Дар
Когда я слышу слово «эмпатия», меня бросает в холодный пот.
Моя эмпатия — это что-то на уровне Прю из «Зачарованных». К сожалению (а иногда и к счастью), я чувствую боль, радость, обиду или восторг ровно в той концентрации, в какой их проживает собеседник.
На работе, например, я могу без единого слова понять, что у кого-то роман. Недавно коллега помирился со своей любимой девушкой, и я просто почувствовала это, хотя мы работаем онлайн. И наоборот: стоит кому-то задуматься об увольнении — мне рядом с ним становится тяжело, как будто мы уже прощаемся.
Самое сложное — это общение с пользователями. Их боль я не просто слышу, я проживаю её, как свою. От этого устаёшь быстрее, чем от трёхчасового совещания.
Эмпатия — мой тихий кошмар. Из-за неё я выгораю, становлюсь циничной и лишаюсь приятной роскоши удивляться. Сюрпризы в моей жизни вымерли как мамонты — я всегда знаю, что будет дальше.
Но потом я встречаю людей, у которых эмпатии нет вообще. Они не читают комнату, не улавливают настроения, врываются со словами и действиями, как слон в посудной лавке. И в этот момент мои страдания немного тускнеют.
Эмпатия — мой крест. Но, кажется, именно она делает меня мной: даёт возможность чувствовать мир до мурашек, рассказывать о нём так, чтобы отзывалось в других. И, главное, именно из-за неё вокруг меня всегда так много любви.
Когда я слышу слово «эмпатия», меня бросает в холодный пот.
Моя эмпатия — это что-то на уровне Прю из «Зачарованных». К сожалению (а иногда и к счастью), я чувствую боль, радость, обиду или восторг ровно в той концентрации, в какой их проживает собеседник.
На работе, например, я могу без единого слова понять, что у кого-то роман. Недавно коллега помирился со своей любимой девушкой, и я просто почувствовала это, хотя мы работаем онлайн. И наоборот: стоит кому-то задуматься об увольнении — мне рядом с ним становится тяжело, как будто мы уже прощаемся.
Самое сложное — это общение с пользователями. Их боль я не просто слышу, я проживаю её, как свою. От этого устаёшь быстрее, чем от трёхчасового совещания.
Эмпатия — мой тихий кошмар. Из-за неё я выгораю, становлюсь циничной и лишаюсь приятной роскоши удивляться. Сюрпризы в моей жизни вымерли как мамонты — я всегда знаю, что будет дальше.
Но потом я встречаю людей, у которых эмпатии нет вообще. Они не читают комнату, не улавливают настроения, врываются со словами и действиями, как слон в посудной лавке. И в этот момент мои страдания немного тускнеют.
Эмпатия — мой крест. Но, кажется, именно она делает меня мной: даёт возможность чувствовать мир до мурашек, рассказывать о нём так, чтобы отзывалось в других. И, главное, именно из-за неё вокруг меня всегда так много любви.
❤212
Моя любимая работа
Мне часто говорят, что у меня скучная работа. Коробки какие-то пыльные, контейнеры, склады на задворках городов, грязные грузовики с измятыми бортами.
А я свою работу вижу совсем иначе.
Вот, например, известно ли вам, что успех любой военной операции всегда упирается в длину и надежность цепи поставок? Если цепь удается наладить, шанс выиграть улетает в небеса.
Логистика вообще началась почти сразу после появления людей. Мы еще в шкурах ходили, а уже таскали с собой пожитки и что-то меняли на дороге. И, честно говоря, именно это нас и вытянуло вперед. Если бы люди сидели на месте и никуда ничего не возили, мы бы до сих пор бодались за лучшее место у костра.
Великий шелковый путь? Великие географические открытия? Любое великое — всегда связано с перемещением.
Даже современные штуки вроде биг дата и машинного обучения — они не просто так появились, а из-за задач логистики.
Чтобы вы сейчас взяли в руки телефон и прочли этот текст, тысячи людей и сотни машин сначала сделали свое дело: кто-то погрузил, кто-то перевез, кто-то разгрузил. Ваш завтрак, любимая футболка, книжка на вечер, подарок для ребенка, таблетки от головной боли — все это оказывается у вас ровно тогда и в том виде, как надо, только потому, что кто-то вроде меня делает эту «скучную» работу.
