Послеобразы
Powidoki
Режиссер Анджей Вайда
Польша, 2016
Последний фильм Анджея Вайды - байопик, описывающий несколько последних лет жизни большого польского художника, одного из учеников Казимира Малевича, Владислава Стржеминьского. Байопик лаконичный, непримиримо честный, нетенденциозный, неангажированный - и страшный тем самым страхом повседневного ада, о котором мы чем дальше, тем больше забываем. Но о котором нам чем дальше, тем чаще стараются напомнить.
Это большое и невероятно точно сделанное кино с потрясающей операторской работой Павла Эдельмана и великим Богуславом Линдой в главной роли. Кино о том, как власть Советов, умело экспортированная и внедренная западному соседу, потихонечку, подспудно, уверенно изымает из жизни творческого человека, не живущего в рабском или даже компромиссном согласии с ней, все возможности для продолжения этой самой жизни. Никакого пафоса, никаких лозунгов - только скупая констатация попыток одноногого художника уцепиться за жизнь.
Попыток абсолютно обреченных.
Раз - и отменяется твоя лекция, два - и тебя увольняют из художественного ВУЗа, три - и ты не член Союза художников, и четыре - поэтому тебе не продают краски, пять - и тебе нет работы в художественно-промышленном комбинате, шесть - и ты, почти в агонии, хватаясь за веревки, падаешь в витрине магазина, между манекенов, и ни один из прохожих не смотрит в твою сторону.
Семь - и одинокая девочка сидит на кровати, на которой только что умер ее отец.
Я бы это кино показывал на уроках истории в старших классах. Чтобы дети посмотрели большое, настоящее кино, снятое 90-летним режиссером, сыном расстрелянного в Катыни офицера, основателем польской школы кино, одним из последних великих режиссеров Европы.
Чтобы они знали, от какого наследства мы обязаны отказаться.
#drama
#biopic
#Poland
#year2016
Powidoki
Режиссер Анджей Вайда
Польша, 2016
Последний фильм Анджея Вайды - байопик, описывающий несколько последних лет жизни большого польского художника, одного из учеников Казимира Малевича, Владислава Стржеминьского. Байопик лаконичный, непримиримо честный, нетенденциозный, неангажированный - и страшный тем самым страхом повседневного ада, о котором мы чем дальше, тем больше забываем. Но о котором нам чем дальше, тем чаще стараются напомнить.
Это большое и невероятно точно сделанное кино с потрясающей операторской работой Павла Эдельмана и великим Богуславом Линдой в главной роли. Кино о том, как власть Советов, умело экспортированная и внедренная западному соседу, потихонечку, подспудно, уверенно изымает из жизни творческого человека, не живущего в рабском или даже компромиссном согласии с ней, все возможности для продолжения этой самой жизни. Никакого пафоса, никаких лозунгов - только скупая констатация попыток одноногого художника уцепиться за жизнь.
Попыток абсолютно обреченных.
Раз - и отменяется твоя лекция, два - и тебя увольняют из художественного ВУЗа, три - и ты не член Союза художников, и четыре - поэтому тебе не продают краски, пять - и тебе нет работы в художественно-промышленном комбинате, шесть - и ты, почти в агонии, хватаясь за веревки, падаешь в витрине магазина, между манекенов, и ни один из прохожих не смотрит в твою сторону.
Семь - и одинокая девочка сидит на кровати, на которой только что умер ее отец.
Я бы это кино показывал на уроках истории в старших классах. Чтобы дети посмотрели большое, настоящее кино, снятое 90-летним режиссером, сыном расстрелянного в Катыни офицера, основателем польской школы кино, одним из последних великих режиссеров Европы.
Чтобы они знали, от какого наследства мы обязаны отказаться.
#drama
#biopic
#Poland
#year2016
Патерсон
Paterson
Режиссер Джим Джармуш
США, 2016
Действие фильма происходит в городе Патерсон, штат Нью-Джерси. Героя зовут Патерсон, из Патерсона родом были У.К.Уильямс и Аллен Гинзберг — великие поэты Америки. Собственно, первый из них написал поэму «Патерсон».
