Золото покупают те, кто печатает деньги

По-моему, это одна из самых красивых ироний современной экономики. Центральные банки управляют денежной системой. И при этом сами продолжают покупать золото.
Только в июле они были чистыми покупателями ещё 23 тонн. Китай добавил около 20 тонн.
Нет, это не значит, что завтра исчезнет доллар и нужно срочно закапывать слитки на даче. Здесь интереснее другое.
У валюты есть государство. У облигации — эмитент. У банковского депозита — банк. А золото вам ничего не обещает. Оно просто лежит.
Тысячу лет назад золото было золотом. Сегодня золото — золото. И через сто лет, скорее всего, с ним произойдёт примерно то же самое.
Поэтому чем тревожнее становится мир, тем чаще государства вспоминают про актив, который появился задолго до центральных банков, рейтинговых агентств и денежно- кредитной политики.
Я не призываю покупать золото. Я вообще с осторожностью отношусь к советам из серии: «Купите вот это — и обязательно разбогатеете».
Но смотреть, что делают люди, которые профессионально управляют государственными резервами, всегда полезно. Иногда их действия говорят о доверии к системе гораздо больше, чем официальные заявления.

У вас нет времени. Или вам просто нравится быть занятым?

Есть предприниматели, которые работают по четырнадцать часов в день и очень этим гордятся. Я раньше тоже измерял эффективность количеством проведённых на работе часов.
С возрастом отношение изменилось.
Можно просидеть двенадцать часов в офисе и не принять ни одного важного решения. Провести пять совещаний, ответить на сто сообщений, проверить двадцать задач сотрудников — а вечером героически сообщить семье: «Я сегодня весь день работал».
Нет. Вы весь день были заняты. Это не одно и то же.
Чем крупнее становится бизнес, тем дороже время собственника. И тем меньше в его календаре должно оставаться задач, которые способен сделать кто-то другой.
Если основатель компании лично согласовывает размер шрифта в презентации, проблема, скорее всего, не в дизайнере.
Делегирование — это не способ меньше работать. Это способ оставить себе ту работу, которую действительно никто кроме вас не сделает.
Иногда лучший способ повысить эффективность компании — убрать собственника из половины процессов.
Особенно если этот собственник — вы.

Высокая зарплата не делает вас богатым.

Можно получать $30 000 в месяц и при этом быть бедным. Звучит странно?
Тогда познакомьтесь с человеком, который получает 30 и тратит 32.
Машина в кредит. Квартира, которую сложно содержать. Часы. Рестораны. Отпуск обязательно там, где фотографии выглядят дорого. И главное — постоянная необходимость подтверждать окружающим собственный успех.
Очень дорогая привычка.
Богатство вообще плохо видно снаружи. Настоящий капитал часто выглядит скучно: доли в компаниях, недвижимость, облигации, счета, инвестиции. А бедность иногда выглядит потрясающе. Особенно на парковке.
Я совершенно не против дорогих вещей. Деньги в том числе существуют для того, чтобы ими пользоваться. Но есть огромная разница между «я могу себе это позволить» и «мне нужно, чтобы все увидели, что я могу себе это позволить».
Первое — удовольствие. Второе — зависимость.
Поэтому я бы измерял богатство не стоимостью машины, а количеством времени, которое вы сможете прожить, если завтра перестанете получать зарплату.
Иногда эта цифра отрезвляет лучше банковской выписки.

Ваш ребёнок не обязан продолжать ваш бизнес.

Предприниматель двадцать лет строит компанию. Не спит. Рискует. Зарабатывает. Создаёт имя. А потом смотрит на сына и говорит: «Когда-нибудь всё это будет твоим». А сын думает: «Зачем?»
И начинается семейная трагедия.
Мне кажется, родители иногда путают наследство и обязанность. Можно передать ребёнку актив. Но нельзя передать ему собственную мечту.
Ваш сын не обязан любить ваш бизнес только потому, что вы посвятили ему жизнь.
Возможно, он станет врачом. Музыкантом. Учёным. Или создаст компанию, которая вообще не имеет отношения к вашей. И это не предательство семьи.
Если мы действительно хотим детям лучшего, нужно оставить им право выбрать собственную жизнь.
Передать знания, образование, характер, возможности, капитал — да. Но не готовый сценарий, который они обязаны доиграть за нас.
Самое сильное наследство — не компания.
Это способность ребёнка построить что-то своё.
Даже если вы сами никогда бы этого не выбрали.

