Работает лонгрид, работает контент-план, работает ролик... Расскажу про карго-культ.

Когда-то - а точнее, во время Второй Мировой войны - Америка мерилась чем-то там с Японией. Мотаясь сурово по делу военному вдоль и поперек Тихого океана, американские джедаи высаживались на всяких диких островах и строили там базы и аэродромы.

Неудивительно, что на остров они при этом притаскивали много всего, и часть этого "многовсего" перепадала туземцам. Иногда перепадало столько, что туземцы бросали свои привычные игры с землей и скотом и полностью переходили на еду с барского плеча.

Объяснение происходящему было найдено такое: еду им посылают духи предков, а белые перехватывают и присваивают припасы, отдавая им лишь часть. Когда американцы кончились в связи с окончанием войны, то туземцы остались без привычной еды и....

Из кокосовых пальм и соломы они построили точные копии взлётно-посадочных полос, аэропортов и радиовышек. Члены культа строят их, веря в то, что эти постройки привлекут заполненные грузом (cargo) транспортные самолёты aka посланников духов. Чтобы получить «манну небесную» и увидеть падающие парашюты, прилетающие самолёты или прибывающие корабли, островитяне имитируют действия солдат, моряков и лётчиков.

Они делают наушники из дерева и прикладывают их к ушам, сидя в типа-будке. Они изображают сигналы посадки на деревянной же типа-полосе. Они зажигают факелы для освещения этих полос и маяков.

Вернемся к нашим баранам, ака продвижение в интернете. У кого-то работают лонгриды. В смысле, он легко и с удовольствием пишет длинные тексты и к нему приходят клиенты. Что делают современные туземцы? Правильно, пытаются воспроизводить лонгриды, максимально подробно копируя структуру у того чувака, который их пишет. Получаются тонны статей а-ля Ильяхов, а Ильяхов как был один, так и остается.

У кого-то работают прямые эфиры. Тогда наши новые туземские начинают один за одним улучшать благосостояние компаний, продающий хромакеи, видеокамеры, микрофоны и проф. наушники. Им кажется, что сейчас-то и им обломится кусочего мирового капитала. А те, кому было в кайф болтать в полустертую камеру ноутбука, и не знают, что основали очередной карго-культ.

Ну вы поняли идею, да? Ролики в Ютьюбе, прямые эфиры в ФБ, сторителлинг или инфостиль - социальные сети то и дело обрушивают на нас священную информацию об очередной кнопке "Деньги", без которой ваш бизнес умрет.

Но на самом деле ваш бизнес умрет, если вы подобно туземцам бросите вспахивать ваши поля и кормить ваш скот и будете искать кнопку "деньги".

Как говорит одна моя знакомая: "Если денег нет у вас и они пока у кого-то другого - давайте выясним, за что он вам их заплатит. А потом все остальное".

Какое отношение это имеет к продвижению? Подумайте, а я завтра продолжу ;)

Ни - па - лу - чи - лось!

Полезла искать одну свою статью, которую когда-то не взяли в "Жить Интересно" за too much соплей. Я ее закинула в Сноб и теперь ее и там нет. С ними так бывает, штош.

Зато, как обычно в Гугле бывает, нашла еще одну статью, которую в свое время не взяли в Women Helath, драматически меня оборжав. У нее что-то около сотни тысяч перепечаток. И даже фраза "период монады", так позабавившая редакцию Women Health, никого не смутила.

Потом нашла несколько статей, которые до сих пор болтаются в "Букнике". Они перестали со мной сотрудничать примерно через год после начала, сказав, что мои статьи плохо читают. Это теперь я знаю, что год удерживать внимание аудитории на не слишком популярной теме никому-не-известной-девочкой без особого пиара - история на грани фантастики. А тогда я честно верила, что я бездарный урод.

Стала вспоминать, сколько же всего у меня не получилось. Только за это лето я обсудила десятки проектов с десятком людей. Из большей части не выросло ничего. Буквально парочка проклевываются тонкими росточками.

Сколько статей я написала в стол и нигде не опубликовала - не сосчитать.

Сколько раз я обсудила с людьми все до мелочей, а потом сделала не то, что им нужно и они тактично слились - не перебрать.

Сколько раз я отчаивалась и думала, что пора завязывать с текстами и идти в кассирши в "Пятерочке" - подумать страшно.

Но каждый раз получалось что-то. Пусть не то, что я планировала. Не публикация в журнале, а популярный пост. Не сотрудничество, а приятельство. Не то, а это. Но все равно получалось.

Наверное, именно это мне хочется сейчас сказать самой себе, а может и кому-то из вас. Как-то будет. Не бывает так, чтобы никак не было. А потом мы еще и обнаружим, что все к лучшему.

Как все начиналось?

Нашла вам ту самую статью, которую не взяли в "Жить Интересно" и если вы думаете, что таким как я не отказывают - то отказывают и еще как.

"Первым делом надо было менять что-то в сфере финансов. И я поменяла. Переместилась с детьми из трешки в одну комнату и сдала остальные две через Airb-n-b. Стирка белья, глажка и готовка на ораву желающих пожить в двух минутах ходьбы от метро - отличное лекарство от хандры. Ты просто ухайдакиваешься до визга и дальше спишь без снов. Если удастся. А если не удастся, то пьешь водку на кухне с Антонио из Бразилии, с Педро из Кон-Чего-то, с Джоном из Германии и его женой… В общем, ты уже не твердо помнишь имена и города, но продолжаешь пить, мыть и спать в подходящие моменты.

Порой они говорят тебе: “Слушай, ты так классно рассказываешь, почему ты не пишешь?” Что-то тупо шевелится внутри, ты вспоминаешь, что когда-то была журналистом, работала в крутых журналах и снова забываешь об этом за глажкой и стиркой.

Через какое-то время привычка берет свое, тебя находят через десятые руки старые заказчики и ты обнаруживаешь, что тексты опять составляют какой-то внушительный кусок твоего дохода. И даже пиар. И еще кое-что новое, чего не было до этих отношений.

