Счастливый ли я писатель?

Фрагмент из стрима №21.

Заходите на мой сайт издательства i-dg.ru, вы можете приобрести мои книги с подписью:

«Бесконечный тупик»
«Глегли»
«Лепорелло»
«Необходимо и достаточно»
«Святочные рассказы»
«Уткоречь»

О кулинарии

Уважаемый Дмитрий Евгеньевич! Вы кажетесь гурманом и, наверное, хорошо разбираетесь в кулинарии. Есть ли у вас какая-то система? Пробуете кухни народов мира или что-то в этом роде?

Мне наследственно досталась от матери неудержимая тяга к еде. Я очень люблю поесть. Моя мама очень хорошо готовила, но вредное. Вредная еда была всегда: пироги, блины, всё это очень жирное. И необычайно вкусное.

И когда мама сама всё это ела, ей уже было за 60, у неё была поджелудочная железа, холецистит и всё это. Просто уже всё. Первое, что сказали, — диету.

И надо отдать должное: сестра с ней живёт и следит за этим. Слава Богу, маме уже сильно за 80. Она отказалась от этой тяжёлой еды, и это настолько было благотворно для организма, как будто она ходила с гигантским рюкзаком, набитым чугунными чушками, сняла его — и всё стало замечательно.

Это традиционно, потому что у неё, у моей матери, предки — булочники. В общем, русская полукупеческая среда: лавочники и так далее. Читайте всю русскую литературу XIX века, особенно когда речь идёт о быте купечества. Там 50% — про еду.

Про напитки, на самом деле, не очень. Про секс — тоже как-то… Если пишут, то какая-то гадость получается, вроде Куприна или Горького. Бред какой-то. А вот поесть — очень. И читаешь, и прямо вот оно: караси в сметане. Замечательно. Такая культура питания.

Но никакой культуры в смысле личного приготовления еды, каких-то кунштюков, связанных с французской или итальянской кухней, тем более с сомелье, — ничего этого нет. Но это могло быть. При других условиях, конечно, могло.

И я в еде очень неприхотлив. Я могу вообще ничего не есть неделю. Но поесть очень люблю. И у меня в этом смысле старший сын в детстве был малоежкой, но потом вроде разъелся, нормально.

Средний очень похож на меня в смысле темперамента и каких-то литературных способностей. Вы видели, он, в общем, литератор. Но поесть — он что-то ковыряет, это с большим трудом.

А вот младший, Дениска… Всегда. И вот уже ночью он обязательно возьмёт хлебушек, ещё хлебушек поест.

И он внешне похож на моего дядю со стороны матери, младшего дядю. Он был хороший человек и очень любил поесть. Такой был плотный. И Дениска внешне на него похож.

Фрагмент стрима №26 «Дмитрий Евгеньевич: Слишком ранние предтечи слишком медленной весны» на ютубе, vk-видео и rutube.

Соловьевские фрагменты «Бесконечного тупика». Примечание 815

815. Примечание к прим. №802
И тут бы чуть-чуть подправить.

Сам Достоевский, увы, был на это совершенно неспособен. Ему не хватало ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО злорадства (прим. 827), и он тут же, повторяя идиотские сентенции славянофилов и предвосхищая уже менее невинные силлогизмы Соловьёва, завёл писательскую ахинею:

Но, однако, в чём выгода России? Выгода России именно, коли надо, пойти даже и на явную невыгоду, на явную жертву, лишь бы не нарушать справедливости … Эта идея есть, между прочим, и всеединение славян (прим. 846), но всеединение это — не захват и не насилия, а ради всеслужения человечеству … назначение и роль эти не похожи на таковые же у других народов, ибо там каждая народная личность живёт единственно для себя и в себя, а мы начнём теперь, когда пришло время, именно с того, что станем всем слугами, для всеобщего примирения. И это вовсе не позорно, напротив, в этом величие наше, потому что всё это ведёт к окончательному единению человечества

Некий профан узрел сквозь покров сокровенной тайны свет шестиконечной звезды. Весьма похвально. Незримо поприветствуем его, но не будем вводить в храм сей и сажать за братский стол наш, ибо узрел свет не по предначертанию Великого Архитектора, а самовольно. Он слышал, но не уразумел, произнёс, но не сказал. Полагаем также, хоть и есть в его словах свет истины, но не пристало даже и нам, российским братьям, указывать старшим на путь их. По ничтожеству и смиренному скудоумию нашему полагаем, что Франция и Англия должны возжечь семисвечник всечеловечества и принести себя в очистительную жертву вселенскому братству. А мы взойдём токмо по стопам доблестных братьев наших, ибо есть время для старшего и есть время для младшего…

Надеюсь, слишком ещё юные, но трудолюбивые и искренние русские братья изыщут в конце концов средства для достаточного и необидного отблагодарения Всемирного Братства за Великую Революцию, столь радостно принятую скромным и простым народом нашим. Мы помним, кто есть кто, и отнюдь не в бесплодных спорах с нашими, пускай и гениальными писателями, но не посвящёнными в Тайны, проводить время будем. Готовьтесь к весёлому времени и обильной жатве. Будут на пире том течь вино и звучать заздравные речи.