Инфляцию опять победили. Почти.

У современной экономики есть забавная традиция. Как только инфляция начинает снижаться, мы почти сразу объявляем победу. А потом что-нибудь происходит.
Война. Нефть. Газ. Пошлины. Дефицит. Сбои в поставках. И цены довольно быстро напоминают нам: экономика пресс-релизы не читает.
Сейчас Европа снова сталкивается с инфляцией выше желаемого уровня, а рынок ожидает очередное повышение ставки ЕЦБ. Для обычного человека это звучит скучно. На практике всё гораздо проще: кредит становится дороже, ипотека — дороже, деньги для бизнеса — тоже дороже. И у Центрального банка выбор, мягко говоря, неприятный. Поднять ставку — тормозишь экономику. Не поднять — рискуешь снова разогнать цены.
Поэтому когда политик обещает одновременно дешёвые кредиты, быстрый рост, низкие налоги и отсутствие инфляции, я обычно улыбаюсь.
В экономике почти за всё приходится платить. Вопрос только в том, кто заплатит и когда.
Бесплатных денег не существует. Даже если в предвыборной программе они выглядят очень убедительно.

Почему я не верю во фразу «недвижимость всегда растёт».

Особенно забавно слышать её в Дубае: «Здесь недвижимость всегда растёт».
Нет. Ничто не растёт всегда. Ни акции, ни нефть, ни золото, ни квадратный метр с красивым видом на воду.
У любого рынка есть цикл. Когда цены долго идут вверх, появляется поколение инвесторов, которое просто никогда не видело серьёзного падения. И постепенно рост начинает восприниматься как закон природы.
Тогда люди покупают уже не потому, что объект даёт понятную доходность. А потому что «через год точно будет дороже». Инвестиция начинает превращаться в веру.
Дубай сегодня действительно один из самых интересных рынков мира. Я сам здесь живу и хорошо понимаю его сильные стороны. Но сильный рынок — не значит рынок без риска.
Считать нужно всё: цену входа, аренду, обслуживание, финансирование, ликвидность, объём нового предложения. И задавать себе неприятный вопрос: если через год цена вообще не вырастет, мне всё ещё нравится эта инвестиция?
Если ответ «нет», возможно, вы купили не актив.
Вы купили надежду.

Почему большинство новых бизнесов умирает так быстро?

Потому что открыть компанию гораздо приятнее, чем считать экономику.
Название придумали. Логотип сделали. Instagram красивый. Офис сняли. Команда собралась. Запуск отметили.
Осталась одна мелочь. Клиенты.

Я видел достаточно проектов, где предприниматель прекрасно знает стоимость дивана в офисе, но понятия не имеет, сколько ему стоит привлечение одного клиента. Не знает маржу. Не знает точку безубыточности. Не знает, сколько месяцев компания проживёт без роста. Зато точно знает, какого цвета должна быть упаковка.

Бизнес редко умирает из-за недостаточно красивой идеи. Обычно всё происходит гораздо скучнее.
Просто заканчиваются деньги.

Поэтому перед запуском стоит ответить на несколько вопросов: кто заплатит? Сколько? Почему именно вам? Сколько стоит получить этого клиента? Что останется после всех расходов? И сколько времени у вас есть, если первоначальный план окажется неправильным?

Предпринимательство любит мечтателей.
Но счета почему-то всё равно оплачивает бухгалтерия.

Зачем вам вообще инвестиции?