В какой-то момент ты мчишь на встречу с клиентом и понимаешь, что твоя квартира снова целиком твоя… Просто тебе уже достаточно денег на нее и больше не нужны соседи. Опа."

Больше частей той старой истории - https://telegra.ph/Kogda-vse-ruhnulo-a-ya-ostalas-08-15

- Что бы вы сделали после отношений, чтобы пережить самый трешовый период?

Спрашивает девушка в одном там женском сообществе. И раньше я бы ей сказала: уйти в работу. Работать-работать-работать до одури, пока не забудешь о том, что у тебя вообще могли быть какие-то отношения.

Но сейчас я скажу по-другому. Дать себе отгоревать. Жаловаться всем, кто готов слушать. Ныть, всем кто готов это терпеть. Смотреть сториз, пока не надоест. Писать, если надо написать. Не пользоваться всеми этими идиотскими концепциями про "стыдно навязываться" и "сняла решительно пиджак наброшенный".

Ну правда, блин, какая разница как перебаливать?
Зачем еще себе усложнять этот период какими-то идиотскими требованиями к себе из советских фильмов?

Истина А - все равно ж болит
Истина Б - все равно ж пройдет

Вы ж не льете себе йод на ожог? Ну так вот. Все эти требования "не смотреть сториз", "не читать его фб", "заблокировать и не вспоминать" - ну, они идиотские правда. Потому что вы скучаете, это нормально. Так и дайте себе скучать как скучается. И совершать идиотские поступки. Худеть, толстеть, писать стихи, идти в зал, жрать пиццу, рыдать сутками, болеть. Не важно. Просто не важно. Татуировки, шрамирование, какая хрен разница что. Пусть будет все, что помогает в моменте.

Как бы оно ни происходило, оно пройдет. Совершенно точно пройдет. И вы не будете хотеть ни смотреть сториз, ни читать ленту, ни бежать на свидание. И вы будете с удивлением вспоминать, как невероятно вас ломало по этому человеку. И будете жить дальше. И смотреть на море, и дышать. И планировать планы.

Но сначала надо дать себе переломаться.
И не пытаться задушить себя работой и правильным поведением.

Доброе содержательное что-то там!

Пожалуй, именно сегодня я готова поговорить с вами о больном. Об оценке готового контента... В принципе любого, хотя мне, конечно, ближе тексты.

Сколько у меня было историй, когда после сдачи текста я слышала от заказчика: “Знаете, Майя, что-то у меня не лежит душа к этому тексту”. Вот такая оценка текста называется субъективной. Мне/моей маме/моей жене/моей собаке не нравится это фото/текст/картина и кино. Отлично. Вам не нравится. Но попробуйте задать себе вопрос, правда ли вы - целевая аудитория этого текста, фотографии или видео? Правда ли, именно на вас он рассчитан? И если нет, то правда ли это подходящий критерий оценки текста?

Более того, даже если вы относите себя к потребителям своего же продукта (ну чего в мире не бывает), то для того, чтобы оценка была хоть сколько-то объективной, необходимо собрать не одно, а пять, а лучше десять мнений. И причем не от людей, которые формируют ваш ближний круг, а лучше всего- от разных людей в плане предпочтений и образа жизни.

Я часто говорю о том, что невозможно создать текст, который будет одинаково нравиться всем. Но можно попробовать создать текст, который будет понятен и созвучен большинству представителей референтной группы. Для этого, разумеется, надо понимать ее ожидания - как информационные, так и языковые, стилистические, эмоциональные.

Можно подключать к процессу оценки экспертов. Покажите фотографии другому фотографу, а текст - редактору. Предложите максимально четко и конкретно сформулировать замечания. Критика в формате “да ну, мне не нравится” снова не считается профессиональной оценкой. А вот комментарий вроде “на один абзац пять раз используется слово коммуникация” может быть полезен, и повлечь за собой пожелание автору поработать со стилистикой.

Но не забывайте, что эксперты видят только одну сторону луны - то, что касается их собственных профессиональных знаний и навыков. Другую же сторону луны - то, насколько ваш текст попадает в ожидания целевой аудитории, они видеть не могут, а могут только предполагать.

Поэтому для того, чтобы получить действительно объективную оценку, не поленитесь показать получившийся продукт нескольким, самым лояльным из ваших постоянных клиентов. Что они думают? Вызывает ли этот ролик, это фото или этот текст желание узнать больше о вашей компании, заинтересоваться продуктом или услугой?

Потому что даже безупречный с точки зрения грамотности и стилистики текст может работать не на вас, а против вас. Потому, например, что вашей целевой аудитории совершенно не интересна грамотность написанного, зато нужна эмоция, высекать которую из нее вы не умеете. Или наоборот, вы можете виртуозно включать чужие эмоции, но раздражать читателя пренебрежением к правилам орфографии и пунктуации, смазанной фокусировкой или нечетким голосом в видео.

В любом случае - и это важно - финальный продукт должен вас немножко раздражать. Во-первых, потому что это же все о вас. А во-вторых потому что ни один сторонний человек не может попасть точно в ваши ожидания, и именно поэтому я столько говорю всегда о необходимости совместной работы над продуктом. До готовности, как писали в советских рецептах. Для того, чтобы довести контент до готовности нужны вы, заказчики, помните об этом, пожалуйста! И не ленитесь участвовать! Хорошего дня!

Ну наконец-то ;)) доехала до издательства, подписала договор 🥰🥰🥰

PS не все, не все пройдут этот путь))) а казалось бы....

А вы знали, что теперь книгу могут не издать, потому что автор не смог доказать, что писал её сам?

Wall Street Journal описал несколько случаев, когда крупные книжные сделки развалились: издательство заподозрило, что рукопись сделана нейросетью, автор не смог объяснить, где кончается помощь и начинается машина, — и договор расторгли.