#Соловьевскиефрагменты

Что необходимо знать о Пушкине. Филологическая избыточность "Онегина"

Есть в «Онегине» и нечто иное. Иначе бы русскую культуру гнуло и ломило в Хорватию или Польшу. Это «иное» — то качество, на которое я обратил внимание, говоря о структуре пушкинского «Памятника»: ФИЛОЛОГИЧЕСКАЯ ИЗБЫТОЧНОСТЬ.

Уже первые строчки «Евгения Онегина» для полного понимания требуют комментариев на несколько страниц.

«Мой дядя самых честных правил,
Когда не в шутку занемог,
Он уважать себя заставил
И лучше выдумать не мог».

Первая строчка — это скрытая цитата из басни Крылова «Осёл и мужик»: «Осёл был самых честных правил». Осёл, нанятый сторожить капусту в огороде, её не тронул, но гоняя ворон, передавил копытами. То есть дядя честный дурак, простак.

(Иногда считается, что выражение «уважать себя заставил» это не только галлицизм, но и эвфемизм, означающий кончину: «заставил всех встать», «заставил снять шляпу», «заставил почтить свою память». Это неверно, так как в конце главы прямо указывается на то, что Онегин едет к умирающему, но ещё не умершему родственнику.)

Кроме того, целиком четверостишие является прямым подражанием первой главе «Дон Жуана», где говорится о дяде главного героя:

«Покойный дон Хосе был славный малый...»

«Он умер, не оставив завещанья,
И стал Жуан наследником всего...»

Начало «Евгения Онегина» закавычено, это передача даже не слов, а мыслей главного героя:

«Так думал молодой повеса,
Летя в пыли на почтовых,
Всевышней волею Зевеса
Наследник всех своих родных».

Но странное дело, если не знать филологического контекста первого четверостишия, оно будет, конечно, прочитано неправильно, но это всё равно не скажется на общем смысле.

Если знать контекст, Пушкин написал: «Евгений считает, что его дядя прямодушный дурак, по-дурацки (то есть внезапно) заболевший смертельной болезнью и давший надежду на скорое получение наследства».

Если контекста не знать, то написано следующее: «Евгений считает дядю высоконравственным человеком, требующим таких же высоких качеств от родственников и заставляющий их заботиться о своём здоровье».

Продолжение строфы всё ставит на свои места и в том, и в другом случае:

«Его пример другим наука;
Но, боже мой, какая скука
С больным сидеть и день и ночь,
Не отходя ни шагу прочь!
Какое низкое коварство
Полуживого забавлять,
Ему подушки поправлять,
Печально подносить лекарство,
Вздыхать и думать про себя:
Когда же чёрт возьмёт тебя!»

И «плохой дядя» и «хороший дядя» одинаково бесят племянника.

Первая строфа «Евгения Онегина» подражает стихам Байрона, но одновременно опирается на национальную традицию (ещё весьма тщедушную). Она также двусмысленна, но эта двусмысленность щадит невнимательного читателя.

В подобном ключе написана вся поэма. Комментарии (под- чёркнуто неполные) Набокова к этому произведению составили тысячу страниц. Это произведение сложное и очень продуманное. Сны и предсказания Татьяны предугадывают дальнейшее развитие сюжета, сцена убийства Ленского и последней встречи Онегина с Татьяной происходят как бы во сне (в параллельной реальности). Твёрдое «нет» Татьяны выглядит вовсе не таким твёрдым, как это кажется и, конечно, в целом «Онегин» является таким же сверхлитературным произведением, как «Дон Кихот» Сервантеса, весь построенный на аллюзиях к огромному пласту рыцарских романов. В данном случае это любовные романы XVIII — начала XIX века.

Пушкинские фрагменты книги "Необходимо и достаточно".

#Пушкинскиефрагменты #Пушкин #Необходимоидостаточно

Античная литература – подлинна, ложно ее «обретение»

Как забыли и как затем нашли в XVI веке античную литературу, если её не теряли? То есть как это механически было устроено? Если тексты никогда не теряли, почему публика XVI века приняла фальсификацию?

А ничего она не приняла. Вы ничего не знаете о публике XVI века. Вы знаете эпоху с 1650 года. И всё. Может быть, что-то где-то с 1600-го.

А что было в XVI веке и в XV-м — там было всё совершенно другое. И всё это, Браччолини и так далее, — более поздние выдумки. Обретение античных текстов — это более поздние выдумки.

Какие-то античные тексты находили, их было довольно мало. Но время от времени находили. Там надо очень внимательно смотреть, что конкретно нашли.

А основной корпус — это то, что не находили, потому что это и не теряли.

