. Это не эстетика, а светотерапия: кошки, как и люди, нуждаются в циркадных ритмах.
Вентиляция и запахи.
Архитектурный нюанс: при 1000 кошек запах, безусловно, главный враг. Система приточно-вытяжной вентиляции с UV-фильтрами и ежечасной сменой воздуха (на 30% выше норматива для общественных зданий) спроектирована так, что воздух движется от «чистых» зон (вход, кафе) к «техническим» (лотки, кормокухня), а не наоборот. Это базовая санитарная схема, которую в российских зоогостиницах частенько игнорируют.
Цена вопроса - всего 850 рублей (примерно 100 юаней) за вход. Это дешевле, чем час коворкинга в Москве. Но архитектурная ценность этого проекта не в деньгах. Moon Cat - это пример здания, где функция (комфорт животных) полностью подчиняет себе форму, при этом сохраняя эстетику и доступность.
Мы строим башни для статуса, офисы для KPI и «человейники» для выживания. А здесь дворец для кошек. И он работает лучше, чем многие бизнес-центры. Может, стоит пересмотреть подход: если архитектура может сделать счастливыми кошек, почему она делает несчастными людей?
Пока мы спорим о золотых порталах и 50-этажных библиотеках, в китайском Гуанчжоу открылось место, где архитектура работает на самую требовательную аудиторию. Это Moon Cat - трехэтажный котодворец, где проживает около тысячи кошек более 30 пород. И там есть чему поучиться даже серьезным бюро.
Разберем архитектурную типологию.
Пространственная структура - «вертикальный город» для кошек.
Здание разделено на тематические этажи: игровой двор (с амфитеатром из лежанок), спальные зоны с капсульными домиками, и отдельный «детский сад» с приглушенным освещением для котят. В отличие от человеческих офисов open-space, здесь четкая зональность: активные пространства с высокой проходимостью и тихие «спальни» разнесены по вертикали. Это снижает стресс у животных - грамотное решение, которое в человеческой архитектуре называют «акустическим зонированием».
Декор как инструмент навигации.
Вместо скучных коридоров мы видим традиционную китайскую эстетику: резные деревянные панели, фонари, мостики через искусственные ручьи. Но это не просто «красиво». Кошки ориентируются по текстурам и запахам: гладкие поверхности для отдыха, шершавые - для когтеточек.
Архитекторы использовали тактильную дифференциацию как навигационную систему. Проще говоря, кошка знает: если поверхность похожа на кору, это путь к игровой зоне.
Световой сценарий или кошачий фотосинтез.
В Moon Cat отказались от верхнего жесткого света. Основное освещение рассеянное, через бумажные абажуры и рисовую бумагу на окнах. Есть «солнечные пятна» - теплые лампы, имитирующие луч солнца, которые падают точно на лежанки. Это не эстетика, а светотерапия: кошки, как и люди, нуждаются в циркадных ритмах.
Вентиляция и запахи.
Архитектурный нюанс: при 1000 кошек запах, безусловно, главный враг. Система приточно-вытяжной вентиляции с UV-фильтрами и ежечасной сменой воздуха (на 30% выше норматива для общественных зданий) спроектирована так, что воздух движется от «чистых» зон (вход, кафе) к «техническим» (лотки, кормокухня), а не наоборот. Это базовая санитарная схема, которую в российских зоогостиницах частенько игнорируют.
Цена вопроса - всего 850 рублей (примерно 100 юаней) за вход. Это дешевле, чем час коворкинга в Москве. Но архитектурная ценность этого проекта не в деньгах. Moon Cat - это пример здания, где функция (комфорт животных) полностью подчиняет себе форму, при этом сохраняя эстетику и доступность.
Мы строим башни для статуса, офисы для KPI и «человейники» для выживания. А здесь дворец для кошек. И он работает лучше, чем многие бизнес-центры. Может, стоит пересмотреть подход: если архитектура может сделать счастливыми кошек, почему она делает несчастными людей?