Сейчас почти каждый стартап мечтает привлечь инвестиции. Иногда ещё до того, как научился привлекать клиентов.
Красивый офис. Pitch deck. Оценка компании. Раунд. Фотография с инвестором. И ощущение, что бизнес состоялся.
Нет.
Инвестиции — это не выручка. Это чужие деньги, которые вам дали в надежде, что вы превратите их в значительно большие деньги. И вместе с капиталом вы получаете ожидания.
Рост. Отчётность. Сроки. И ещё одного человека, у которого теперь есть доля в вашем бизнесе и вопросы к тому, что вы с ним делаете. Поэтому инвестиции нужны не тогда, когда у вас просто закончились деньги. Они нужны тогда, когда вы уже понимаете, куда именно вложить дополнительный капитал и как он ускорит работающую модель.
Если каждый вложенный миллион превращается в два — отлично. Капитал действительно даст скорость.
Если экономика продукта не сходится, инвестиции просто позволят вам совершать те же ошибки на большие суммы.
Деньги ускоряют бизнес.
Плохой, кстати, тоже. Просто в сторону стены.

В какой момент нужно перестать зарабатывать деньги?

В двадцать хочется заработать первые серьёзные деньги. В тридцать — первый миллион. Потом десять. Потом сто.
А дальше что?
Миллиард? Хорошо.
А потом?
Мне кажется, в какой-то момент предпринимателю приходится задать себе вопрос, который гораздо сложнее, чем «как заработать больше?».

Зачем?

Если ответ всегда один — «чтобы стало ещё больше», вы играете в игру, в которой нет финала.
Деньги прекрасны. Они дают свободу, безопасность, образование детям, возможность путешествовать, создавать компании, помогать другим и не зависеть от чужих решений.
Но деньги — очень плохой смысл жизни. Потому что цифра никогда сама не скажет:
«Достаточно». Это должен сделать человек.
Я не считаю, что нужно переставать работать или зарабатывать. Наоборот. Но в какой-то момент деньги должны перестать быть целью и стать инструментом. Для семьи. Для новых идей. Для знаний. Для свободы. Для того, что останется после вас.
Возможно, настоящее богатство начинается не тогда, когда вы можете купить всё. А тогда, когда вам уже важнее, что делать с деньгами, чем сколько их ещё заработать.

«Следующий кризис будет. Я даже знаю когда».

Следующий экономический кризис обязательно произойдёт. Когда? Понятия не имею. И если кто-то уверенно называет вам месяц и год — скорее всего, перед вами либо гений, либо продавец курса.
Экономисты прекрасно объясняют кризисы после того, как они случились. До этого всё гораздо сложнее.
Проблема предпринимателя в другом. Большинство строит бизнес так, будто следующий год обязательно будет нормальным. Доходы вырастут. Клиенты останутся. Кредит продлят. Поставщик не подведёт. Валюта не улетит.
А потом ломается один элемент — и выясняется, что компания была устойчивой только в идеальную погоду.

Для меня сильный бизнес — не тот, который выжал максимум прибыли в хороший год. Сильный бизнес — тот, который способен пережить плохой. Резерв денег. Несколько источников выручки. Отсутствие критической зависимости от
одного клиента. Контроль долгов. План на случай, если всё пойдёт не по плану.
Пессимизм? Нет. Ремень безопасности тоже придумали не потому, что все водители мечтают попасть в аварию.
Просто взрослые люди допускают, что неприятности иногда случаются.

Бедность начинается с желания выглядеть богатым.

Социальные сети создали удивительную экономику. Раньше вы сравнивали себя с соседями. Сегодня — с лучшими десятью секундами жизни миллионов людей.
У одного Lamborghini. У второго вилла. Третий летит первым классом. Четвёртому 24 года, и он уже объясняет вам, почему вы неправильно живёте. И постепенно совершенно нормальная жизнь начинает казаться неудачей.

Человек зарабатывает больше, чем когда-либо зарабатывали его родители, но всё равно чувствует себя бедным. Потому что его потребности растут быстрее доходов.