Фрагмент стрима №26 «Дмитрий Евгеньевич: Слишком ранние предтечи слишком медленной весны» на ютубе, vk-видео и rutube.

Справедливость

Правда ли, что с математической точностью за любое прегрешение будет наказание? Весы получаются: украдёшь — и так же тебя накажут. Это и есть метафизика?

Это как раз вопрос таких схоластических споров начала XVII века, конца XVI века. Всё это было интересно, внове. Сейчас по этому поводу столько всего написано за эти столетия, что ничего добавить я не могу.

У каждого человека есть внутри какой-то метроном, нравственный закон и представление о том, что можно делать, а чего делать нельзя. И, к счастью, большинство преступников понимают, что они преступники, и осознают это. Поэтому преступников, как правило, очень легко ловить. Большинство преступлений раскрывается мгновенно. Таких первичных преступлений: побои, убийство, воровство.

И потом профессиональные следователи удивляются: «Ну а что, идиот, пырнул ножом и лёг спать, оставив следы везде? Соседи крики слышали. Как так вообще? Почему?» Ну, он такой идиот. Кроме того, что часто действительно это люди, мягко выражаясь, недалёкие и просто дебилы, у него есть какой-то внутренний бессознательный центр, который позволяет регулировать поведение этого организма.

И он засыпает с какой целью? Чтобы его разбудили и повели в тюрьму или на эшафот. Он сам считает, что заслужил это. Со всеми исключениями. Вот как раз этому учат шпионов, настоящих классических шпионов. Их учат совершать преступления и при этом не разрушаться. Есть какая-то мотивация для этого, и подбирают людей с недостатком эмпатии и так далее.

К сожалению, в реальности преступление часто остаётся ненаказанным. Можно сказать, что чудовищные преступления всех этих Зиновьевых, Бухариных, Каменевых и прочих деятелей были отомщены в 1937 году. Они сами испытали все эти страдания. Там всё как по нотам: вплоть до того, что их обвиняли в чём? Их обвиняли именно в том, в чём они до этого обвинили несчастных людей: сотни тысяч и миллионы. То есть подходили к человеку и говорили: «У тебя высшее образование, ты по специальности юрист».

Он говорит: «И что?»

«Сейчас тебя расстреляем».

«А за что?»

«А вот за это и расстреляем».

И точно так же пришли к Бухарину и сказали: «Ты член Политбюро. Мы тебя сейчас расстреляем».

Он говорит: «А за что?»

«А вот за это и расстреляем».

При этом они могли придумать что-то связное, более-менее правдоподобное. Почему нет? Но они специально лепили от фонаря, чтобы все понимали, что это просто издевательство.

Сказали, например, что человек — немецкий шпион. Ну, немецкий шпион — ладно. А говорят: немецко-японско-английский агент, завербован, он был в Уругвае и так далее.

При этом откуда взяли? Ни фактов, ничего. Его били, он подписал, и его расстреляли. И в этом смысле это вроде бы высшая справедливость: Бог покарал. И так думал, кстати, Михаил Булгаков. Конечно, Воланд и все эти отрезанные головы вокруг него — это вот об этом.

И сам Сталин тоже: либо его подмели в 1937 году, как остальных, либо в 1953-м ему тоже сильно помогли.

Но, с другой стороны, смотрите: Молотов, Каганович, Маленков. Те же самые люди, ответственные за все эти преступления, были в самом центре. Они не то что по локоть, а просто в кровавых ваннах.

Дожили до 98 лет, умерли, окружённые внуками, правнуками, в своей квартире. Немножко их отстранили, немножко пожурили, но это несерьёзно.

Поэтому в реальности, к сожалению… Можно, конечно, себя утешать, что на том свете им воздалось. Но мир как-то несовершенен. В целом, мне кажется, всё-таки так: 35 на 65 — воздаётся. И чем грубее прегрешения, тем больше. Потому что все эти люди, которые выжили, все эти Молотовы, испытывали ужас, чудовищный страх. Они делали какие-то поступки, понимая, что это поступки негодяйские.

А огромное количество таких людей просто умерло страшно. Бухарин, например. Чудовищно. Так что можно сказать, что Бог в целом действительно карает.

Фрагмент стрима №26 «Дмитрий Евгеньевич: Слишком ранние предтечи слишком медленной весны» на ютубе, vk-видео и rutube.