❤🔥6👍1👏1🤩1
Метро как городская река: UNS проектируют линию 2 в Турине, а это 32 станции, 18 км портиков и альпийский колорит.
Пока в Москве обсуждают продление веток и унификацию вестибюлей, в Петербурге который год подряд, никак не могут достроить станцию метро Театральная, итальянское бюро UNS выиграло конкурс на проект линии метро 2 в Турине. И там подход принципиально иной: не "станция-капсула", а архитектурный нарратив, растянутый на 32 точки.
Первая очередь - 10 станций! Но бюро уже разработало трехуровневую систему идентичности: сеть, система, станция. Чтобы каждая точка была узнаваемой, но линия читалась как единый организм.
Концепция Туринского метро - "Городская река".
Архитекторы взяли за основу две локальные константы.
Портики Турина - 18 км крытых галерей вдоль первых этажей. Это не просто архитектурный мотив, а функциональная циркуляция: как портик защищает пешехода от дождя, так станция должна защищать пассажира от хаоса города, создавая плавный переход от улицы к поезду.
Реки По и Дора - динамика воды, непрерывность потока. В метро это переосмысляется как непрерывность пассажирских маршрутов, прозрачность навигации и визуальная "текучесть" пространств.
Брендинг и колорит - Северная Италия в деталях.
Визуальный код линии строится на трех источниках: реки, портики и Альпы (на горизонте). Палитра природная: оттенки охры и желтого (земля, фасады старого города), синий и зеленый (вода и зелень). Это не просто "красиво": цвет помогает ориентироваться, теплые тона ведут в зоны ожидания, холодные - к выходам.
Инструменты разнообразия: 9 тем.
Каждая станция - не клон. UNS предложили 9 тематических принципов: природа, инновации, культура, история, искусство, ландшафт и другие. В зависимости от района, станция "подсвечивает" локальный контекст. Где-то это будет инсталляция с отсылкой к древнеримскому театру, где-то ландшафтный сад в вестибюле, где-то медиафасад с цифровым искусством.
Материалы ориентированы на долговечность и тактильность.
Алюминий и фарфоровые панели - для отделки (износостойкость, простота уборки, но при этом не "больничный" холод).
Рассеянное освещение без слепящих точечных источников, чтобы глаза отдыхали.
Напольное покрытие - терраццо-подобное (каменная крошка в бетоне): это историческая отсылка к итальянским палаццо, но в уличной версии, которая выдержит миллионы ног.
Метро обычно проектируют инженеры с добавлением дизайна. Здесь же архитекторы с инженерией. Вместо "трубы в земле" - система городских гостиных, где каждая имеет свой характер, но все подчиняются единой симфонии. Портики как архитип, реки как метафора движения, Альпы как ориентир.
Возникает вопрос, что важнее в подземной архитектуре: унификация (чтобы пассажир не путался) или разнообразие (чтобы каждая станция запоминалась)? Туринцы выбрали второй путь, но с жестким бренд-кодом. У нас в России - скорее первый.
Интересно, что UNS не стали делать "станции-звезды" с гигантскими бюджетами. Их фишка - точные жесты: цвет, фактура, свет. И это работает. Ждем реализацию.
Пока в Москве обсуждают продление веток и унификацию вестибюлей, в Петербурге который год подряд, никак не могут достроить станцию метро Театральная, итальянское бюро UNS выиграло конкурс на проект линии метро 2 в Турине. И там подход принципиально иной: не "станция-капсула", а архитектурный нарратив, растянутый на 32 точки.
Первая очередь - 10 станций! Но бюро уже разработало трехуровневую систему идентичности: сеть, система, станция. Чтобы каждая точка была узнаваемой, но линия читалась как единый организм.
Концепция Туринского метро - "Городская река".
Архитекторы взяли за основу две локальные константы.
Портики Турина - 18 км крытых галерей вдоль первых этажей. Это не просто архитектурный мотив, а функциональная циркуляция: как портик защищает пешехода от дождя, так станция должна защищать пассажира от хаоса города, создавая плавный переход от улицы к поезду.