Патерсон, который человек, водит по Патерсону-городу автобус, в свободные минуты ест приготовленный женой обед и сочиняет стихи, которые записывает в особый блокнот. Патерсон, который город, своей неброской тихой бытовой красотой позволяет ему делать свои повседневные дела, рутинные до жути. Утро — поцелуй жены — завтрак — выезд на рейс — обед – стихи — возвращение домой — прогулка с английским бульдогом — час в баре за кружкой пива — сон. И так каждый день. Перед нами проходит неделя; вряд ли она отличается от любой другой.
Патерсона играет Адам Драйвер, актер с большими петлистыми ушами и удивительно отталкивающим лицом. Его герой, впрочем, вызывает раздражение не только внешностью. Своей кропотливой честностью, своей нежной всепоглощающей любовью к жене, красотке Лоре (которая никак не может успокоиться, украшая себя, свои капкейки и дом черно-белыми узорами), своей аккуратностью, своими, твою мать, четкими образами в стихах, своей добротой и пониманием.
Вот в этом месте я понял, что не хочу уходить из зала. Хочу понять, чего же от меня хочет Джим Джармуш, автор многих хороших фильмов и трех великих? Друг Тома Уэйтса, Игги Попа и Нила Янга, автор двух невероятных альбомов (в соавторстве с лютнистом Ван Виссемом), человек, который заставил Джонни Деппа путешествовать по Америке с пулей в сердце, Джо Страммера — буянить в американской глубинке, Роберто Бениньи — возить по ночному Риму мертвого священника, Билла Мюррея — искать своих гипотетических детей, а Фореста Уитекера — читать “Хагакурэ”?
Джим, мой якорь и светоч, чего ты хочешь от меня? Чтобы я принял этого святого за твой новый идеал? Чтобы поверил, что темнокожий рэпер, репетирующий ночью в прачечной, будет вежливым и обходительным, а девочка в розовой куртке — писать стихи и чтить Эмили Дикинсон? Что Лоре (иранка Гольшифте Карахани — невероятная красавица!) с ее расписанной ромбами гитарой и попытками стать звездой кантри, ее взбалмошным дизайнерством и кропотливо кулинарией по душе эта схема во плоти, созерцающая водопад?
Что-то тут не так.
А еще мешают близнецы. Их в фильме очень много. Мальчик, девочки, взрослые; они появляются в первом сне Лоры, а затем то и дело попадаются Патерсону на улицах Патерсона, и что-то же это должно значить? Да, и «Бесконечная шутка», удивительный роман-эксперимент самоубийцы Дэвида Фостера Уоллеса, стоящий рядом с У.К.Уильямсом на полке Патерсона — он ведь тоже не случаен, правда? И японский поэт, пришедший на помощь Патерсону в самую, наверное, трудную секунду его бесцветной, схематичной, красивой и одухотворенной, но такой бессмысленной жизни — он кто?
Да он ангел, ребята. Ангел во плоти, прекрасный, взявшийся, как положено, ниоткуда и ушедший в никуда (ну или в Осаку, хотя кто видел эту Осаку и есть ли она вообще?). А весь этот Патерсон — чистилище, хоть с его концепцией, как я слышал, давно покончено.
И все эти люди, начиная с водителя-поэта и заканчивая рэпером — они давным-давно мертвы, просто не заметили этого. Так бывает. Так оно и есть на экране фильма Джармуша, снятого в городе Патерсон, подернутом дымкой, откуда хочется стремглав бежать к живым, туда, где есть крепкое слово, ржаной виски, визг тормозов, противные сигналы мобильных телефонов, рваные газеты и о котором нам дает понять живой бульдог Марвин — единственное на весь фильм существо со свободой воли и моральным законом внутри, который он с таким удовольствием нарушает.
В одной из первых отечественных рецензий на «Мертвеца» было написано, что этот фильм об искусстве умирать правильно; мысль сомнительная, но, кажется, с «Патерсоном» я ее срифмовал. Жить правильно не менее важно, чем правильно умирать. А иная жизнь — даже самая идеальная — случается, куда хуже смерти.
Об этом, кстати, было в «Ночи на Земле», но это как-нибудь в другой раз.
#USA
#drama
#arthouse
#jimjarmush
#year2016
Paterson
Режиссер Джим Джармуш
США, 2016
Действие фильма происходит в городе Патерсон, штат Нью-Джерси. Героя зовут Патерсон, из Патерсона родом были У.К.Уильямс и Аллен Гинзберг — великие поэты Америки. Собственно, первый из них написал поэму «Патерсон».