И теперь в индустрии обсуждают новое требование к автору. Цепочка доказательств: откуда идея, какие источники, какие черновики, где вы правили сами, где вам помогали. Целый документооборот, чтобы установить происхождение текста.

Но посмотрите, что этим документооборотом сказано вслух. Если происхождение рукописи приходится устанавливать по логам и черновикам — значит, по самой рукописи это уже не устанавливается. Издательство расписывается в том, что прочитать и понять само не может.

И я даже не думаю, что это про лень или жадность. Это про поток. Рукописей много, времени мало, редакторов, способных прочитать двести страниц и сказать, есть тут книга или нет, всегда было мало, а сейчас нужно ещё больше.

Только проблема-то не в том, что текст написан нейросетью. Проблема в том, что текст плохой. Книга может быть написана руками от первой до последней строчки и быть говном. Так было всегда, задолго до всякого ИИ. Просто раньше плохие рукописи приходили по одной, а теперь их можно делать со скоростью двести страниц в неделю.

Я про это говорю который месяц: то, что приносят из нейросети — это имитация текста. Не книга. Мешок пустоты и сорок метафор. И человек этого не видит, потому что он же работал — писал запросы, правил, компоновал главы.

Значит, вопрос не в том, как поймать автора за руку. Вопрос в том, кто и на каком основании сегодня оценивает качество рукописи. Издательский редактор в потоке — не справляется. Автор себя не видит. Читатель голосует уже после того, как книга вышла и деньги потрачены.

Нужен кто-то третий? Независимая редакторская оценка до сделки, как экспертиза перед покупкой квартиры? И тогда — кто эти люди, откуда у них право говорить «здесь книга есть» или «здесь книги нет»?

Я не знаю ответа. Но чувствую, что искать его придётся довольно быстро.

А вы бы отдали свою рукопись на такую оценку — до того, как нести её в издательство?

«Если не экономить на сотрудниках, то и объяснять ничего не придётся. Квалифицированные сотрудники вам сами объяснят, что и как» - такой комментарий получила на прошлой неделе к одному из своих постов.

И это, собственно, одна из двух главных иллюзий, с которыми я хочу работать в группе руководителей этой осенью.

Первая звучит именно так: я найму хороших людей — и они сами всё поймут.

Хороший маркетолог сам поймёт, как нам продвигаться. Хороший продажник сам разберётся, как продавать. Хороший ассистент сам догадается, что мне нужно. Хороший руководитель отдела вообще придёт и расскажет владельцу, что и как делать.

Вторая иллюзия выглядит ровно наоборот:
кроме меня никто нормально не сделает.

Поэтому я сама поставлю задачу. Потом ещё раз поставлю задачу. Потом проверю. Потом исправлю. Потом переделаю. А в следующий раз сразу сделаю сама, потому что объяснять дольше.

Кажется, что это два противоположных типа руководителей.

На самом деле результат у них один и тот же: бизнес не может стать больше своего владельца.

Потому что квалификация сотрудника не отменяет управление.

Человек может гораздо лучше вас знать, как настраивать рекламу, продавать, вести бухгалтерию или писать код. Но откуда он должен знать, какой бизнес вы хотите построить? Что для вас сейчас главное? Какой результат вы считаете хорошим? Где можно принять решение самостоятельно, а где нужно прийти к вам? Что вы готовы потерять ради скорости, а чем не готовы пожертвовать никогда?

Это не профессиональные знания сотрудника.
Это ваша работа как руководителя.

И при этом управление — это не необходимость стоять над каждым человеком и проверять, правильно ли он дышит.

Вот между двумя этими крайностями — «они сами разберутся» и «без меня всё развалится» — и находится компания, которая действительно может расти.

Для этого я собираю этой осенью рабочую группу из восьми владельцев небольшого бизнеса и руководителей команд примерно от 8–10 человек.

Тех, у кого бизнес уже перерос формат «я и несколько помощников», а новая система отношений с людьми ещё не сложилась.

Будем разбирать, что именно сейчас держится лично на вас, где команде не хватает договорённостей, где вы ждёте от людей телепатии, а где, наоборот, не отдаёте им ни сантиметра ответственности.

И параллельно работать с продвижением и деньгами. Потому что команда нужна бизнесу не для того, чтобы красиво существовать в оргструктуре. Она нужна, чтобы бизнес мог делать больше и зарабатывать больше без пропорционального увеличения количества вашего труда.

Мне как раз интересны руководители, которые готовы отказаться от обеих приятных фантазий.

И от «хорошие люди всё сделают сами».
И от «хорошо могу сделать только я».

Ссылка на группу — http://porusski.pro/group

Наверняка вы думали про то, чтобы написать свою книгу.

И наверняка вам кажется, что лучший способ это сделать — пожертвовать всеми остальными делами и начать её писать. Десять часов не вставать из-за компьютера, а потом еще десять. Или пять. И снова три. Но вот в чем фишка: это не сработает.

Во-первых, мозг не может часами работать одинаково эффективно. А во-вторых, никто не учил вас писать книги.


Погодите, погодите, да, я знаю, Достоевского и Юнга тоже никто не учил. Но они единственные. А написанных и сгнивших книг во все времена были десятки тысяч. И, кстати, классическое образование Юнга и домашнее образование Достоевского еще фору даст вашим университетам. Вы погуглите.

А я хочу сказать странную, неприятную и местами парадоксальную вещь.
Лучший способ написать книгу — нанять райтера. И не жертвовать всеми делами и своим временем.

Потому что чем больше у вас практики, тем больше у вас кейсов в книге. А чем больше кейсов — тем интереснее вас читать.

Здесь мне обычно говорят: но райтер стоит небось миллион. это же огромные деньги.

Давайте посчитаем. Если ваш час стоит десять тысяч, как у среднего психолога, то миллион — это сто часов. Сто часов — это три месяца по часу в день. Ок, ваш час стоит пять. Это двести часов. Двадцать клиентов по 10 встреч. У вас нет 20 постоянных клиентов? Тогда вам просто рано писать книгу.