Реки По и Дора - динамика воды, непрерывность потока. В метро это переосмысляется как непрерывность пассажирских маршрутов, прозрачность навигации и визуальная "текучесть" пространств.
Брендинг и колорит - Северная Италия в деталях.
Визуальный код линии строится на трех источниках: реки, портики и Альпы (на горизонте). Палитра природная: оттенки охры и желтого (земля, фасады старого города), синий и зеленый (вода и зелень). Это не просто "красиво": цвет помогает ориентироваться, теплые тона ведут в зоны ожидания, холодные - к выходам.
Инструменты разнообразия: 9 тем.
Каждая станция - не клон. UNS предложили 9 тематических принципов: природа, инновации, культура, история, искусство, ландшафт и другие. В зависимости от района, станция "подсвечивает" локальный контекст. Где-то это будет инсталляция с отсылкой к древнеримскому театру, где-то ландшафтный сад в вестибюле, где-то медиафасад с цифровым искусством.
Материалы ориентированы на долговечность и тактильность.
Алюминий и фарфоровые панели - для отделки (износостойкость, простота уборки, но при этом не "больничный" холод).
Рассеянное освещение без слепящих точечных источников, чтобы глаза отдыхали.
Напольное покрытие - терраццо-подобное (каменная крошка в бетоне): это историческая отсылка к итальянским палаццо, но в уличной версии, которая выдержит миллионы ног.
Метро обычно проектируют инженеры с добавлением дизайна. Здесь же архитекторы с инженерией. Вместо "трубы в земле" - система городских гостиных, где каждая имеет свой характер, но все подчиняются единой симфонии. Портики как архитип, реки как метафора движения, Альпы как ориентир.
Возникает вопрос, что важнее в подземной архитектуре: унификация (чтобы пассажир не путался) или разнообразие (чтобы каждая станция запоминалась)? Туринцы выбрали второй путь, но с жестким бренд-кодом. У нас в России - скорее первый.
Интересно, что UNS не стали делать "станции-звезды" с гигантскими бюджетами. Их фишка - точные жесты: цвет, фактура, свет. И это работает. Ждем реализацию.
❤🔥6👍2🤩2🥰1
Эшампле по-новому: социальный дом Peris+Toral, где каждый этаж - свой отдельный город.
Пока в нашей стране социальное жилье - это чаще всего панельные здания на окраинах с минимальным набором услуг, в Барселоне Peris+Toral Arquitectes построили дом, который переосмысливает саму типологию «доступного жилья». И это не компромисс, а вызов жесткому историческому контексту Эшампле.
Район Эшампле - это сетка кварталов 113×113 метров, разработанная Ильдефонсом Сердой в 1860 году. Здесь строгие ограничения по высоте и глубине застройки. Архитекторам нужно было вписать социальный дом в эту жесткую сетку, но при этом обеспечить все квартиры светом и воздухом. Их решение - пять вертикальных двориков-садов, которые расширяются к верхним этажам, как световые колодцы, работающие на вентиляцию всего здания.
Здание четко разделено по вертикали в зависимости от потребностей жильцов.
Так, 1-й этаж - временное проживание для нуждающихся (кризисное жилье, социальный хаб).
2–5-й этажи - это квартиры с двумя спальнями (для семей).
6–8-й этажи - квартиры с одной спальней (для пожилых людей).
Почему это гениально? Площадь квартир уменьшается к верху, а освободившееся место превращается в общие пространства для пожилых: прачечная, терраса, огороды (да, настоящие грядки на крыше!), многофункциональные залы. То есть вертикаль дома - это не просто лифт, а маршрут социальной адаптации: от кризиса к самостоятельности, от семьи к спокойной старости с поддержкой соседей.
Планировка: 20 квартир на этаж и без коридорного ада!
На каждом этаже 20 квартир, соединенных открытой галереей. Это не темный коридор с двумя рядами дверей. Галерея выходит во внутренние дворики, получает свет и воздух. Лестничные площадки оформлены деревянными решетками, которые создают игру теней и частную «полуприватность» перед входом в квартиру. Это возвращение к идее «улицы в воздухе», которую мы видели в лучших проектах коллективного жилья 1960-х, но с современным качеством.