Самая опасная инфляция иногда вообще не та, которую считает центральный банк. Это инфляция собственных желаний. Вчера вы мечтали о машине. Сегодня машина уже есть, но нужна лучше. Потом квартира. Потом дом. Потом часы. Потом бизнес-класс.
Финиша нет.

Поэтому финансовая свобода начинается не только с вопроса «как больше заработать?». Иногда гораздо полезнее спросить: а сколько мне вообще достаточно?

Человек, который не знает ответа, может однажды стать очень богатым. Но свободным — вряд ли.

Четыре часа геополитики

Глава Finnair недавно назвал ситуацию с рейсами между Европой и Азией «крайне несправедливой». Китайские авиакомпании могут использовать российское воздушное пространство. Finnair — нет.
Раньше маршрут Шанхай — Хельсинки занимал около восьми часов. Теперь Finnair требуется больше двенадцати. Четыре часа кажутся мелочью, пока не переведёшь их в деньги. Это дополнительное топливо. Время экипажа. Более сложное расписание. Меньшая эффективность использования самолёта. В конечном итоге — себестоимость билета и конкурентоспособность перевозчика.
Самолёт тот же. Города те же. Пассажир тот же. Просто у одного перевозчика маршрут короче. Получается довольно наглядный пример того, как геополитика меняет себестоимость одного и того же продукта буквально за одну ночь.
И здесь для меня интересен именно экономический вопрос: если ограничение делает твой собственный бизнес дороже, а конкурент из третьей страны под эти ограничения не попадает, кто в итоге получает преимущество?
Политика может преследовать совершенно определённые цели. Но экономика после этого всё равно посчитает топливо, часы и цену. И иногда результат оказывается совсем не там, где его ожидали увидеть.
Мы долго жили в мире, где бизнес пытался оптимизировать глобальные цепочки почти исключительно по цене и эффективности. Теперь в формулу снова вернулась география. А вместе с ней — политика. И обе стоят денег.

Преподавание быстро лечит от умных слов

Я преподаю много лет и заметил одну полезную вещь. В бизнесе можно довольно долго говорить словами «стратегия», «трансформация», «синергия», «устойчивость» и «корпоративное управление». Все кивают. Презентация выглядит дорого. Иногда даже кажется, что произошло что-то важное.
В аудитории этот трюк живёт до первого студента, который поднимает руку и говорит: «А можно нормально объяснить?»
И тут начинается проверка. Если ты действительно понимаешь тему, сложную вещь обычно можно разложить на понятные причинно-следственные связи. Если не можешь — возможно, ты просто научился красиво произносить термины.

Я видел это и в корпоративной среде. Чем слабее иногда идея, тем больше вокруг неё появляется сложных слов. Простая мысль звучит слишком просто, поэтому её начинают украшать до состояния, когда никто уже не понимает, что конкретно предлагается сделать.

Мне поэтому нравится преподавать до сих пор. Студенту всё равно, сколько у тебя регалий. Если объяснение не работает, он смотрит на тебя именно так, как должен был бы смотреть хороший совет директоров. И периодически задаёт вопрос, после которого приходится переделывать собственную презентацию.

Очень полезно для профессора.
Для руководителя — ещё полезнее.
Если вашу стратегию невозможно объяснить нормальным человеческим языком, я бы сначала проверил стратегию, а уже потом аудиторию.

У искусственного интеллекта появился счёт за электричество

Все обсуждают, сколько рабочих мест заберёт искусственный интеллект. Я бы посмотрел немного ниже — туда, где заканчивается цифровая магия и начинается обычная физика.
ИИ нужны дата-центры. Дата-центрам нужны земля, сети, охлаждение и огромное количество электричества. По оценке IEA, мировое потребление электроэнергии дата-центрами может вырасти примерно с 485 ТВт·ч в 2025 году до 950 ТВт·ч к 2030-му. А потребление дата-центров, ориентированных на AI, за этот период может вырасти более чем втрое.
То есть главный ограничитель следующей технологической революции в какой-то момент может оказаться удивительно старомодным: где взять электричество и как довести его до нужного здания.
Это хороший холодный душ для людей, которые привыкли воспринимать цифровую экономику как что-то почти невесомое. Облако звучит красиво, но за каждым запросом стоят серверы, кабели, генерация, вода для охлаждения, строительство и миллиарды инвестиций в инфраструктуру.