Соловьевские фрагменты «Бесконечного тупика». Примечание 820

820. Примечание к прим. №723
Почему Розанов был столь увлечён темой секса

Собственно то же самое, но под несколько иным углом. Ещё в 90-х годах в работе «Красота в природе и её смысл», написанной по поводу эстетических воззрений Соловьёва, Розанов дал блестящую и исчерпывающую характеристику гениальной личности. То есть — себя. От разлетающейся асимметрии лица гения до выморочности его рода, или совсем пресекающегося или выбивающегося в женскую и бесплодную линию. Гения — ненавидят современники, забывает следующее поколение и вспоминают лишь потомки, но уже не как личность, ибо человек мёртв, а как совокупность идей, давящих индивидуальность новой генерации, загоняющих невысокую поросль самостоятельной мысли в громадный ствол. Но несомненно, что, по крайней мере полуосознанно, Розанов во вдохновенных строках об обречённом одиночестве гения говорил о себе. «О понимании» мог писать только человек с настроем гения. Отказ от этого труда вовсе не следствие внешнего неуспеха (когда же МЫСЛИТЕЛЯ он останавливал?), а интуитивный ужас перед заурядной гениальной судьбой, перед одиноким младенческим плачем среди звёзд… И в этом аспекте обращение Розанова к эротике, и даже просто к тяжёлому животному сексу, все эти писания о физиологической эстетике гениталий, есть гениальный ход конём. То есть программа стать СВЕРХГЕНИЕМ. Изменить свой рок нельзя, но наверное можно дополнить, изогнуть. И тогда исключительные преимущества осуществлённой гениальности (трагическое величие) будут дополнены радостями простой земной жизни. Жёнушкой, детишками, солнышком. И действительно, удалось. В конце крах, смерть, которой всегда, с ранних лет захвачен лунный гений, но в известный момент Розанову удалось создать почти полную иллюзию счастливого обывательского быта. Но зато рок неумолим, и оттянутая тетива бьёт по рукам — в конце исчезло всё. Сама страна на глазах умирающего Розанова исчезла.

#Соловьевскиефрагменты

Что необходимо знать о Пушкине. "Евгений Онегин" — дьявольская шкатулка

С точки зрения литературоведа, «Евгений Онегин» представляет собой немыслимый синтез заимствований и оригинальности. Это дьявольская шкатулка...

«Евгений Онегин» создаёт иллюзию огромной литератур- ной традиции. Начав с ЭТОЙ отправной точки, русские КАК БЫ начали свою серьёзную литературу не с начала XIX века, а как минимум на сто лет раньше. Пушкин уничтожил культурную фору европейцев. Тогда как реальная традиция, — а «традиция» это прежде всего живая ткань литературной полемики, — возникла уже после смерти Пушкина.

Благодаря этому странному обстоятельству, русская культура оказывается автономной (закольцованной). Она может расти сама из себя. В начале ХХ века её смахнули с планеты, в конце ХХ исчезли и крошки — как будто не было. Что изменилось в мире? Ничего. В вечности всё, что было русского, конечно, осталось. А вот живая жизнь...

А что было бы, если бы в 1917 с планеты смахнули всю западную цивилизацию?

Пушкинские фрагменты книги "Необходимо и достаточно".

#Пушкинскиефрагменты #Пушкин #Необходимоидостаточно

Не для слабонервных

Каким образом имя римлян досталось Румынии и цыганам?

Это, на самом деле, вопрос очень простой и одновременно очень сложный.

Дело в том, что, по всей видимости, первичный текст Библии — это текст цыган. Это цыганские сказки, которые в начале изобретения книгопечатания были иллюстрированы — комиксы, «Том и Джерри», — опубликованы и пользовались большой популярностью.

Их распространяли сами цыгане по ярмаркам и так далее. Потом это суммировали, прошили, сделали Библию.

Если вы посмотрите все основные легенды Библии, они поражают своей глупостью, бессмысленностью. И эта религия — это всё истории кочевого народа, скотовода либо просто такого скитальца, который существует в таборе.

И происхождение самого слова «цыгане» — от греческого слова, которое означает «неприкасаемые». То есть калька с хинди.

С другой стороны, цыгане — это gypsy, то есть египтяне. Большинство народов Европы называют их египтянами. А некоторые народы, например французы, называют их чехами, то есть богемцами.

Действительно, их много в Богемии и Моравии. Но, с другой стороны, Богемия — это же просто «божья страна», «божий народ» по-русски. Готы.

По этому поводу можно много чего говорить, но лучше говорить на Boosty или Patreon, потому что люди обижаются, кричат, у кого-то кондрашка и так далее.

Кстати, в Румынии есть концепция, одна из новохронологических, которая как раз говорит о том, что евреи украли Библию у цыган. Там есть учёные, они это доказывают более-менее правдоподобно.

Естественно, на достаточно низком уровне, чтобы люди не решили, что это правда.

И я в своё время написал святочный рассказ «Третье нашествие марсиан».

Фрагмент стрима №26 «Дмитрий Евгеньевич: Слишком ранние предтечи слишком медленной весны» на ютубе, vk-видео и rutube.

Зачем читать бред «Уткоречи»?

Фрагмент из стрима №75.

Заходите на мой сайт издательства i-dg.ru, вы можете приобрести мои книги с подписью:

«Бесконечный тупик»
«Глегли»
«Лепорелло»
«Необходимо и достаточно»
«Святочные рассказы»
«Уткоречь»

Истоки утиного движения и его будущее (начало)

Как вы пришли к идее Утиного движения как пародийной организации? Вдохновлялись «Арзамасом» или «Всешутейшим и всепьянейшим собором»? Или же вдохновлялись другими источниками?