А если клиенты есть, то упущенная выгода от многочасового сидения над книгой, получается сильно больше миллиона. Просто про своё время так никто не думает, и кажется, что вы страшно сэкономили.

Я помню, что я тоже была уверена, что все могу сама и
по вдохновению. Именно так как эксперт, который пишет книгу по своей любимой теме я писала книгу "Я копирайтер". Мне всё казалось важным, и я туда всё складывала. И писала часами, потому что еще пыталась найти факты, цитаты, козыри — словом, убедить читателя, что я права.

А вот "Нейрокопирайтинг" я писала уже после курсов райтеров. Фактически как свой собственный райтер. И у него больше трёхсот отзывов на Озоне и стабильный рейтинг пять ноль. Люди берут его в работу с текстами.

Потому что есть длинный список того, чего эксперт про производство книги обычно не знает. Как должна быть устроенс глава. Как пишут клифхенгеры. Не знает про заголовки и их связь с названием книги. Про структуру введения и заключения. Тайминг. Выкладку черновика.

А ведь у всего этого есть правила, котооые стоит знать в мире, где книг миллионы, а вы хотите, чтобы вас заметили.

Но можно просто решить, что книга важна и сесть ее писать. И иногда действительно получается здорово поперек всяких правил.

Короче, что думаете: сами и как пойдет, или с проводником и за руку?)

Почему экспертам не надо самим писать книги

Сейчас скажу страшное. Если вы прекрасный психолог, методолог, врач, маркетолог, предприниматель или специалист по выращиванию капибар — это вообще никак не означает, что вы умеете писать книги.

Вообще. Никак.

Потому что экспертность и авторство — две разные профессии.

Здесь обычно возражают: нанять кого-то писать книгу — это отказ от собственной экспертизы. Ужас, книгу писал копирайтер, тогда это не моя книга.

Эксперт знает много. И первая проблема начинается именно здесь: он очень часто не умеет отделять важное от неважного.
Для него важно всё.

Вот эта модель важна. И вот тот термин нельзя выкинуть. И историю про клиента обязательно надо рассказать. И без двадцати страниц теории читатель ничего не поймет. И еще вот это уточнение принципиальное, потому что коллеги из профессионального сообщества могут придраться.

В результате эксперт пишет не книгу, а выгрузку собственной головы. Но есть проблема еще интереснее. Очень часто чамые прекрасные спикеры оказываются довольно плохими авторами экспертных текстов.
Парадоксально, да?

Человек может два часа держать зал. Рассказывать истории, от которых аудитория хохочет, замирает, возмущается, записывает цитаты. Он умеет сделать паузу. Понизить голос. Увидеть, что люди заскучали, и свернуть в сторону. Подхватить реплику из зала. Пошутить. Еще раз объяснить непонятное. Перескочить через кусок, который сегодня явно не идет.

То есть половину работы за него делает живая коммуникация, понимаете?!

А потом этот человек садится писать книгу и думает: ну я же умею рассказывать. И переносит на бумагу ровно ту же историю. Только на бумаге нет голоса. Нет паузы, поднятой брови и человека в третьем ряду, который засмеялся и подсказал тебе, что шутка сработала. А когда нет аудитории, по которой можно в реальном времени отрегулировать скорость, сложность и количество подробностей, такие экспериы вязнут и тонут.

И вдруг выясняется, что история на четырех страницах никуда не ведет, анекдот без интонации вообще не смешной, а мысль, которую на сцене спасала харизма, сама по себе довольно простая и могла занять три абзаца.

А автор работает с человеком, которого рядом нет. И вот здесь начинается то, чего эксперт про свою книгу обычно не знает. Он не понимает, как устроена глава. Не понимает, как устроено внимание читателя в письменном тексте — а оно устроено не так, как в устном. Не понимает, как связывать главы между собой и почему какая-то глава становится первой, а какая-то последней: не потому что у него в методологии так, а потому что так разворачивается внимание читателя.
Он читает рукопись собственным голосом — и ему хорошо.

А читатель читает ее своим.
Вот в этом и проблема.

Книга — это не расшифрованная лекция.
И не контейнер, в который надо аккуратно сложить все экспертные знания.
Книга — это отдельно спроектированный маршрут читателя.

Теперь вернемся к тому, с чего я начала. Книга ваша, пока там ваши идеи, ваши кейсы и ваши смыслы. Кто расставлял запятые и набирал буквы — вообще вторично.

Это не отказ от экспертизы. Это ее огранка.
Эксперт приносит знания, опыт, кейсы, профессиональную оптику и тот самый материал, ради которого книгу вообще стоит писать.

А хороший автор, редактор или соавтор делает другую работу: отделяет главное от любимого, историю от болтовни, объяснение от повтора и живую мысль от того, что держалось
исключительно на обаянии рассказчика.
Но и копирайтер при этом должен уметь писать книги и понимать, как они устроены. Это тоже не любой копирайтер.

И время от времени он задает эксперту самый полезный и самый неприятный вопрос:
«Я понимаю, почему это интересно тебе. А читателю-то зачем?»