Авторы сделали ставку на пассивные технологии.
Дворики под стеклянной кровлей - это биоклиматический атриум. Зимой он работает как тепловой коллектор: аккумулирует солнечное тепло и отдает его в квартиры. Летом же, как тепловой «дымоход»: нагретый воздух поднимается вверх и вытягивает свежий воздух через открытые галереи. Естественная вентиляция без кондиционеров!
Сборная железобетонная конструкция - высокая тепловая инерция: днем стены накапливают прохладу, ночью отдают.
Древесина (гигроскопичность) и штукатурка (звукопоглощение) обеспечивают акустический и влажностный комфорт.
Peris+Toral доказывают: социальное жилье может быть и плотным (20 квартир на этаж!), и комфортным, и вписанным в исторический центр. Ключевой прием - не «меньше народа на этаж», а умная вертикальная дифференциация: дворики как легкие здания, галереи как улицы, этажи как социальные слои.
Мы привыкли, что российские кварталы-«человейники» с 20 квартирами на этаж- это обычно монолитные свечи с глухими коридорами и точечными окнами. А если бы мы применили барселонский прием с световыми колодцами и галереями на весь этаж, то выросла бы стоимость строительства? Или это вопрос не денег, а архитектурной культуры?
Обратите внимание на террасы-огороды на верхних этажах. Это не просто «экофича», а способ дать пожилым людям ритуал и общение. В нашем климате воплотить подобное, к сожалению, сложно.
Пока в нашей стране социальное жилье - это чаще всего панельные здания на окраинах с минимальным набором услуг, в Барселоне Peris+Toral Arquitectes построили дом, который переосмысливает саму типологию «доступного жилья». И это не компромисс, а вызов жесткому историческому контексту Эшампле.
Район Эшампле - это сетка кварталов 113×113 метров, разработанная Ильдефонсом Сердой в 1860 году. Здесь строгие ограничения по высоте и глубине застройки. Архитекторам нужно было вписать социальный дом в эту жесткую сетку, но при этом обеспечить все квартиры светом и воздухом. Их решение - пять вертикальных двориков-садов, которые расширяются к верхним этажам, как световые колодцы, работающие на вентиляцию всего здания.
Здание четко разделено по вертикали в зависимости от потребностей жильцов.
Так, 1-й этаж - временное проживание для нуждающихся (кризисное жилье, социальный хаб).
2–5-й этажи - это квартиры с двумя спальнями (для семей).
6–8-й этажи - квартиры с одной спальней (для пожилых людей).
Почему это гениально? Площадь квартир уменьшается к верху, а освободившееся место превращается в общие пространства для пожилых: прачечная, терраса, огороды (да, настоящие грядки на крыше!), многофункциональные залы. То есть вертикаль дома - это не просто лифт, а маршрут социальной адаптации: от кризиса к самостоятельности, от семьи к спокойной старости с поддержкой соседей.
Планировка: 20 квартир на этаж и без коридорного ада!
На каждом этаже 20 квартир, соединенных открытой галереей. Это не темный коридор с двумя рядами дверей. Галерея выходит во внутренние дворики, получает свет и воздух. Лестничные площадки оформлены деревянными решетками, которые создают игру теней и частную «полуприватность» перед входом в квартиру. Это возвращение к идее «улицы в воздухе», которую мы видели в лучших проектах коллективного жилья 1960-х, но с современным качеством.
Авторы сделали ставку на пассивные технологии.
Дворики под стеклянной кровлей - это биоклиматический атриум. Зимой он работает как тепловой коллектор: аккумулирует солнечное тепло и отдает его в квартиры. Летом же, как тепловой «дымоход»: нагретый воздух поднимается вверх и вытягивает свежий воздух через открытые галереи. Естественная вентиляция без кондиционеров!
Сборная железобетонная конструкция - высокая тепловая инерция: днем стены накапливают прохладу, ночью отдают.