Для меня она не скучная. Для меня она — как кровеносная система: ее не видно, но если ее перекрыть, жить станет невозможно. Она редко становится темой для болтовни с подружками, но без нее не было бы ни прогресса, ни самого мира, к которому мы привыкли.
И, знаете, мне кажется, так можно смотреть на любую работу. Может, вы чините лифты, пишете инструкции к бытовой технике, обслуживаете серверы, шьете обувь или следите, чтобы вода в бассейне была чистой. Может казаться, что это мелочи. Но когда мелочи складываются вместе, мир начинает работать как надо. И, возможно, именно вы — та самая незаметная деталь, без которой все развалится.
Мне часто говорят, что у меня скучная работа. Коробки какие-то пыльные, контейнеры, склады на задворках городов, грязные грузовики с измятыми бортами.
А я свою работу вижу совсем иначе.
Вот, например, известно ли вам, что успех любой военной операции всегда упирается в длину и надежность цепи поставок? Если цепь удается наладить, шанс выиграть улетает в небеса.
Логистика вообще началась почти сразу после появления людей. Мы еще в шкурах ходили, а уже таскали с собой пожитки и что-то меняли на дороге. И, честно говоря, именно это нас и вытянуло вперед. Если бы люди сидели на месте и никуда ничего не возили, мы бы до сих пор бодались за лучшее место у костра.
Великий шелковый путь? Великие географические открытия? Любое великое — всегда связано с перемещением.
Даже современные штуки вроде биг дата и машинного обучения — они не просто так появились, а из-за задач логистики.
Чтобы вы сейчас взяли в руки телефон и прочли этот текст, тысячи людей и сотни машин сначала сделали свое дело: кто-то погрузил, кто-то перевез, кто-то разгрузил. Ваш завтрак, любимая футболка, книжка на вечер, подарок для ребенка, таблетки от головной боли — все это оказывается у вас ровно тогда и в том виде, как надо, только потому, что кто-то вроде меня делает эту «скучную» работу.
Для меня она не скучная. Для меня она — как кровеносная система: ее не видно, но если ее перекрыть, жить станет невозможно. Она редко становится темой для болтовни с подружками, но без нее не было бы ни прогресса, ни самого мира, к которому мы привыкли.
И, знаете, мне кажется, так можно смотреть на любую работу. Может, вы чините лифты, пишете инструкции к бытовой технике, обслуживаете серверы, шьете обувь или следите, чтобы вода в бассейне была чистой. Может казаться, что это мелочи. Но когда мелочи складываются вместе, мир начинает работать как надо. И, возможно, именно вы — та самая незаметная деталь, без которой все развалится.
❤203
Случай на концерте Coldplay
Я не из тех, кто будет перетряхивать чужие фотки ради лайков. Так что без картинок.
Историю все уже знают: на концерте Coldplay камера зацепила CEO и HRD компании Astronomer. Пара явно не ожидала попасть в прямой эфир, особенно с таким лицом, как будто их только что застукали на складе с конфетами. Сюрприз оказался двойным — и для них, и для их домашних. Совет директоров, думаю, тоже увидел их под новым углом.
Дальше всё пошло по классике: увольнения, извинения в стиле «нам очень жаль, что вы всё это увидели» и толпа блогеров, которые радостно облизывают чужую драму под видом защиты морали. Мемов про внешность героев наделали столько, что можно иллюстрировать школьный учебник по буллингу.
Большинство браков держатся на инерции и бытовом страхе перемен. Разводы, психотерапия, кислые лица пар в кафе — это статистика, а не исключение. Даже у топ-менеджеров. Особенно у топ-менеджеров. Два человека, которые каждый день решают одни и те же задачи и горят на одних и тех же совещаниях, сближаются куда быстрее, чем те, кто по вечерам молча листает ленту рядом на диване.
Я не оправдываю измен. Это всегда некрасиво. Но и делать вид, что люди с «С-level» святые — наивно.