Можно создать великолепную модель, привлечь миллиарды долларов и собрать лучших инженеров мира — а потом обнаружить, что новый дата-центр физически некуда подключить.
Кто первым получит доступ к дешёвой энергии? Где государства разрешат строить новые мощности? Сколько будет стоить подключение? Кто заплатит за модернизацию сетей?

Возможно, следующая большая гонка в AI будет не только за алгоритмы и чипы.
Она будет за мегаватты.

Самые дорогие письма часто приходят в пятницу вечером

Пятница. 18:47.
Финансовый сотрудник получает письмо от руководителя: «Срочно проведи платёж сегодня. Реквизиты изменились. Я на встрече, позвонить не могу». Стиль похож. Подпись правильная. В цепочке есть знакомые имена. Сумма большая, но вполне реалистичная.
Человек устал. Рабочая неделя закончилась минут сорок назад. Платёж уходит.
В понедельник выясняется, что письмо было фишинговым.

Я много занимался вопросами рисков и информационной безопасности и давно понял, что самые дорогие инциденты далеко не всегда требуют гениальных хакеров. Часто достаточно спешки, авторитета начальника и одного сотрудника, которому очень хочется закрыть ноутбук.

Сейчас мошенничество становится ещё неприятнее. Голос можно подделать. Видео можно сгенерировать. Письмо можно написать в стиле конкретного руководителя. И чем больше информации о компании находится в открытом доступе, тем убедительнее выглядит атака. Поэтому скучные правила становятся только важнее. Изменились реквизиты — перезвони по известному номеру. Необычный срочный платёж — получи второе подтверждение. Новый адрес руководителя — потрать две минуты на проверку. Большая сумма — пусть платеж подтвердит ещё один человек.
Да, это раздражает. Особенно когда настоящий генеральный директор действительно торопится и действительно не понимает, почему его заставляют ещё раз подтверждать собственный платёж. Но контроль нужен не тогда, когда всем удобно. Он нужен именно тогда, когда все торопятся.
Такие процедуры ужасно раздражают, когда всё в порядке. После потерянного миллиона они внезапно начинают казаться очень разумными.

Хорошего специалиста легко испортить первым повышением

Есть отличный аналитик. Он быстрее всех считает модели, знает продукт, клиенты его любят, коллеги постоянно приходят к нему за советом. Что делает компания? Правильно. Делает его руководителем. Через полгода у компании посредственный менеджер и больше нет отличного аналитика. Потому что управлять людьми — отдельная профессия. Хорошо делать работу самому и хорошо организовывать работу других — вообще не одно и то же. Руководителю нужно делегировать, давать неприятную обратную связь, нанимать, увольнять, разбирать конфликты, принимать решения при недостатке информации и отвечать уже не только за собственный результат. А сильный специалист может ненавидеть половину этих задач.

Мы почему-то десятилетиями строили карьерные лестницы так, будто единственный способ признать профессионализм человека — дать ему кабинет побольше и несколько подчинённых. В результате люди соглашаются на управление ради денег и статуса, а потом страдают сами и мучают команду.
Иногда правильное повышение выглядит совсем иначе: больше денег, более сложные проекты, влияние на ключевые решения — и ни одного подчинённого.

Не каждый хороший врач должен становиться главным врачом. Не каждый инженер — начальником отдела. Не каждый продавец — директором по продажам.

Кресло руководителя — не медаль за хорошую работу. Это другая работа. И подходит она далеко не всем.

