В комментариях тематического канала про Станислава Лема поделилась своим давним недоумением по поводу одной из сюжетных деталей «Соляриса» - Хари, жена Криса, погибла в 19 лет, а жили вместе они «многие годы». Многие годы – это, как мне кажется, точно дольше трех лет. Единственная приличная версия состояла в том, что они Крис и Хари были ровесниками и очень рано поженились, но нет, вряд ли люди будущего женятся еще в школе, и на момент смерти Хари Крис не был студентом, он уже успел побывать во многих поездках, связанных с ответственной работой.

Вся история гибели Хари выглядит подозрительно: муж сообщает, что после ссоры ушел из дома, через несколько дней вернулся и нашел окоченевший труп жены, сделавшей себе смертельную инъекцию яда, который он же и принес домой из лаборатории «для работы». Что это у психолога за удаленка такая, для которой нужна коллекция ядов, непонятно.

Против очевидной версии убийства есть одно большое возражение – фантом Хари ни в чем не обвиняет Криса. Но он вполне мог убить ее во сне, про громкую ссору мы тоже знаем только от него. Тем более, что она так и описывает свои ощущения: как будто спала и проснулась. В начале романа он стремится отделаться от Хари, возможно, из опасений, что она все расскажет – сначала отправляет на орбиту, потом прикидывает, не задушить ли ее во сне. Потом начинает верить, что она не помнит момента смерти, но тут уже фантомная Хари обретает самосознание, понимает, в чем дело, и решает, что не хочет быть утешением для его нечистой совести.

Я много сотрудничаю с платформой Синхронизациея, потому что они шаг за шагом строят свой познавательный Netflix, где в любой момент можно выбрать курс, который будет вам полезен или доставит удовольствие.

Например, «Как стать коллекционером». Обычно коллекционеров представляют себе в виде одной из карикатурных крайностей: либо богач, который скупает картины на вес, либо трогательный собиратель статуэток слоников. На самом же деле, коллекционирование искусства – это классное хобби, открывающее связь с самыми разными сообществами, причем, хорошая коллекция не обязательно стоит миллионы. Можно найти свою нишу и научиться выбирать, оценивать и покупать стоящие предметы в той категории, которая вам подходит.

Или «Музыкальный клуб» с Анной Виленской – отличный практический способ понять скрытый язык музыки. В лекциях Анна рассказывает о конкретных музыкальных приемах (неквадратность и остинантный ритм!), а специально подобранные плей-листы помогают научиться узнавать их в самых разных произведениях.

Или «Киноклубы с Синхронизацией», которые выведут вечерний кинопросмотр на новый уровень и научиться разбираться в больших и сложных фильмах, а также видеть многослойность казалось бы простых картин. Авторы клуба подготовили программу из 30 знаковых фильмов – хватит на все лето. Перед каждым фильмом смотрите вступительную лекция с пояснениями, на что нужно обратить внимание, потом – собственно кино (которое не входит в курс, фильм нужно добыть самостоятельно любым удобным для вас способом), и после фильма – лекция с разбором, что это было. Думаю, после такой программы мир кино уже не будет прежним.

Это те курсы, которые кажутся мне самыми интересными, но там их еще за сотню, и будут новые. Оптимальный способ доступа – подписка на Синхронизацию. Обычно она оформляется на один год, но сейчас платформа проводит акцию «Вечное лето» и предлагает купить доступ навсегда. Всего будет продано 200 таких неограниченных во времени подписок.

Доступ к «Вечному лету» покупайте здесь по промокоду PROMETA за 29 700 рублей вместо 99 000 рублей. Оплатить можно любыми картами любых банков или оформить рассрочку на четыре платежа.

Реклама. ООО «Культурная платформа «Синхронизация». ИНН 9721220961. Erid: 2W5zFFw98tQ

И слушала вчера лекции из очень сочетающегося с книгой Сапольски курса The Aging Brain. Это The Great Courses, профессор Thad A. Polk, специализируется в картировании мозга с помощью разных видов функциональной компьютерной томографии. Там много общих сведений о старении, которые тащатся из книги в книгу, из курса в курс, но я знала, что так будет. К сожалению, мало авторов готовы сокращать свою аудиторию, отбрасывая длиннейший зачин с общей информацией.