Отдельная история — это, конечно, видео. Когда я иду на концерт, я не подписываюсь, что моё лицо могут транслировать, увеличивать до размеров многоэтажки и раздавать в мемы на десерт. Закон о персональных данных сюда еще не доехал?
Ну и напоследок, слово о моралистах из инстаграмов и советов директоров. Громко осуждают, а сами засыпают рядом с человеком, которого мысленно уже переселили в другую комнату.
Иногда (всегда) лучше следить за собой, чем разглядывать чужие лица на экранах. Мы все одинаковые живые люди, просто у кого-то грехи на видео попадают, а у кого-то нет.
«Кто из вас без греха, первый брось в неё камень».
Я не из тех, кто будет перетряхивать чужие фотки ради лайков. Так что без картинок.
Историю все уже знают: на концерте Coldplay камера зацепила CEO и HRD компании Astronomer. Пара явно не ожидала попасть в прямой эфир, особенно с таким лицом, как будто их только что застукали на складе с конфетами. Сюрприз оказался двойным — и для них, и для их домашних. Совет директоров, думаю, тоже увидел их под новым углом.
Дальше всё пошло по классике: увольнения, извинения в стиле «нам очень жаль, что вы всё это увидели» и толпа блогеров, которые радостно облизывают чужую драму под видом защиты морали. Мемов про внешность героев наделали столько, что можно иллюстрировать школьный учебник по буллингу.
Большинство браков держатся на инерции и бытовом страхе перемен. Разводы, психотерапия, кислые лица пар в кафе — это статистика, а не исключение. Даже у топ-менеджеров. Особенно у топ-менеджеров. Два человека, которые каждый день решают одни и те же задачи и горят на одних и тех же совещаниях, сближаются куда быстрее, чем те, кто по вечерам молча листает ленту рядом на диване.
Я не оправдываю измен. Это всегда некрасиво. Но и делать вид, что люди с «С-level» святые — наивно.
Отдельная история — это, конечно, видео. Когда я иду на концерт, я не подписываюсь, что моё лицо могут транслировать, увеличивать до размеров многоэтажки и раздавать в мемы на десерт. Закон о персональных данных сюда еще не доехал?
Ну и напоследок, слово о моралистах из инстаграмов и советов директоров. Громко осуждают, а сами засыпают рядом с человеком, которого мысленно уже переселили в другую комнату.
Иногда (всегда) лучше следить за собой, чем разглядывать чужие лица на экранах. Мы все одинаковые живые люди, просто у кого-то грехи на видео попадают, а у кого-то нет.
«Кто из вас без греха, первый брось в неё камень».
❤229
Во втором классе к нам пришел новенький — назовём его Костя. Он был собран из деталей, которые выбирают жертвой: косоглазие, заикание, фамилия звучит как марка туалетной бумаги. Учился он плохо, и опция «дай списать — и отвалят» ему была закрыта.
Родители у Кости были состоятельные и не слепые. Репетиторы, охранники, стратегические чаепития с правильными мамами, щедрые пожертвования школе — они пробовали всё, что могли купить, но никакие деньги не отменяют школьную физику: там энергия стаи ищет выход. Пацанам нужно было кого-то «потренировать», и на эту роль Костя подходил так идеально, что мне хотелось кинуть в эту систему стул.
Я пыталась его прикрывать как умела. Мне хотелось стать для него бронёй, потому что в нём я узнавала себя — серый нестатусный утёнок, который вроде бы и не сделал ничего ужасного, а получает по полной. У меня, в отличие от него, был козырь: я училась хорошо и могла «раздать списать» так, чтобы на время от него отвалили. Но этого было мало.
Костя страдал ежедневно — не фигурально, а по-настоящему: с красными глазами, со срывами, с отчаянными ударами в ответ, от которых мне казалось, кто-то точно умрет.
Время шло, и он на ощупь искал угол, где не больно. От бессилия он записался в школьный театр — и там случилась магия. Сцена оказалась безопасной территорией, где над ним не смеялись, а смеялись вместе с ним, где его зажатость превращалась в силу, а бесконечные унижения вдруг обернулись раскрепощением. Потом его позвали в школьную команду КВН, и это была новая орбита: там нашлись два авторитетных хулигана, которые его приняли, и вокруг Кости стала нарастать иная гравитация. Девочки просили автограф, мальчики — придумывали поводы «задружиться», и эпоха, где он был мишенью, сменилась эпохой, где он стал как кот, объевшийся сметаны: довольный, ленивый в хорошем смысле и — главное — спокойный.