Существует несколько причин. Это возникло постепенно и очень давно. Потому что Утиное движение — это самый конец 90-х годов, а ещё в 80-х были «Динамические шашки». Я думаю, это связано с тем, что по своей природе, по своему характеру я человек, как сейчас понимаю, глубоко артистический. И артистический не в смысле «хороший, замечательный, у него артистизм», а просто это склад характера. И, если хотите, сигнальной системы. Это человек, который схватывает на ходу, который может пародировать других людей или не пародировать, а проникать в их сущность, всерьёз смотреть на мир их глазами и поэтому предсказывать их поведение. И которому очень нравится всё связанное с театром, кино и жизнью актёров.

И в этом смысле, конечно, это такая тоска по неправильно прожитой молодости, неправильно прожитой жизни. Потому что Утиное движение на самом деле так до конца полностью и не создано. Это некоторые фрагменты, некоторые намётки.

И почему оно не создано? Уже, конечно, я старею. Но ещё это связано с тем, что, может быть, мне не удалось объединить вокруг себя какое-то количество людей, которые были бы в центре. Хотя я пытался это делать, но как-то всё угасало.

Был такой Роман Жильцов. Он играл большую роль в Утином движении. И я почему старался поставить его в центр? Потому что он был артистичным человеком. У него внешность актёра. Он ещё в школе ходил в школьный театр, который вела такая энтузиастка, режиссёр. И весь его круг общения в значительной степени — жена его и так далее — это люди из этого театра.

Но когда Утиное движение стало развиваться уже на уровне социальной структуры, имеющей финансирование, штат и так далее, там всё очень быстро стало цементироваться в сторону какого-то офиса, конторы. И оттуда ушёл этот дух, которого там, собственно, и не было: я пытался его сделать. Дух импровизации, шутки, карнавала в хорошем смысле этого слова.

Фрагмент стрима №26 «Дмитрий Евгеньевич: Слишком ранние предтечи слишком медленной весны» на ютубе, vk-видео и rutube.

Истоки утиного движения и его будущее (окончание)

Когда люди — такая труппа, понимаете? Но этого не случилось. И это, конечно, уже не моя вина, а вина эпохи и конкретных людей, которые стали собираться вокруг. Может быть, они в чём-то не понимали мой характер и моё отношение к жизни. Может быть, были ещё какие-то причины.

Но получилось именно так. Где нужно было действовать шутливо, они действовали слишком серьёзно. Где нужно было действовать серьёзно и полностью выкладываться, им казалось, что это неважно, неинтересно.

И что сформировало мою личность? Огромное значение имела периодика: детская, юношеская, рассчитанная на студентов, на интеллигенцию. Это научно-популярные журналы: «Пионер», потом «Техника — молодёжи», «Знание — сила», «Наука и жизнь», «Вокруг света». Оттуда я черпал. Как ручейник, создавал вокруг себя мир из обрывков всего этого.

И в этом смысле я чем-то напоминал Фурье. Фурье так же читал научно-популярные журналы, создал вокруг себя мир и потом, как шизофреник, в этом мире жил. Но я не был шизофреником, поэтому вышел из этого детского кокона, когда вырос. Но он где-то внутри остался.

И другой мир — это мир кинофильмов, постановок, спектаклей через телевидение. В дальнейшем я понял, какое гигантское значение для меня имела, например, постановка, точнее возобновление постановки «Принцессы Турандот», где играли Лановой, Борисова. Она была сделана в виде такого импровизейшена, капустника, но это не был капустник.

Там существует очень сложная структура, система, и я об этом, может быть, когда-нибудь расскажу. Это была вся идея Вахтангова и так далее. Там идея театра в театре и в театре. То есть, с одной стороны, это итальянский театр, комедия дель арте. С другой стороны, это пьеса, которая изображает современных актёров, играющих в комедию дель арте, и они изображают какие-то внутренние конфликты между ними в труппе. И есть ещё второй, третий уровень.

Конечно, я в детстве ничего этого не понимал. Но само это произведение — как люди там двигались, как они шутили, как разговаривали — произвело колоссальное впечатление.

Я помню: поздний вечер, отец где-то пьянствует, его дома нет, и непонятно, придёт ли он сам или его принесут с разбитой головой. Мать тоже чем-то занимается после работы, непонятно чем, любовник там. Сестра маленькая, я её накормил, уложил спать.

И вот маленький телевизор КВН. Я смотрю. И это и есть мир, понимаете? Мир настоящий. А всё вокруг — иллюзорно. И вот образ Панталоне. Я ходил в школе, изображал этого старика Панталоне: «Здравствуйте, ребята, да, да, да…» И все эти истории. И первое ощущение женского образа и любви — Турандот и так далее — связано ещё и с более ранним образом отца.

Я тогда ещё не знал про это, но он всё время играл «Вальс принцессы Турандот» на расчёске. И эта музыка — музыка моего детства.