Древесина (гигроскопичность) и штукатурка (звукопоглощение) обеспечивают акустический и влажностный комфорт.
Peris+Toral доказывают: социальное жилье может быть и плотным (20 квартир на этаж!), и комфортным, и вписанным в исторический центр. Ключевой прием - не «меньше народа на этаж», а умная вертикальная дифференциация: дворики как легкие здания, галереи как улицы, этажи как социальные слои.
Мы привыкли, что российские кварталы-«человейники» с 20 квартирами на этаж- это обычно монолитные свечи с глухими коридорами и точечными окнами. А если бы мы применили барселонский прием с световыми колодцами и галереями на весь этаж, то выросла бы стоимость строительства? Или это вопрос не денег, а архитектурной культуры?
Обратите внимание на террасы-огороды на верхних этажах. Это не просто «экофича», а способ дать пожилым людям ритуал и общение. В нашем климате воплотить подобное, к сожалению, сложно.
👍6❤🔥3👏1💯1
В Грозном возобновляется строительство высотного комплекса «Ахмат-Тауэр». А это без малого 435 м над Грозным, сейсмика и традиции вайнахских башен.
Пока мы обсуждали европейский опыт социального жилья и кошачьи дворцы, в Грозном произошло событие, которое вновь возвращает Россию в высотную гонку. После десятилетней паузы возобновляется строительство комплекса «Ахмат Тауэр» и это не просто небоскреб, а архитектурный вызов сразу по нескольким фронтам.
435 метров, 102 этажа - это второй по высоте небоскреб в России после петербургского Лахта-Центра (462 м). Расположится он в самом сердце Грозного, рядом с мечетью «Сердце Чечни», комплексом «Грозный Сити» и ТРК «Грозный Молл», с которым его соединит пешеходный мост через реку Сунжа. Проект разработало американское бюро Adrian Smith + Gordon Gill Architecture (AS+GG) именно те, кто подарил миру Бурдж-Халифу. Генеральный проектировщик же российский «Горпроект».
В основе концепции - собирательный образ чеченских родовых башен XIII–XVI веков. Зубчатая конфигурация фасада имитирует старинную каменную кладку, а форма здания напоминает усеченную пирамиду. Это не просто стилизация: архитекторы осмысленно перевели архетип оборонительного сооружения на язык супервысотного строительства.
У подножия расположится 8-этажный атриум сложной складчатой формы. Нижние этажи решены в виде восьмиконечной звезды, которая разделяет четыре входные группы: к офисам, резиденциям, музею и гостинице .
Но самое интересное здесь, безусловно, инженерия. Грозный находится в зоне высокой сейсмической активности с угрозой до 10 баллов. На момент получения заключения Главгосэкспертизы в мире не было зданий с таким сочетанием высоты и сейсмоустойчивости. Проект курирует Thornton Tomasetti - компания, работавшая над сейсмостойким Тайбэем 101. Уже завершена часть работ по забивке свай, сейчас идет адаптация проектной документации после корректировок в связи с экономической ситуацией.
«Ахмат Тауэр» - это не просто башня. Это попытка соединить три слоя: историческую память (вайнахские башни), мировую инженерную школу (AS+GG и Thornton Tomasetti) и локальный контекст (центр Грозного, река Сунжа, мост к моллу). Проект вызывает вопросы от экономических до градостроительных, но нельзя отрицать: он амбициозен.
Как вы считаете, может ли историческая стилизация в супервысотной архитектуре быть органичной, или это всегда «костюм», надетый на стальную конструкцию? И второй вопрос: стоит ли рисковать строительством в сейсмоопасной зоне ради архитектурной доминанты?
Пока мы обсуждали европейский опыт социального жилья и кошачьи дворцы, в Грозном произошло событие, которое вновь возвращает Россию в высотную гонку. После десятилетней паузы возобновляется строительство комплекса «Ахмат Тауэр» и это не просто небоскреб, а архитектурный вызов сразу по нескольким фронтам.