Из того, чего я не знала: в молодом мозгу гораздо выше дифференциация: разные зоны мозга специализируются на разных когнитивных задачах. Дают человеку имена и лица запоминать – активируется одна конкретная область, что-нибудь считать – другая. А у людей постарше на такие же задачи появляется несколько очагов возбуждения. Также с возрастом сеть режима по умолчанию (default mode network, DMN) легче активируется и труднее подавляется.

Это может быть плохой новостью – с годами префронтальная кора начинает хуже подавлять лишнюю активность. Похожее, кстати, считается одной из причин синдрома гиперактивности и дефицита внимания. Или хорошей – мозг подтягивает дополнительные ресурсы для решения задачи. Но, скорее, ничего хорошего в этом нет. Мало того, что ряд ключевых отделов физически теряют объем, так еще и оставшимися мощностями мозг начинает хуже управлять.

Видимо, надо больше медитировать, потому что как раз медитации помогают контролировать DMN.

Следующий кусок курса The Aging Brain – про изменения в эмоциональности. В англоязычной литературе регулярно приводят результаты исследования, которое показывает, что люди 60-70 лет считают себя наиболее счастливыми. И тут автор курса хорошо себя показывает, потому что говорит: не обольщайтесь.

Во-первых, может играть роль эффект когорты: исследование же не изучает эмоциональную жизнь одних и тех же людей на протяжении пятидесяти лет их жизни, а привлекает группы участников в разных возрастах. Есть вероятность, что американские бумеры просто успели в другой экономической ситуации поставить все нужные галочки в списке: купили жилье, вырастили троих детей, собрали деньги для приятной пенсии. Плюс молодежь не считает депрессию или несчастливость признаком полного провала в жизни и готова об этом рассказывать.

Или, говорит нам автор, центры, которые отвечают за генерацию отрицательных эмоций, тревожности, гнева, с годами теряют активность. Или вся эмоциональная сфера гасится и ты становишься просто более равнодушным ко всему.

Круто, профессор, спасибо.

Вчера собирались на первую встречу участников летнего чтения Просветителя и хорошо так обсудили начало Анафем.

Для тех, кто не читал и не очень интересуется темой: Анафем – это рассуждение о природе познания, вариантах обустройства академической жизни, сути математики и разных других вещах, замаскированное под полуторатысячный научно-фантастический роман. Многие авторы отзывов пишут, что это самый сложный из виденных ими художественных текстов. Он и правда небыстро и непрямо читается, что делает его отличным материалом для коллективных читательских наслаждений.

Кроме разного другого, обсуждали еще и свои личные читательские практики применительно к этому роману – кто как читает, что получается. Поскольку Анафем – это перевод с несуществующего языка, то я его читаю как перевод и сличаю еще и с переводом на русский язык (очень хорошим).

И поговорили о том, что Анафем – это не совсем линейный текст, в нем много от нарративной части большой компьютерной игры. Поскольку это говорит специалист-геймдизайнер, то я поверила и рассказала, что у нас на третьем потоке курса одна из участниц делает клуб, в котором будут обсуждаться нарративные компьютерные игры. Пообещала познакомить, тем более, что и дизайнер, и участница курса магическим образом оказались из одного и не самого очевидного европейского города. Так уж работает книга!

Дослушала кратчайший курс The Aging Brain. Кто не курит и не пьет, тот здоровенький умрет – тоже неправда, никаких гарантий в этой игре нет, жертвой энтропии падут все. Мозг стареет чисто физически самыми разными способами одновременно.

Я очень люблю детальные описания «как именно», они для меня самые сподвигающие к действиям. Кому-то нравятся вдохновляющие тексты с красивыми примерами и человеческими историями, на меня это плохо действует, как и вся лирика, а вот развернутая картина того, как мышцы при ходьбе действуют на все системы, поддерживает на пути добродетели.