На прогулке Чапа регулярно изображает потеряшку.
Он может сесть посреди асфальта и печально смотреть на прохожих, как будто надеется, что кто-нибудь заметит несчастную собачку и заберёт её домой. Может подойти к совершенно незнакомому человеку, поставить лапы ему на ноги и заглянуть в глаза: вы ведь возьмёте меня с собой?
При этом дома Чапу абсолютно обожают.
Я не варила овсяную кашу своим детям, потому что варить овсяную кашу — это геморрой. Но мальчик ест только натуралку, поэтому я встаю и варю ему кашу, смешиваю её с мясом, морковкой и кабачком. Эстер его завела, дрессирует и проводит с ним кучу времени. Гера, который вообще не хотел собаку, теперь периодически его тискает. Друзья приносят ему вкусняшки. Гости гладят. Семья любит.
Но Чапе всё мало. На каждой прогулке он снова ищет человека, которому можно немедленно вручить себя целиком за один добрый взгляд.
И вот в этом месте мы с ним, кажется, особенно похожи.
Я тоже довольно легко вручаю людям свои проекты: пожалуйста, руководи. Свои книги: пожалуйста, пусть написанная мной книга выходит под твоим именем. Свой дом, своё время, своё сердце, свой интеллект — да что угодно. Не обязательно даже за вкусняшку. Иногда вполне достаточно, чтобы человек посмотрел на меня с интересом.
Наверное, Чапа тоже не думает, что дома его недостаточно любят. Он просто видит нового человека и каждый раз решает, что вот сейчас можно начать ещё одну прекрасную жизнь. В другом доме, с другими людьми, хотя в нынешнем ему уже варят кашу с мясом и кабачком.
И когда я смотрю на Чапу, который сидит посреди асфальта и печально ждёт, пока его кто-нибудь выберет, я думаю: а где, собственно, мой асфальт?
И сколько ещё я планирую на нём сидеть?

Слушайте, а я иногда думаю: а если написать фэнтези про попаданку, которая, попав в тело толстой тётки, не худеет мгновенно, а периодически срывается и жрёт плюшки? Или попадает в тело тётки-алкоголички и не исцеляется одной силой воли, а продолжает время от времени подбухивать?

На неё не кидаются все мужчины в окрестностях с намерением немедленно её спасти, полюбить и отдать ей половину королевства. Более того, она сама может в кого-нибудь влюбиться безответно. И ничего не произойдёт. Он не разглядит внезапно её прекрасную душу, не обнаружит, что всё это время любил только её, и не прискачет под окна на белом коне. Она просто какое-то время пострадает, попишет ему пьяные сообщения, потом запретит себе писать, снова напишет — и через полгода кое-как успокоится.

И если она решит открыть ресторан, то в первый же день не сделает кассу, как все конкуренты за три месяца. Сначала поставщик запьёт. Потом привезут несвежую морковь. Потом повар обидится и уйдёт прямо перед банкетом. Потом выяснится, что никто не посчитал себестоимость пирогов, и каждый проданный пирог приносит ресторану не прибыль, а убыток. А после особенно удачной недели внезапно сломается печь.

Но, кажется, если написать такое фэнтези, получится уже не роман про попаданку, а производственный роман с элементами пищевого расстройства. И никто не захочет его читать.

Потому что фэнтези про попаданок мы, видимо, читаем не про другую жизнь, а про другого себя. Про жизнь, в которой наши сегодняшние ограничения отменены. И про характер, который мы хотели бы иметь, но почему-то не имеем: собранный, бесстрашный, неуязвимый, никогда не устающий и не требующий сливочных трубочек.

Но я всё равно читаю эти истории и думаю: где ПМС? Где желание сожрать пять сливочных трубочек за один вечер? Где день, когда она проснулась, посмотрела на весь этот магический мир, на заговор при дворе, на голодающую деревню и на прекрасного герцога — и решила, что сегодня всё это как-нибудь без неё?

Где хотя бы способность разрыдаться, когда что-то пошло не так?

Нет. Она поднялась. Сжала зубы. Закусила губу так сильно, что рот наполнился кровью. Блеснула глазами, встряхнула кудрями — и снова побежала.

Куда, сука, ты бежишь?

У тебя третий день цикла. Полежи.

И вот мне интересно: мы правда не стали бы читать фэнтези про женщину, которая не превращается в идеальную версию себя сразу после попадания в другой мир? Которая иногда срывается, ошибается, тупит, ленится, выбирает не того мужчину, неправильно считает себестоимость пирогов и всё равно как-то продолжает жить?

Или мы как раз уже очень хотим такую попаданку — просто нам её почему-то никто не написал?

Лично я не собиралась быть предпринимателем.

Я хотела быть экспертом. Писать тексты, придумывать продукты, консультировать людей, выступать, учить — словом, заниматься тем, что я умею и люблю.

Потом мне понадобился ассистент. Чисто на рутину. Разобрать расписание, отправить письма, загрузить материалы. Никакого бизнеса, просто человек немножко помогает мне оставаться в живых.

Потом понадобился кто-то на трафик. Потому что эксперт я прекрасный, но если никто не знает, что я существую, это несколько снижает коммерческий потенциал моей прекрасности.

Потом дизайнер. Потом технический специалист. Потом менеджер. Потом выяснилось, что всем этим людям надо ставить задачи, объяснять, что мы вообще делаем, согласовывать сроки, разбирать ошибки, принимать работу, платить деньги и иногда сообщать, что «мне не нравится» — это не техническое задание.

И вот вы однажды просыпаетесь, открываете рабочий чат и обнаруживаете, что вы уже предприниматель.

Хотя никто вас об этом не предупреждал.

Возможно, вы тоже собирались быть психологом, юристом, маркетологом, врачом, фотографом или человеком, который делает прекрасные торты. Вы хотели хорошо делать свою работу и получать за неё деньги.

А потом вам стало не хватать рук.

Вы наняли ассистента на несколько часов. Договорились с партнёром, что он будет приводить клиентов. Нашли человека, который возьмёт на себя соцсети. Потом ещё одного — на продажи. И внезапно ваша работа теперь состоит не только в том, чтобы печь торты, вести консультации или составлять договоры.

Теперь вам нужно сделать так, чтобы другие люди тоже работали.

Добро пожаловать в управление. Кофе справа, нервный тик слева.

И здесь начинается самое интересное.

Потому что одинокий эксперт годами учится верить себе. Это полезный навык. Вы знаете, что сами не подведёте, сделаете к сроку, заметите ошибку, поговорите с клиентом как надо. Если что-то пошло не так, можно посидеть ночью и исправить.

А потом появляется команда, и выясняется, что другие люди делают иначе.

Не хуже даже. Иначе.