И жизнь — это жизнь такой труппой, понимаете? Организация пространства вокруг себя в виде театрального. Вот это, наверное, и есть основа Утиного движения. Оно могло развиваться иначе, могло быть не привязано к компьютерным играм. Конечно, компьютерные игры дали ещё какую-то новую основу и так далее.

И, может быть, я всё бы это и сделал. Но когда возникла возможность, было уже поздновато по возрасту. Это, конечно, 1991–1992 год. Когда я был ещё довольно молод, и мир изменялся. И я мог бы этот мир под себя переформатировать, несмотря ни на что.

Но у меня не было для этого возможности. У меня были большие социальные грузила, связанные с несчастной личной жизнью, с последствиями мезальянса родителей, которые были убийственно разными людьми.

Но благодаря этому я и появился — такой странный человек. Потому что я взял очень много от матери, взял от отца, взял хорошее. И это соединилось, и получилось всё хорошо. Но с грузом.

Я человек с большим грузом.

Фрагмент стрима №26 «Дмитрий Евгеньевич: Слишком ранние предтечи слишком медленной весны» на ютубе, vk-видео и rutube.

Соловьевские фрагменты «Бесконечного тупика». Примечание 824

824. Примечание к прим. №733
Критика отвлечённых начал кончилась уже абсолютным отвлечением: третьей частью, которой не было.

Количественный символ «несбывания» философии Соловьёва легко перерастает в символ качественный, если рассматривать этого мыслителя в контексте его иудаизма. Пародийную аналогию соловьёвству можно найти в судьбе еврея Венгерова. Ещё в юности Венгеров задумал создать всеобъемлющий «Критико-биографический словарь русских писателей и учёных». По расчётам, издание должно было занимать томов 12. Однако издав к 50-ти годам 6 томов, охватывающих только первые две с половиной буквы, Семён Афанасьевич, чтобы поправить положение, стал выпускать «Источники словаря русских писателей». Вышло этих «Источников» 4 тома, от «А» до «Н». Видя, что и это издание непоправимо разрастается во времени и пространстве, Венгеров попытался издать ещё более краткий вариант словаря, а именно «Предварительный список русских писателей и учёных и первые о них справки». Венгеров издал два тома, от «А» до «Н». Перед смертью успел подготовить к изданию третий. Предпоследний.

Это очень характерная еврейская черта: собственная дематериализация, растворение себя в ничтожество по сравнению с материалом. Абсолютное восхищение сокровищами реальности и разевание хобота до разрыва в ничто. Захлёбывание сокровищами. То же расширение заворожило евреев в западноевропейской философии (при этом законченность арийской мысли осталась незамеченной). Заворожила возможность растворения грязи в абстрактном пространстве ценностей.

Греция — это благородство без совести, без раскаяния. Иудея — совесть без благородства. (Из этого синтеза возникло христианство. Нежный, благородный, но слабый запах розового масла был зафиксирован аммиаком совести.) Для еврея ценностные категории как таковые лишены смысла. Все ценности, их иерархия (иерархия блага) заменяются одной ценностью — ценностью ценности, то есть ценой. Евреизация мира есть его экономизация. Макс Вебер в своей «Протестантской этике» выявил глубокую связь протестантизма и иудаизма. Отличие протестанта Гегеля от еврейской философии в его замкнутости, согласованной законченности.

Философия Нового времени это, как прочно и не раз сказано, «эпоха введений». Куда-то всё вводят, а куда — неясно. Потерпи, сейчас интересно будет. И тянется, тянется томами спинозистско-лейбницианско-гегелевская тягомотина. Это ничего, это песок и камни вместо нежных слов, зато в конце пустыни обетованная земля познания. Такой еврейский бутерброд — гигантский ломоть хлеба, а на конце нежно розовеющий на сером фоне крохотный пятачок колбаски. И ешь, ешь пресные сантиметры, чтобы добраться до источающей аромат приманки. Рот забивает мучнистой мацой, а в глазах кружится ностальгической утёсовской пластинкой приближающееся колёсико. Но пока добрался до конца, есть-то уже и не хочется. Пора помирать. А колбаску «в наследство». И снова всё повторяется… Вроде бы есть философия, а по-настоящему и нет её (прим. 858).

Отличие арийской философии от спинозизма, повторяю, в законченности этого процесса и, следовательно, в трагизме. Спиноза — юноша, оптимист. Самый «оптимистичный» из арийцев — Лейбниц — глубокий старик.

С другой стороны, тяга к введениям — это наследие западно-христианской доктрины. Наука — служанка философии, а философия — служанка теологии. Философия заменилась филотеизмом. Философия — вводная часть к теологии. Предисловие к религии, введение в религию. То есть, после кризиса религии, предисловие и введение в ничто.