Кроме того, с прописными истинами есть любопытный поворот. У нас у всех есть гора отдельных утверждений о правильном поведении, впитанных из культуры, поучений старших, интернет-поучений. В большинстве своем они скучные, мы в них как бы верим, но не всегда соблюдаем. Но ведь среди этих банальностей есть абсолютное вранье! На самом деле, фруктовые соки и сухофрукты совершенно не полезны, красное вино не укрепляет сосуды, язву желудка не лечат диетой, женщинам необходимы силовые упражнения, читать в темноте можно (если получается).

В области ЗОЖ дефолтных убеждений особенно много, и, как показывает антропологический подход, они носят больше культурно-социальную природу, чем соответствуют биологии. Культ чистой еды американцев, например. Никто не знает, что такое этот clean eating, ровно как и ПП. Оба понятия – перекрасившиеся хтонические чудовища из далекого прошлого, отражающие, древнейшие представления о чистоте/нечистоте.

Конечно же, важно пересматривать свои представления о жизни. Откуда они вообще взялись? Есть ли у них какие-то объективные основания? Это я слушала когда-то книжку «уличного эпистемолога», который прикапывается к сторонникам теорий заговора и обсуждает с ними, из каких конкретно утверждений состоят их экзотические представления о мире, как именно они пришли к этим тезисам, насколько он убежден в каждом из них. Говорит, многих переубедил. Чем банальней и очевидней кажется идея, тем внимательней стоит в нее вглядеться.

Вот это упражнение я бы проделала коллективно и в формате какой-то длительной работы.

Даже мысль о том, что надо «много ходить» не такая уж бесспорная. Если бы ходьба продевала жизнь, то почтальоны были бы бессмертными. 10 000 шагов – просто красивая цифра, историю которой мы все знаем. Но вот, целый курс от профессора, в котором довольно достоверно обосновывается, что надо, надо каждый день тупо брать и ходить, и ходить. И тренировка тут ничего не меняет. Не хочется, а все равно надо. Хорошо еще, что есть вот такие аудиокурсы, чтобы слушать, пока ходишь.

А уже почти год назад я слушала другой курс про старение Sensation, Perception, and the Aging Process с очень интересной концепцией: детальное разъяснение, как именно деградируют с возрастом основные сенсорные системы: зрение, слух, обоняние, осязание, восприятие боли, мышечное чувство, баланс.

Делала заметки об этом в канале:
- про недооцененное, но жизненно-важное чувство равновесия
- про то, как с годами теряется удовольствие от вкусной еды и что с этим делать
- про слух и его невероятно остроумное устройство.

Краткий вывод – ходить надо, хорошо питаться и хорошо спать надо.. Про шум чуть менее очевидное: надо беречь себя от громких звуков, если есть ситуации, где будет ГРОМКО, то не стесняться надевать беруши. Но энтропия все равно догонит, однажды придет пора обратиться к медитациям и книжке "Мягкое искусство шведской предсмертной уборки".

Прочитала исследование российской популярной музыки переходного периода, то есть, восьмидесятых-девяностых годов прошлого века и немного начала этого «Песни ни о чем? Российская поп-музыка на рубеже эпох: 1980–1990-е» Дарьи Журковой, издательство НЛО.

Это противоположность другого крупного обзора - «Не надо стесняться. История постсоветской поп-музыки в 169 песнях» Горбачева (признан Минюстом РФ иногентом). «Не надо стесняться» построена на большом массиве полевого материала – разговоров с авторами и исполнителями песен. Автор «Песен ни о чем?» не контактирует с обитателями мира попсы даже на расстоянии, как антрополог с опасными людоедами, анализируя только сам материал.

Как мне кажется, книга забрела в неопределенное пространство – безоценочности академического текста там уже нет, а личные гипотезы остаются недосказанными. Но все равно попытка разобраться, какую с какой радостью и с какой болью резонировали хиты прошлого, кем были их лирические герои, как они эволюционировали вместе с обществом – ценная штука.