Они задают вопросы там, где вам всё очевидно. Не замечают того, что вы видите мгновенно. Предлагают решения, которые вы бы никогда не выбрали. Не переживают из-за вещей, от которых у вас дёргается глаз. А из-за других, совершенно ерундовых, по вашему мнению, вещей могут остановить весь процесс.

И вы должны им доверять.

Это звучит красиво, пока человек, которому вы доверились, не отправил клиенту не тот файл, не потратил бюджет не туда или не написал текст, после которого вам хочется сменить имя и уехать в другую страну.

После этого одинокий эксперт внутри вас говорит:

— Ну вот. Я же знала. Проще всё сделать самой.

И вы делаете.

Исправляете текст, отвечаете клиенту, перестраиваете рекламу, перепроверяете таблицу, подхватываете чужую задачу. Команда постепенно привыкает, что в сложной ситуации придёт владелец и спасёт. А владелец постепенно получает неопровержимые доказательства того, что без него никто ни на что не способен.

Система замкнулась.

Стать командным игроком — это не просто «научиться доверять». Мне вообще очень нравится этот совет. Как будто можно в понедельник перестать контролировать людей, во вторник начать доверять, а к пятнице уже уехать в отпуск, пока бизнес работает сам.

Нет.

Сначала надо научиться понимать, кого именно вы нанимаете и для какой задачи. Объяснять результат так, чтобы другой человек мог его воспроизвести. Передавать вместе с ответственностью право принимать решения. Выдерживать, что сотрудник сделает не так, как сделали бы вы. Различать «по-другому» и «плохо». Давать обратную связь до того, как вы три месяца молча переделывали всё сами и наконец взорвались.

И ещё признать довольно неприятную вещь: если вы наняли команду, но каждое решение по-прежнему можете принять только вы, у вас пока нет команды. У вас есть несколько человек, которые помогают одинокому эксперту работать ещё больше.

Я сама прохожу этот путь примерно всю жизнь: от «я просто хорошо делаю свою работу» до «почему у меня опять десять человек, которым от меня что-то нужно». И до сих пор иногда обнаруживаю себя ночью над чужой задачей с мыслью, что быстрее самой, чем объяснять.

Быстрее — да. Только так никогда не станет легче.

В закрытой рабочей группе для владельцев малого бизнеса мы будем разбираться именно с этим переходом: как перестать быть одиноким экспертом, обросшим помощниками, и стать руководителем команды.

Посмотрим, кто вам действительно нужен, что можно передать, почему задачи возвращаются обратно, где сотрудники не понимают вас, а где вы сами не оставляете им пространства для решения.

Потому что предпринимателем вы, возможно, стали случайно. Но дальше управлять случайно уже не получится.

Группа про это стартует 5 сентября. Восемь встреч за два месяца, от восьми до десяти владельцев бизнеса с командами от трёх до двадцати человек.

https://porusski.pro/group

Написала пост о том, что не умею руководить, и в комментариях мне немедленно объяснили, как надо.

Вообще комментарии — удивительное место. Ты можешь двадцать лет делать что-то неправильно, а потом приходит человек, пишет четыре абзаца — и всё, проблема решена. Жаль, раньше не встретились.

Первое решение было академическим. Управление людьми — отдельная профессия на стыке психологии, экономики, социологии и менеджмента. Руководителю необходимо сначала научиться управлять собой, потом освоить делегирование, эмпатию, принятие неприятных решений, теории мотивации и групповую динамику.

Очень разумно. Я только не поняла, что делать человеку, который не собирался становиться руководителем.

Он был психологом, фотографом, юристом или пёк торты. Потом нанял ассистента разобрать расписание — и оппа, уже руководитель. Ассистенту надо поставить задачу, проверить результат, дать обратную связь и решить, что делать, если вместо расписания он почему-то создал новый логотип.

Видимо, до получения диплома нельзя нанимать людей. Без диплома не рожай, зачёркнуто, не руководи. И не стой под стрелой.

Второе решение было духовно-практическим. Надо перестать всё контролировать, позволить людям делать по-своему, довериться и вовремя убирать руки. Тогда дети сами развесят бельё, приготовят еду и прекрасно справятся без вас. А вы наденете красивое платье и бусы и пойдёте гулять, не спеша наслаждаясь жизнью.

Это решение нравится мне гораздо больше. Особенно часть про платье и бусы.

Правда, с детьми можно решить, что бельё висит неправильно, но это цена их самостоятельности. С сотрудником иногда выясняется, что «по-своему» означает отправить клиенту чужой договор, потратить рекламный бюджет на людей, которым ваш продукт вообще не нужен, или забыть выставить счёт, из которого завтра надо платить зарплату.

И вот вы стоите в бусах, наслаждаетесь жизнью и думаете: это я сейчас учусь доверять или всё-таки пора вмешаться?

В результате с одной стороны у нас управление как отдельная профессия, к которой нельзя приближаться без высшего образования, двадцати трёх лет опыта и желательно EMBA. С другой — управление как внутренняя духовная практика: просто проработайте контроль, поверьте в людей и перестаньте хвататься за монитор, когда дочь нажимает не туда.

А между этими двумя прекрасными концепциями находится обычный владелец маленького бизнеса.

У него три сотрудника, один клиент в истерике, второй месяц кассовый разрыв, ассистент просит уточнить задачу, маркетолог требует свободы, а бухгалтер — документы. Учиться профессии руководителя ему, конечно, надо. Доверять людям тоже надо. Но ответить всем придётся сегодня, желательно до обеда.

Мне кажется, мы вообще любим превращать руководство либо в специальную науку, либо в моральную добродетель. Хороший руководитель знает теории мотивации, доверяет, не контролирует, правильно делегирует, нанимает только подходящих людей и при этом красиво гуляет в бусах.

Плохой, соответственно, ошибается в найме, вмешивается, отменяет чужие решения, делает сам и иногда говорит: «Господи, дайте сюда, быстрее будет». То есть я.