Патерсон, который человек, водит по Патерсону-городу автобус, в свободные минуты ест приготовленный женой обед и сочиняет стихи, которые записывает в особый блокнот. Патерсон, который город, своей неброской тихой бытовой красотой позволяет ему делать свои повседневные дела, рутинные до жути. Утро — поцелуй жены — завтрак — выезд на рейс — обед – стихи — возвращение домой — прогулка с английским бульдогом — час в баре за кружкой пива — сон. И так каждый день. Перед нами проходит неделя; вряд ли она отличается от любой другой.
Патерсона играет Адам Драйвер, актер с большими петлистыми ушами и удивительно отталкивающим лицом. Его герой, впрочем, вызывает раздражение не только внешностью. Своей кропотливой честностью, своей нежной всепоглощающей любовью к жене, красотке Лоре (которая никак не может успокоиться, украшая себя, свои капкейки и дом черно-белыми узорами), своей аккуратностью, своими, твою мать, четкими образами в стихах, своей добротой и пониманием.
Вот в этом месте я понял, что не хочу уходить из зала. Хочу понять, чего же от меня хочет Джим Джармуш, автор многих хороших фильмов и трех великих? Друг Тома Уэйтса, Игги Попа и Нила Янга, автор двух невероятных альбомов (в соавторстве с лютнистом Ван Виссемом), человек, который заставил Джонни Деппа путешествовать по Америке с пулей в сердце, Джо Страммера — буянить в американской глубинке, Роберто Бениньи — возить по ночному Риму мертвого священника, Билла Мюррея — искать своих гипотетических детей, а Фореста Уитекера — читать “Хагакурэ”?
Джим, мой якорь и светоч, чего ты хочешь от меня? Чтобы я принял этого святого за твой новый идеал? Чтобы поверил, что темнокожий рэпер, репетирующий ночью в прачечной, будет вежливым и обходительным, а девочка в розовой куртке — писать стихи и чтить Эмили Дикинсон? Что Лоре (иранка Гольшифте Карахани — невероятная красавица!) с ее расписанной ромбами гитарой и попытками стать звездой кантри, ее взбалмошным дизайнерством и кропотливо кулинарией по душе эта схема во плоти, созерцающая водопад?
Что-то тут не так.
А еще мешают близнецы. Их в фильме очень много. Мальчик, девочки, взрослые; они появляются в первом сне Лоры, а затем то и дело попадаются Патерсону на улицах Патерсона, и что-то же это должно значить? Да, и «Бесконечная шутка», удивительный роман-эксперимент самоубийцы Дэвида Фостера Уоллеса, стоящий рядом с У.К.Уильямсом на полке Патерсона — он ведь тоже не случаен, правда? И японский поэт, пришедший на помощь Патерсону в самую, наверное, трудную секунду его бесцветной, схематичной, красивой и одухотворенной, но такой бессмысленной жизни — он кто?
Да он ангел, ребята. Ангел во плоти, прекрасный, взявшийся, как положено, ниоткуда и ушедший в никуда (ну или в Осаку, хотя кто видел эту Осаку и есть ли она вообще?). А весь этот Патерсон — чистилище, хоть с его концепцией, как я слышал, давно покончено.
И все эти люди, начиная с водителя-поэта и заканчивая рэпером — они давным-давно мертвы, просто не заметили этого. Так бывает. Так оно и есть на экране фильма Джармуша, снятого в городе Патерсон, подернутом дымкой, откуда хочется стремглав бежать к живым, туда, где есть крепкое слово, ржаной виски, визг тормозов, противные сигналы мобильных телефонов, рваные газеты и о котором нам дает понять живой бульдог Марвин — единственное на весь фильм существо со свободой воли и моральным законом внутри, который он с таким удовольствием нарушает.
В одной из первых отечественных рецензий на «Мертвеца» было написано, что этот фильм об искусстве умирать правильно; мысль сомнительная, но, кажется, с «Патерсоном» я ее срифмовал. Жить правильно не менее важно, чем правильно умирать. А иная жизнь — даже самая идеальная — случается, куда хуже смерти.
Об этом, кстати, было в «Ночи на Земле», но это как-нибудь в другой раз.
#USA
#drama
#arthouse
#jimjarmush
#year2016
👍10