Для меня там самой интересной частью было описание двух волн музыкальной ностальгии: «Старых песен о главном» начала века и нынешней волне квази-девяностых в популярной музыке. «Старые песни о главном» автор описывает как полностью искусственную конструкцию: первому каналу просто не хватило крепких хитов для трехчасового праздничного шоу (но зачем нужны трехчасовые шоу?), поэтому решили выкрутиться вот так, заодно выстроив альтернативную историю эстрадной музыки – взяли только лирические или шуточные композиции, оставив за скобками песни про труд и героизм. И эта программа выходила всего три года! Я ни разу ее не видела, но думала, что она до сих пор существует.

Вторая волна – квазидевяностые, каком-то смысле, это уже тоже «Старые песни о главном», потому что от ранних девяностых нас отделяет субъективная вечность. Специально нашла упомянутый в книге клип про белые розы/желтые тюльпаны/танцы странные, он даже устроен примерно, как номер из старых песен. Но должна признать, что самоиронии там много – раз, многослойная визуальная цитата, восходящая к «Заблудившемуся трамваю» очень ок – два.

И готово видео встречи книжного клуба METRO, где мы обсуждали прикладную книгу о развитии критического мышления с ее авторами. Это то заседание, когда тема еще интересней самой книги – говорили, прежде всего, о том, можно ли вообще научиться думать.

https://youtu.be/FlXF1Sw0y9o
https://vk.com/video-228741219_456239104

Не опубликовала раньше поздравление МИФ’у c днем рождения, которое он отметил славной книжной вечеринкой. В таких случаях мой дедушка всегда рассказывает анекдот про донских казаков, к которым заехал царь, чье тезоименитство они пропустили, и такие: третий день пьем за ваше здоровье, ваше величество. Ну и я, соответственно.

На вечеринке рассказывала Адель Юсуповой о древних временах, когда МИФ начал издавать самые первые свои книги, и как они выделялись на унылом фоне деловой литературы начала нулевых, которая стремилась или к справочнику по делопроизводству, или к древним мотивационным текстам типа «Думай и богатей».
И отдельно вспоминала детские книги издательства, тоже непохожие ни на сказки про хорошеньких зверушек, ни на бессмысленные детские энциклопедии. Над книгами Дэвида Маколи с его маниакально прорисованными небоскребами и двигателями внутреннего сгорания мы с сыном провели десятки часов.

Недавно как раз разговаривали на вечную тему «как выбирать книги» - ну вот, есть такие издательства, на которые надо смотреть не только как на печатную машинку, но и как на соавторов. Желаю, МИФ, теперь до 30, чтобы уж совсем взрослым стал.

Все чаще слышу неприятную фразу «уже после отпуска» и приятные разговоры про пляжи и дачи, это значит, что пора продолжить разговор о летнем чтении. Как я уже упоминала, пляжные книжки – это пространство крайностей, либо что-то неимоверно увлекательное, что читает себя само, либо ваш личный сорт Роберта Кейро.

Из увлекательного и быстрого – соглашусь со всеми, кто прочитал и похвалил «Веллнес» Натана Хилла, я его сейчас слушаю, это такой немножечко облегченный и ускоренный Франзен. Ну и новый Кинг с его Never Flinch, я прочитала сразу после выхода, старый конь борозды не испортит.

Из серии величественных книг для-лучшей-версии-себя (то, над чем так смеется автор «Веллнеса») – ну, «Заря всего» Дэвида Гребера, в которой он очень долго прорабатывает детские травмы человечества, пытаясь сформулировать новое представление о том, как были устроены древние человеческие общества, не сводя все к несчастным дикарям, умиравшим от первой же инфекции, или к великолепным охотникам-собирателям, которые тратили на добывание еды пару часов в день, а остальное время гуляли и пели песни. Книжка вошла в длинный список премии Просветитель.Перевод, так что вы о ней от меня еще услышите. Ну или "Анафем" Нила Стивенсона - после него вы уже не будете смеяться над миллениалами.