А какой самый прекрасный совет о руководстве получали вы? Такой, после которого оставалось только уточнить: хорошо, а завтра утром мне что конкретно делать?

Самое неприятное начинается, когда файл выглядит как рукопись.

В нём есть главы, заголовки, выводы, примеры. Может быть даже введение — с обещанием рассказать читателю всё самое важное.

Только книги там нет.

Почему одни тексты, написанные с помощью искусственного интеллекта, можно читать, а другие рассыпаются в руках, хотя каждое отдельное предложение кажется вполне приличным, — рассказываю в рилсе.

И нет, дело не в стилистике. Там проблема гораздо интереснее.

Вы уже узнаёте книги, написанные с помощью ChatGPT?

Если твоей подруге при расставании говорят: «Ты алкашка, ты здесь сопьёшься, ты проебала свой шанс на лучшую жизнь, без меня ты вообще полное говно, а я-то мог бы тебе всё дать», — тебе всё понятно примерно за три секунды.

Ты говоришь: «Господи, Машенька/Катенька, слава богу, что тебя Господь уберёг от этого токсичного идиота. Как хорошо, что человек так рано расчехлился. Какая же у тебя прекрасная чуйка, что ты не допустила этих отношений».

Никаких сомнений у тебя нет. Ты не начинаешь размышлять, действительно ли Машенька/Катенька может спиться, достаточно ли хорошо она использовала свои жизненные шансы и не следовало ли ей всё-таки остаться с человеком, который обещал дать ей лучшую жизнь, но пока почему-то в основном давал понять, что сама она — говно.

Но когда тебе внутри отношений говорят, что ты сопьёшься, твоя жизнь катится в ад, ты уничтожишь своих детей и вырастишь их психически больными, происходит какая-то удивительная оптическая иллюзия.

Ты думаешь: «М-м-м. А человек-то, наверное, прав. Зрит в корень. Наверное, он видит обо мне что-то такое, чего я сама не вижу. Может быть, я действительно лох педальный, мне нужно срочно подсобраться, а без него мне ничего хорошего не светит».

В чужой истории это выглядит как унижение и попытка убедить человека, что он без тебя пропадёт. В своей — как важная обратная связь от того, кто слишком хорошо тебя знает.

Наверное, потому, что подруга пересказывает тебе весь ужас за пять минут, а в отношениях его выдают маленькими порциями. Сегодня человек слегка усомнился в твоих способностях. Завтра заметил, что ты опять всё делаешь не так. Послезавтра объяснил, что он единственный, кто тебя по-настоящему терпит. И к тому моменту, когда тебе сообщают, что без него ты сопьёшься и уничтожишь детей, внутри уже собрана целая доказательная база, почему это может быть правдой.

Чужую беду руками разведу. В своей не вижу вообще ни хрена и думаю только: наверное, это я идиот.

Иногда мне кажется, что для проверки отношений полезно мысленно пересказать их не себе, а Машеньке/Катеньке. И послушать, что бы ты сказала ей.

Управленческая задачка.

Вы наняли человека на счета и договоры. Провели интервью, выбрали, всё объяснили. Человек неделю принимал дела, а потом ещё на неделю попал в больницу.

В итоге на полмесяца встали процессы, особенно получение денег. Потому что счета не выставлены, договоры не подписаны, а нового человека вы наняли ровно затем, чтобы этим больше не заниматься.

Вопрос: вы здесь плохой руководитель, который снова замкнул критический процесс на одном человеке? Или нормальный руководитель, у которого сотрудник внезапно заболел и жизнь случилась?

И главное: что вы будете делать прямо сейчас?

Давайте поиграем. Пишите свой диагноз ситуации и первое действие — только без знания будущего и волшебного запасного сотрудника в шкафу.

Спасибо всем, кто поиграл в управленческую задачку. Кейс, разумеется, не выдуманный. Руководитель, который нанял человека на счета и договоры, а потом остался без счетов, договоров и денег, — это я.

В комментариях были разные версии: срочно подхватить работу самой, передать кому-то из команды, найти временную замену, автоматизировать процесс, создать инструкции и обязательно сделать так, чтобы критическая функция больше никогда не держалась на одном человеке.

И вот что здесь прекрасно: почти все ответы правильные. Только выполнить их одновременно невозможно.

Пока я ищу замену, счета всё равно надо выставлять. Пока пишу регламент, деньги не приходят. Пока разбираюсь в автоматизации, клиенты ждут договоры. А если я просто подхватываю всё сама, то очень быстро возвращаюсь в любимую управленческую модель «зачем мне команда, если я опять делаю всё».

Поэтому ответ такой: я не козёл и не прекрасный руководитель. Я руководитель, у которого внезапная болезнь сотрудника показала слабое место системы.

А дальше надо принять два разных решения. Первое — что сделать прямо сейчас, чтобы деньги продолжили приходить. Второе — как перестроить процесс, чтобы следующая болезнь, увольнение или отпуск одного человека снова не остановили половину бизнеса.

Именно такие задачи мы будем разбирать в закрытой рабочей группе для владельцев бизнеса. Не «как правильно делегировать» вообще, а что делать в понедельник утром, когда сотрудник заболел, счета не выставлены, клиенты ждут, а вы снова стоите перед выбором между «сделать самой» и «строить систему».

Потому что в теории хороший руководитель заранее предусмотрел всё. В реальности он обычно узнаёт о слабом месте бизнеса в тот момент, когда оно уже сломалось.

Наша задача — не найти виноватого, а понять, что чинить первым.

Группа стартует 5 сентября. Восемь встреч за два месяца, от восьми до десяти владельцев действующего бизнеса.

https://porusski.pro/group

Каждое утро я выхожу руководить Чапой.

У меня есть цель, маршрут и примерное время возвращения домой. У Чапы тоже есть цель. Поздороваться со всеми собаками, людьми, детьми, дворниками, бомжами, голубями и подозрительным пакетом, который лежит возле урны и явно нуждается в дружбе.