Может быть, необходим переход от средневекового дуализма к дуализму «пост-нововековому». Солнце Средневековья — христианство, ночь — карнавал. А будет: солнце — античность; и ночь, в подсознании, — христианство. Христианство требует умолчания, как элевсинские мистерии. И это глубже, это более прочная религиозность, чем дневная, словесная.

#Соловьевскиефрагменты

Что необходимо знать о Пушкине. Зачем читать "Онегина"

А что было бы, если бы в 1917 с планеты смахнули всю западную цивилизацию? А тоже ничего — русским хватило бы себя, чтобы существовать дальше. Никакого вырождения бы не было. Даже на уничтожение после 1917 русским потребовалось три поколения унижений и убийств — чтобы окончательно заткнулись.

Подобная полнота и автономность уже содержится в Пушкине (конечно, в потенциальном виде). Кстати, некоторые сегменты его мира так дальше и не развернулись, усохнув.

В заключение этой главы я бы посоветовал прочитать «Евгения Онегина» тем, кто его не читал во взрослом возрасте или не выучил в детстве хотя бы несколько строф.

Во-первых, вы увидите тот язык, на котором говорите, в его девственной чистоте. Этот язык создал Пушкин, а «Евгений Онегин» главное произведение поэта и произведение в максимальной степени послужившее основой современной русской лексики.

Во-вторых, — особенно это касается людей, склонных к ин- теллектуальным абстракциям, — вы увидите, насколько легко и насколько совершенно на нашем языке можно говорить двух- трёх- и даже четырёхсмысленности, раскрывающиеся постепенно, а может быть и никогда, но при этом не нарушающие общего хода мысли.

Сравнивая Лафонтена (баснописца, а не прозаика) с Крыловым, Пушкин заметил, что при том, что, конечно, Крылов знаменитому французу подражает, между ними есть существенная разница. Лафонтен, как и все французы, простодушен (прямодушен, ясен), а Крылов, как все русские, имеет «весёлое лукавство ума».
Или, как грубо сказал семинарист Ключевский, и великороссы и украинцы обманщики. Только украинцы притворяются умными, а русские — дураками.
В конце концов первый выпуск александровского Лицея дал двух великих людей: великого поэта Александра Пушкина и великого дипломата Александра Горчакова.


Пушкинские фрагменты книги "Необходимо и достаточно".

#Пушкинскиефрагменты #Пушкин #Необходимоидостаточно

Проблема идентичности ключ ко многим вопросам

ЛГБТ в наше время заводят семьи и детей. Как вы к этому относитесь?

Я отношусь к этому нормально. Я считаю, просто должна быть сегрегация. В чём проблема Южно-Африканской Республики? В том, что там сегрегация не была проведена в достаточной степени. Она была, но им не хватило для этого военных сил, средств и, может быть, понимания проблемы. Чёрные — замечательные люди, хорошие, они в чём-то гораздо лучше нас и так далее. Но они должны жить отдельно. Страна большая — миллион квадратных километров, — они должны жить отдельно.

И это связано с непониманием того, что такое государство. По этому поводу Клетчатый у нас готовит курс лекций, посвящённый исторической демографии. Люди не понимают, что такое государство. Они отождествляют государство с территорией. А это неправильно.

Государство — это прежде всего население. Поэтому если мы возьмём Аргентину и Австралию, а потом всех аргентинцев по мановению волшебной палочки переселим в Австралию, а всех австралийцев — в Аргентину, то Австралия будет Аргентиной, а Аргентина будет Австралией.

Там будут выходить те же газеты, журналы, там будет та же культура, и ничего не изменится. При этом, конечно, со временем географический фактор очень важен: он влияет, меняет психику людей и так далее. Но это столетия.

Сильно, допустим, природа в Австралии изменила англичан? Или она изменила их в Канаде? В очень незначительной степени. Что-то, конечно, есть, но мало. Хотя страны совершенно разные. Они сильно отличаются друг от друга и сильно отличаются от метрополии. Поэтому прежде всего — население.

И в чём казус ЛГБТ?

В том, что педерасты не хотят понять, что они педерасты, а есть не педерасты. Другие люди, понимаете?

Другие люди это поняли и сказали: ребята, живите, замечательно. Вы сами педерасты, никто не против. А они пытаются превратить обычных людей в педерастов.

Зачем? У вас есть — живите прекрасно.

Это другой тип личности, другой биологический вид. Потому что что такое биологический вид? Биологический вид в значительной степени — это система фольклора, даже довербальной информации, связанной с жизнеобеспечением, которая передаётся животным.

И, как сказали в своё время, человек есть то, что он ест. Относительно человека это не совсем так, а относительно животного — так оно и есть. Может ли волк быть травоядным животным? Не есть мясо. Может. Пожалуйста. Есть хищники — травоядные. Есть, например, обезьяны, которые вообще не едят мяса.

Конечно, если брать непосредственно волка, он погибнет и так далее. Но если взять популяцию в целом, то один-два приспособятся, будут есть морковку, какие-то орехи и постепенно прокакаются, прочухаются. И за 10 тысяч лет они будут травоядными волками. Но это уже не будут волки. У них будут другие инстинкты, другое отношение к жизни.