С возрастом мне стало проще говорить «я не знаю»

В начале карьеры кажется, что профессионал обязан знать ответ на всё. Начальник спросил — отвечаешь. Клиент спросил — отвечаешь. На совещании появилась тема, в которой ты разбираешься процентов на двадцать, — всё равно хочется выглядеть уверенно. Потому что фраза «я не знаю» почему-то воспринимается как слабость.
С возрастом начинаешь понимать обратное: иногда это один из самых профессиональных ответов, которые можно дать. Самые дорогие ошибки нередко начинаются с очень уверенного человека, которому стоило сказать: «Я не знаю. Дайте мне два часа проверить».

Мир стал слишком сложным для универсальных экспертов. Финансы, технологии, право, геополитика, логистика — даже внутри одной отрасли невозможно одинаково глубоко понимать всё. А чем выше должность, тем опаснее притворяться всезнающим. Люди и так всё реже готовы спорить с руководителем. Если он ещё и сам уверен, что обязан иметь мгновенный ответ на любой вопрос, вокруг очень быстро формируется дорогая иллюзия компетентности.

Уверенность прекрасно выглядит на совещании. Но фраза «я уточню и вернусь» за мою карьеру сэкономила мне гораздо больше денег, чем несколько очень быстрых ответов.

Мир переполнен экспертами, которые знают, как управлять бизнесом. Особенно чужим.

Проблема в том, что реальные решения принимаются не на конференциях, а там, где на кону деньги, репутация и ответственность.

В The Prime Today вышла статья обо мне, моём подходе к бизнесу, управлению и будущему мировой экономики.

Без волшебных формул успеха. Их не существует.

Зато существует цена ошибки. И платит её всегда тот, кто принимает решение.

Читать статью

Хороший финансовый директор регулярно портит настроение


Продажи выросли на 30%. Новый рынок открыт. Крупный клиент подписал контракт.
Генеральный директор уже мысленно открывает шампанское.
И тут финансовый директор спрашивает: когда клиент заплатит? Какая маржа? Сколько оборотного капитала съест этот рост? Сколько стоит финансирование? Что будет, если платёж задержится на 60 дней?
Шампанское можно убрать обратно.

Финансисту довольно часто приходится портить красивые истории цифрами. И это нормально.
Выручка может расти, пока денег на счёте становится меньше. Большой контракт может оказаться почти бесполезным по марже. Новый рынок способен съесть капитал раньше, чем принесёт первую нормальную прибыль. Особенно опасно это в период быстрого роста. Все заняты успехом, продажи празднуют рекорды, компания нанимает людей — и вдруг выясняется, что рост надо чем-то финансировать.
Бухгалтерская прибыль и деньги на счёте — не одно и то же. Эту простую мысль предприниматели иногда усваивают очень дорого.

В бизнесе очень нужны люди, которые умеют радоваться успеху. Но хотя бы один человек за столом в момент всеобщей эйфории должен открыть Excel и спросить: «А мы на этом вообще зарабатываем?»

Если ваш финансовый директор после каждого совещания оставляет всех исключительно счастливыми — я бы начал волноваться.

Сегодня хочу спросить вас…

Какое карьерное решение сначала казалось вам ошибкой, а потом оказалось одним из лучших?
Увольнение с хорошей должности? Отказ от повышения? Переезд в другую страну? Смена профессии? Собственный бизнес? Решение закрыть проект, в который уже вложено слишком много сил?

Мне всегда интересны именно такие истории. Потому что лучшие решения редко выглядят очевидными в тот момент, когда их принимаешь. Обычно нет красивой таблички «правильный путь». Есть сомнения, потеря привычного статуса, недовольные окружающие и ощущение, что, возможно, ты совершаешь огромную ошибку. А через несколько лет именно этот поворот иногда оказывается главным.
У меня самого было достаточно решений, смысл которых становился понятен значительно позже. Интересно собрать ваши.

Что вы однажды сделали вопреки логике окружающих — и сегодня точно сделали бы снова?
Расскажите в комментариях.