И просто интересные книги:

- Джон Гай, Джулия Фокс. Охота на сокола: Генрих VIII и Анна Болейн: брак, который перевернул устои, потряс Европу и изменил Англию. Читается, как исторический роман, но вообще исследование. Длинный список премии Просветитель.Перевод.
- Мемуары Елизаветы Нарышкиной (издательство НЛО) – светская хроника высшего разряда, самые злые сплетни, самые поразительные истории
- «Кровь и символы», Олег Ивик. Все про человеческие жертвоприношения, очень интересно, особенно, если куда-нибудь в полуденные края возьмете с собой. Серьезно, преувлекательное чтение.

А что у вас? Что повезете на пляж или под смородинов куст?

Хочу поздравить с окончанием потрясающего проекта Ольгу Велавичюте – на днях она завершила цикл работы книжного клуба «В Африку читать», где с группой соумышленников целый год обсуждала романы африканских авторов.

Для меня это совершенно завораживающая концепция.

Во-первых, это гениально придумано чисто тематически. У африканской литературы есть проблема – люди думают, что там будет про душераздирающие колониальные угнетения, тогда как полтора миллиарда человек читают самые разные книги, написанные своими. Развесистые семейные саги, магический реализм, адреналиновые детективы, научную фантастику и дичайшую антинаучную фэнтези, африканские авторы пишут все. Про чудовищные страдания, конечно, тоже есть, многим нравится такое читать.

Другое дело, что вход в непривычную литературную традицию часто требует некоторой навигации, книжный клуб предоставляет для этого идеальный формат.

Во-вторых, я большой сторонник подхода к книжным клубам как к проектам. Как говаривал кратковременный краш одной африканской царицы, для всего есть время насаждать и время вырывать посаженное. Оформленный, концептуализированный, ограниченный по времени совместный забег кажется мне отличным решением. Вот прошел целый читательский год с Африкой – все участники могут теперь отрефлектировать это приключение, праздновать и радоваться.

Список чтения клуба – здесь. Можно найти много интересного для себя, чего бы вы не искали от книги именно сейчас.

Ну и не могу промолчать – Ольга Велавичюте приходила к нам на второй поток курса для организаторов и модератов книжных клубов участников, а на третий – гостевым лектором. Очень этим горжусь!

Раздел #ненайденныйнонфик – есть темы, по которым я бы хотела прочитать хорошую современную книгу, но пока не нашла подходящую.

Например, современные путешествия и туризм. Мне понравилась глава о том, как соцсети изменили все поведение людей на отдыхе в книжке Кати Колпинец «Формула грез. Как соцсети создают наши мечты» - там описывается спектализация туризма, когда оказывается, что в поездке надо производить контент, для которого уже размечены все форматы и правила. У Сюзан Сонтаг в эссе «О фотографии», даром, что написанном страшно давно, тоже рассказывается в деталях, как туристы стали рабами фотокамер.

Но этого мало и тема достойна многих отдельных исследований. Есть очевидные вещи - все хотят быть туристами там, где удобно и хорошо, только нет противных туристов. Если какое-то место прославится, как новое и особенным, туда устремятся толпы, автоматически делая его обычным, а часто и уничтожая вовсе. Путешествие считается отдыхом, но ощущается довольно заметной нагрузкой. Было бы круто про это более системно прочитать.

Посмотрела две относительно новые книжки на тему: The New Tourist: Waking Up to the Power and Perils of Travel – она совсем разряженная, и Airplane Mode: An Irreverent History of Travel – может быть. Там тоже на две трети тревелог, но размышление о путеводителях и их эволюции прикольное – как все они задают современную жесткую рамку путешествия по схеме расселение-достопримечательности-еда.

Недавно пересматривали «О где же ты, брат», и вспомнила фактоид из романа Велнесс, что канонический облик членов Ку Клус Клана – белые балахоны и заостренные капюшоны с дырочками для глаз придумали для фильма «Рождение нации», вышедшего в 1915 году, где ККК изобразили с большой симпатией, и возрожденный клан из фильма-то и узнал, как им надо одеваться, вести себя и строиться ровными рядами. А горящий крест как знак к сбору вроде бы впервые появился в романе "The Clansman" 1905 года.