435 метров, 102 этажа - это второй по высоте небоскреб в России после петербургского Лахта-Центра (462 м). Расположится он в самом сердце Грозного, рядом с мечетью «Сердце Чечни», комплексом «Грозный Сити» и ТРК «Грозный Молл», с которым его соединит пешеходный мост через реку Сунжа. Проект разработало американское бюро Adrian Smith + Gordon Gill Architecture (AS+GG) именно те, кто подарил миру Бурдж-Халифу. Генеральный проектировщик же российский «Горпроект».
В основе концепции - собирательный образ чеченских родовых башен XIII–XVI веков. Зубчатая конфигурация фасада имитирует старинную каменную кладку, а форма здания напоминает усеченную пирамиду. Это не просто стилизация: архитекторы осмысленно перевели архетип оборонительного сооружения на язык супервысотного строительства.
У подножия расположится 8-этажный атриум сложной складчатой формы. Нижние этажи решены в виде восьмиконечной звезды, которая разделяет четыре входные группы: к офисам, резиденциям, музею и гостинице .
Но самое интересное здесь, безусловно, инженерия. Грозный находится в зоне высокой сейсмической активности с угрозой до 10 баллов. На момент получения заключения Главгосэкспертизы в мире не было зданий с таким сочетанием высоты и сейсмоустойчивости. Проект курирует Thornton Tomasetti - компания, работавшая над сейсмостойким Тайбэем 101. Уже завершена часть работ по забивке свай, сейчас идет адаптация проектной документации после корректировок в связи с экономической ситуацией.
«Ахмат Тауэр» - это не просто башня. Это попытка соединить три слоя: историческую память (вайнахские башни), мировую инженерную школу (AS+GG и Thornton Tomasetti) и локальный контекст (центр Грозного, река Сунжа, мост к моллу). Проект вызывает вопросы от экономических до градостроительных, но нельзя отрицать: он амбициозен.
Как вы считаете, может ли историческая стилизация в супервысотной архитектуре быть органичной, или это всегда «костюм», надетый на стальную конструкцию? И второй вопрос: стоит ли рисковать строительством в сейсмоопасной зоне ради архитектурной доминанты?
❤🔥7👍3🤩1💘1
Арктика как точка сборки: GRAD проектируют социальный хаб-мост над Кольским заливом.
Петербургское бюро GRAD отправилось осваивать Арктику. Их проект социального хаба для города-спутника Мурманска не попал в финал конкурса «Неочевидное. Арктика», но заслуживает внимания как пример осмысленной сборной архитектуры в экстремальном климате.
В основе проекта - образ мостов, перекинутых между странами и континентами. И это не просто метафора: Мурманск , Как известно, крупнейший незамерзающий порт за Полярным кругом, ворота в Арктику. Архитекторы предлагают здание, которое физически и символически соединяет разрозненные городские функции в единый организм.
Программа: 10 блоков как 10 сценариев жизни.
Хаб объединяет всё, что нужно для современного арктического города:
центр экстремальных видов спорта (лыжи, скалодром, треки);
арктический центр здравоохранения и долголетия (с упором на северную медицину);
культурно-выставочный центр;
всевозрастной образовательный и досуговый центр;
центральная библиотека;
деловой центр с концертным залом;
городской коворкинг;
панорамный фитнес-центр (с видом на Кольский залив!);
фуд-корт местной арктической кухни (оленина, рыба, ягоды);
гибкие пространства для временных экспозиций и стартапов.
Это не просто набор функций - это вертикальный кампус, где блоки группируются вокруг центрального атриума и соединяются мостами, как перекидные галереи между разными мирами.
Примечательно, что каждый модуль имеет свою функциональную программу, что на фасаде проявлено различными типами облицовки из перфорированных металлических панелей. Это не просто декор: перфорация регулирует светопропускание, защищает от ветра и создает игру теней в полярный день и ночь.
Использование prefab-технологий - ключевое условие конкурса и жизненная необходимость для Арктики. Строительство в условиях вечной мерзлоты и короткого строительного сезона требует максимальной заводской готовности. Модули изготавливаются на производстве, доставляются по зимникам или морем и собираются на месте как конструктор.