Половой инстинкт — базисный для Homo sapiens. Он направлен у самцов на самок, а у самок — на самцов. Если самки с самками и самцы с самцами, то это не вид Homo sapiens. Это другой вид разумных существ. Они могут быть лучше, замечательнее, чем Homo sapiens, но им нужно оставить Homo sapiens в покое: не издеваться над ними, не угнетать их и так далее.

Я в своё время придумал и озвучил такой термин: сиблинги. Они могут и семьи заводить, и детей, и так далее. Но это не значит, что это хорошо или плохо. Вот волк ест мясо — это хорошо или плохо? Он волк, понимаете. Он ест мясо. Божья тварь. Может не есть в принципе, но не будет. Он будет лучше, хуже? Он просто будет другим существом.

Фрагмент стрима №26 «Дмитрий Евгеньевич: Слишком ранние предтечи слишком медленной весны» на ютубе, vk-видео и rutube.

В чем величие Булгакова?

Прочитать анализ Булгакова можно в книжке «Необходимо и достаточно».

Заходите на мой сайт издательства i-dg.ru, вы можете приобрести мои книги с подписью:

«Бесконечный тупик»
«Глегли»
«Лепорелло»
«Необходимо и достаточно»
«Святочные рассказы»
«Уткоречь»

Писатели не народ, народ не писатели

Если Толстого раскрутили англичане, то Чехов и Достоевский — тоже их дело? Они тоже предатели?

Не знаю, где вы решили, что Толстого раскрутили англичане и так далее. Это великий русский национальный писатель, так же как Чехов и Достоевский.

Относительно Достоевского — там тоже англичане поучаствовали. Потому что они в конце XIX — начале XX века стали развивать идею, что русские — сумасшедшие. Действительно, у них есть хорошие писатели, есть какая-то своя самобытная культура, есть какие-то успехи, но они сумасшедшие, все больны эпилепсией, склонны к криминальному поведению и так далее. И вот Достоевский «выразил русский национальный характер».

Достоевский никакого отношения к русскому национальному характеру не имеет.

Он имеет абсолютное отношение к высшему развитию русской культуры. Это штучный товар, совершенно никак не выражающий расовый, социальный тип. Так же как Набоков. Вот про Набокова можно сказать: русские, мол, педофилы, это известно — «Лолита», что же мы, не понимаем?

То же самое касается Чехова и Толстого. Это всё штучный товар. Но товар такой, который «по плодам их узнаете их». Эти плоды растут на растении и являются в данном случае его сущностью. При этом растение совершенно не похоже на плод: допустим, розовый куст не похож на розу. Но они, естественно, связаны друг с другом самым непосредственным образом.

Толстой — это человек, который решил заниматься политической деятельностью в зрелый период и решил стать писателем международного уровня тогда, когда русские ещё только выходили на международную арену и только начинали представлять интерес как великая переводная литература для других языков.

И он сказал: «Я сделаю всё, что хотите, всё: голый, буду кувыркаться через голову, я очень хочу. Хочу, хочу, хочу!» Ну, он своё получил.

И Розанов по этому поводу иронизировал. Он говорил, что Толстой стал великим русским писателем и сказал: «Мало, хочу быть Буддой и Шопенгауэром». «Буддой и Шопенгауэром» — это Розанов по цензурным условиям немного смягчил. На самом деле: «Я хочу быть Иисусом Христом, Богом, Аполлоном».

И что в результате стало? Подхожу к киоску, там продаются фотографии: Толстой сидит, Толстой стоит, Толстой в лаптях, Толстой в рубахе, Толстой с Горьким, Толстой без Горького. Пачка продаётся за 20 копеек.

Вот этого человек и добился.

Фрагмент стрима №26 «Дмитрий Евгеньевич: Слишком ранние предтечи слишком медленной весны» на ютубе, vk-видео и rutube.

Соловьевские фрагменты «Бесконечного тупика». Примечание 850

850. Примечание к прим. №844
Умные рассуждения оказались расслабленным дегенеративным лепетом, а фарс — сбылся.

Соловьёв в «Теоретической философии» следующим образом иллюстрировал «от противного» ход своей мысли:

Но, следуя методическому сомнению, я должен ведь допустить нечто большее, — не только то, что я родился не в Москве и т. д., а ещё и то, что самой Москвы вовсе нет в действительности, что этот город со всеми улицами и церквями в ней, а равно и всё сословие священников и даже самый чин крещения — всё это существует только в моём сновидении, которое может сейчас же исчезнуть без следа: при такой мысли моё самосознание, конечно, должно сильно шататься, и необходимо является вопрос: да я-то сам — кто такой?

А я кто? Где я? Как-то мне сон приснился, что мне снится сон, будто бы на Красной площади мавзолей стоит с мумией. Это показалось настолько ирреально…

#Соловьевскиефрагменты