Этот пример того, как выдуманное становится настоящим, меня живо заинтересовал – практически же «Маятник Фуко» Умберто Эко. На самом деле, какие-то маски на все лицо были и во время Реконструкции, что показывают гравюры того времени. Я еще подумала, как бы было славно, если бы Маргарет Митчелл вставила в свой роман именно простыни на куклусклановцах, заместив образом из фильма реальность, о которой она знала из семейной истории, но нет, там упоминаются только robes, которые надо было сжечь, и что-то, что Ретт Батлер иронически называет nightshirts. Есть небольшая вероятность, что образ чего-то белого и относящегося к постельным принадлежностям взят из «Рождения нации», но не факт. В экранизации унесенных самодеятельных атлантских мстителей в полном облачении не показывают.

Пока искала в тексте точную формулировку, обнаружила смешное ругательство, которое Скарлетт позаимствовала у отца: God’s nightgown. Переводится неконсистентно, то так, то эдак, что досадно, потому что потеряна вполне себе речевая характеристика – больше никто в романе так не ругается.

Про англоязычные ругательства же мне страшно нравится книжка Маквортера про девять нехороших слов - Nine Nasty Words: English in the Gutter: Then, Now, and Forever, в которой он выводит эволюцию бранных слов: что сначала самыми ужасными словами были те, которые связаны с богохульством и поминанием имени божьего всуе. Упомянутая в предыдущем посте «Божья ночнушка» - God’s nightgown заменяет похожее по звучанию и более грубое God damn it.

Вторая волна – все, что связано с телесностью и сексом, что уже совсем растеряло былую остроту. Третья, которую мы наблюдаем сейчас делает табуированным язык ненависти, но и этот барьер крошится. Проблема исполнения трюка «и грязно выругался» стоит как никогда остро. Помню, в чате было обсуждение, что концентрация обсценной лексики в речи героев ивановской «Вегетации» сильно преувеличена, даже работяги-лесорубы так не разговаривают. Может, работяги и не разговаривают, а вот офисы да.

Книжка о путешествиях Airplane Mode: An Irreverent History of Travel имеет одно большое преимущество: ее написала молодая женщина с относительно слабым индийским паспортом, то есть, человек, для которого туризм здорово отличается от туризма среднего автора тревелогов – американца или британца.

Обычно же в таких книжках люди пишут, как им подворачивается билет в Париж, и они, бросив все дела, пускаются в путь, не думая про разные мелочи типа виз и сроков пребывания. А тут реальность человека, которого, скажем, могут конвоировать с полицией на пересадке в европейском городе, потому что для транзита виза не нужна, но мало ли что. Она специально объясняет американскому читателю, на которого ориентирована книга, сложную концепцию сбора приглашения, подтверждений , банковских выписок и виз, которые все вместе не гарантируют, что тебя запустят в страну, даже если ты прилетел к ним читать нобелевскую речь.

И вот она размышляет о том, что в девятнадцатом веке широкую паспортизацию вели во Франции и в других странах Европы, чтобы пейзане лишний раз не появлялись в городах. После Первой мировой войны эту конструкцию начали всерьез распространять на международные перемещения, и Европа энергично переносила систему на колонии, поэтому, например, перемещения по Африке для африканцев могут быть сложнее, чем для большинства жителей стран с сильными паспортами.

Не по теме канала, но я слежу за новостями государственного регулирования инфобиза, поэтому новость о том, что весь огромный сектор индустрии, связанный с эзотерикой, сумел отбиться от запрета на любую рекламу своих услуг, кажется мне интересной.

Получается, что эзотерика работает, обычно же все запреты принимаются. Упомянутые в списке запрещенных профессий маги, ведьмы и медиумы как-то подсобрались, напряглись и изменили будущее. Или же специалисты по сверхъестественному правильно поработали со своей клиентской базой.

Личные гадалки пошли и нагадали, кому надо, вечное перекрытие денежного канала и порчу активов в случае принятия этого закона. Нумерологи увидели проблемы с цифрами на счетах. Астрологи – пожизненный персональный ретроградный Меркурий. Тарологи пообещали в любом раскладе выкладывать 10 мечей, Башню и Дьявола. А игропрактики отказались играть.