Блоки поднимаются вокруг центрального атриума, создавая динамическую, но понятную траекторию движения. Это не «телепортация» на лифте между этажами, а прогулка: переходы, лестницы, мосты - архитектура провоцирует встречи, случайные контакты, междисциплинарный обмен.
Общественные пространства над блоками открывают панорамные виды на Кольский залив, формируя пешеходный каркас и усиливая связь комплекса с городом . В Арктике с ее долгой полярной ночью вид на воду и небо - это ресурс, который нельзя закрывать глухими фасадами.
Как мы видим, проект GRAD о том, как сборная архитектура может быть не «типовой», а разнообразной и эмоциональной. Вместо унифицированных коробок, модули с разными характерами. Вместо закрытого объема - атриум и мосты. Вместо бетонного монолита - перфорированный металл, который дышит и играет со светом.
Любопытно, что в России prefab-технологии ассоциируются с панельными хрущевками и типовыми школами. А можно ли сделать сборную архитектуру качественной и выразительной? Или в Арктике без монолита никак?
Петербургское бюро GRAD отправилось осваивать Арктику. Их проект социального хаба для города-спутника Мурманска не попал в финал конкурса «Неочевидное. Арктика», но заслуживает внимания как пример осмысленной сборной архитектуры в экстремальном климате.
В основе проекта - образ мостов, перекинутых между странами и континентами. И это не просто метафора: Мурманск , Как известно, крупнейший незамерзающий порт за Полярным кругом, ворота в Арктику. Архитекторы предлагают здание, которое физически и символически соединяет разрозненные городские функции в единый организм.
Программа: 10 блоков как 10 сценариев жизни.
Хаб объединяет всё, что нужно для современного арктического города:
центр экстремальных видов спорта (лыжи, скалодром, треки);
арктический центр здравоохранения и долголетия (с упором на северную медицину);
культурно-выставочный центр;
всевозрастной образовательный и досуговый центр;
центральная библиотека;
деловой центр с концертным залом;
городской коворкинг;
панорамный фитнес-центр (с видом на Кольский залив!);
фуд-корт местной арктической кухни (оленина, рыба, ягоды);
гибкие пространства для временных экспозиций и стартапов.
Это не просто набор функций - это вертикальный кампус, где блоки группируются вокруг центрального атриума и соединяются мостами, как перекидные галереи между разными мирами.
Примечательно, что каждый модуль имеет свою функциональную программу, что на фасаде проявлено различными типами облицовки из перфорированных металлических панелей. Это не просто декор: перфорация регулирует светопропускание, защищает от ветра и создает игру теней в полярный день и ночь.
Использование prefab-технологий - ключевое условие конкурса и жизненная необходимость для Арктики. Строительство в условиях вечной мерзлоты и короткого строительного сезона требует максимальной заводской готовности. Модули изготавливаются на производстве, доставляются по зимникам или морем и собираются на месте как конструктор.
Блоки поднимаются вокруг центрального атриума, создавая динамическую, но понятную траекторию движения. Это не «телепортация» на лифте между этажами, а прогулка: переходы, лестницы, мосты - архитектура провоцирует встречи, случайные контакты, междисциплинарный обмен.
Общественные пространства над блоками открывают панорамные виды на Кольский залив, формируя пешеходный каркас и усиливая связь комплекса с городом . В Арктике с ее долгой полярной ночью вид на воду и небо - это ресурс, который нельзя закрывать глухими фасадами.
Как мы видим, проект GRAD о том, как сборная архитектура может быть не «типовой», а разнообразной и эмоциональной. Вместо унифицированных коробок, модули с разными характерами. Вместо закрытого объема - атриум и мосты. Вместо бетонного монолита - перфорированный металл, который дышит и играет со светом.
Любопытно, что в России prefab-технологии ассоциируются с панельными хрущевками и типовыми школами. А можно ли сделать сборную архитектуру качественной и выразительной? Или в Арктике без монолита никак?
👍5❤🔥3👏2🎉1🍾1