Маршрут у него появляется по ходу дела. Время возвращения домой в его систему ценностей не входит.

Я вообще стараюсь руководить им правильно. Не дёргать поводок, не раздражаться, давать понятные команды, поощрять желательное поведение и сохранять спокойную уверенность человека, который точно знает, куда мы идём.

Чапа мою спокойную уверенность очень уважает. Он внимательно смотрит мне в глаза, убеждается, что со мной всё хорошо, и продолжает идти в другую сторону.

Особенно мне нравится команда «ко мне». В человеческом языке она означает, что собака должна подойти. В Чапином — что мы временно открыли переговоры.

Он останавливается, смотрит на меня, потом на интересную собаку в ста метрах, снова на меня и принимается оценивать предложения сторон. С моей стороны обычно кусочек вкусного и необходимость продолжить прогулку. С другой — огромный лабрадор, который, возможно, станет его лучшим другом на всю жизнь. Результат переговоров, в общем, предсказуем.

Иногда я пытаюсь проявить твёрдость. Всё-таки руководитель должен уметь ставить границы и принимать непопулярные решения.

— Чапа, идём домой.

Чапа садится на асфальт.

Он весит два с половиной килограмма, но в этот момент каким-то образом превращается в несдвигаемый архитектурный объект. Можно обойти его справа, можно слева. Можно позвать, уговорить, объяснить, что дома овсянка с мясом. Чапа сидит и всем телом сообщает: ваше решение принято к рассмотрению.

Я стою рядом, дышу, сохраняю контакт с собой, выдерживаю паузу и вспоминаю всё, что знаю о ненасильственной коммуникации.

Чапа в это время просто сидит.

Вообще считается, что если человек достигает внутреннего равновесия, правильно выставляет границы и перестаёт тревожно контролировать окружающих, то мир постепенно начинает отвечать ему взаимностью.

Не начинает.

Вы можете быть спокойны, последовательны, доброжелательны и совершенно уверены в себе. А рядом всё равно будет сидеть маленькая собака, которая не хочет домой.

Я веду бизнес, управляю людьми, создаю проекты, написала несколько книг и умею довольно убедительно объяснить взрослому человеку, почему сейчас нужно сделать именно так.

Чапа не впечатлён.

Для него я не руководитель. Я довольно крупный член команды, который носит еду, умеет открывать двери и почему-то всё время пытается закончить прекрасную прогулку именно тогда, когда она наконец стала интересной.

В итоге домой мы, конечно, возвращаемся. Иногда потому, что я настояла. Иногда потому, что Чапа согласился. Иногда потому, что я взяла его под мышку и применила административный ресурс.

Наверное, душевный баланс заключается не в том, что все наконец начинают вас слушаться. А в том, что вы перестаёте считать каждую маленькую собаку, сидящую на асфальте, доказательством собственной управленческой несостоятельности.

Хотя завтра утром я снова выйду руководить Чапой. Ибо куда деваться?)

СДВГ — это объяснение того, почему человеку трудно. Но иногда из объяснения очень быстро получается индульгенция от взрослости. И я ее в соцсетях вижу все чаще.

Я прочитала пост женщины, которая ищет продюсера за процент. Денег платить ему у неё сейчас нет, поэтому продюсер должен вложить собственные деньги, выстроить систему, взять на себя продвижение, продажи, регулярность и всю работу, которая самой женщине неинтересна или вызывает фрустрацию. Ей он должен оставить только то, в чём она хороша.

То есть быть одновременно продюсером, инвестором, руководителем, организатором и поддерживающим взрослым. А если он отказывается от этой прекрасной роли, отказ переживается как отвержение, потому что у человека RSD.

И вот здесь мне становится интересно.

Я прекрасно понимаю, зачем человеку с СДВГ внешняя система. Напоминания, короткие циклы, контрольные точки, body doubling, помощник, который удерживает процесс, пока внимание убежало за новым блестящим объектом. Всё это действительно работает и может сильно облегчить жизнь.

Но внешняя система тоже кем-то оплачивается.

Если вы нанимаете человека, который помогает вам делать то, что вам трудно, — это нормальная организация работы. Если вы находите партнёра и делите с ним не только будущую прибыль, но и власть, решения, ответственность и собственность, — это тоже нормальная модель. Если инвестор вкладывает деньги, он оценивает риски и решает, готов ли поставить на этот проект.

Но когда другому человеку предлагается вложить деньги, принять на себя весь риск и делать всю неприятную работу, потому что у вас есть талант и СДВГ, вы ищете уже не продюсера. Вы ищете родителя.

Причём идеального: он должен разглядеть ваш потенциал, поверить в вас сильнее, чем вы сами, профинансировать вашу жизнь, выдержать вашу нерегулярность, не ранить отказами и привести к успеху, оставив вам только приятную часть пути.

Возможно, такой человек действительно однажды найдётся. Люди вообще иногда находят себе и меценатов, и спасателей, и очень терпеливых партнёров. Но это не особая бизнес-модель для нейроотличных. Это мечта о том, что кто-то другой возьмёт на себя цену вашей реализации.

Мне кажется важным различать две вещи. «Мне трудно, поэтому мне нужны особые условия» — взрослая мысль. За ней можно искать решения, считать деньги, договариваться и собирать подходящую систему.

«Мне трудно, поэтому другой взрослый должен создать мне эти условия за свой счёт» — уже совсем другая мысль.

Уязвимость можно валидировать. Отказ действительно может причинять сильную боль. Исполнительные функции действительно могут работать иначе. Но ни диагноз, ни чувствительность, ни талант не создают у окружающих обязанности инвестировать в нас деньги, труд и жизнь.

Поддержка помогает человеку нести свою ответственность. Родитель вместо него эту ответственность несёт.

И, кажется, иногда под словами «мне нужен продюсер» скрывается куда более честная фраза: «Я ищу родителя. И очень надеюсь, что однажды его найду».