С некоторых пор меня не отпускает одна мысль. Я много лет строила лидерскую модель на принципе «поднажать, выдрессировать, укрепить и подстроить». Она помогала мне взлетать, когда рядом были люди похожего кроя — жёсткие, быстрые, прямые. Но чем больше моя команда, тем заметнее, что это живые, очень разные люди; среди них есть мягкие, дипломатичные, сомневающиеся, и именно поэтому талантливые в тех задачах, где я туплю. Я пыталась гнуть их в знакомую мне стойку — и получала выгорания, истерики, уходы.
И я всё чаще ловлю себя на желании позвать каждого из них не «в строй», а «в свою команду КВН». Как дать человеку не мой рычаг, а его рычаг? Как говорить так, чтобы в нём поднималась сила — не моя, а его собственная? И я чувствую, как моя старая система таблиц, оценок и жёстких фидбеков потихоньку уходит, уступая место разговорам, похвале без слащавости, совместному размышлению, коучингу, менторству, подбадриванию — всему тому, что раньше казалось мне пустой демагогией, а теперь вдруг работает лучше хлыста.
Мир не переполнен талантами. Иногда талантливый человек плохо видит, спотыкается на словах, не умеет дать сдачи и за это бессовестно получает по рукам — это не делает его менее одарённым, это просто усложняет задачу менеджеру, который рядом. Но я четко понимаю: если я научусь находить для таких людей их сцену, их команду, их безопасный свет — я получу доступ к чему-то вроде философского камня, который превращает боль в пользу, слабость — в стиль, а одиночество — в аплодисменты.
И мне дико хочется в это верить не из книжной мудрости, а потому что я видела, как когда-то один мальчик нашёл свой способ не умирать каждый день и стал жить.
Родители у Кости были состоятельные и не слепые. Репетиторы, охранники, стратегические чаепития с правильными мамами, щедрые пожертвования школе — они пробовали всё, что могли купить, но никакие деньги не отменяют школьную физику: там энергия стаи ищет выход. Пацанам нужно было кого-то «потренировать», и на эту роль Костя подходил так идеально, что мне хотелось кинуть в эту систему стул.
Я пыталась его прикрывать как умела. Мне хотелось стать для него бронёй, потому что в нём я узнавала себя — серый нестатусный утёнок, который вроде бы и не сделал ничего ужасного, а получает по полной. У меня, в отличие от него, был козырь: я училась хорошо и могла «раздать списать» так, чтобы на время от него отвалили. Но этого было мало.
Костя страдал ежедневно — не фигурально, а по-настоящему: с красными глазами, со срывами, с отчаянными ударами в ответ, от которых мне казалось, кто-то точно умрет.
Время шло, и он на ощупь искал угол, где не больно. От бессилия он записался в школьный театр — и там случилась магия. Сцена оказалась безопасной территорией, где над ним не смеялись, а смеялись вместе с ним, где его зажатость превращалась в силу, а бесконечные унижения вдруг обернулись раскрепощением. Потом его позвали в школьную команду КВН, и это была новая орбита: там нашлись два авторитетных хулигана, которые его приняли, и вокруг Кости стала нарастать иная гравитация. Девочки просили автограф, мальчики — придумывали поводы «задружиться», и эпоха, где он был мишенью, сменилась эпохой, где он стал как кот, объевшийся сметаны: довольный, ленивый в хорошем смысле и — главное — спокойный.
С некоторых пор меня не отпускает одна мысль. Я много лет строила лидерскую модель на принципе «поднажать, выдрессировать, укрепить и подстроить». Она помогала мне взлетать, когда рядом были люди похожего кроя — жёсткие, быстрые, прямые. Но чем больше моя команда, тем заметнее, что это живые, очень разные люди; среди них есть мягкие, дипломатичные, сомневающиеся, и именно поэтому талантливые в тех задачах, где я туплю. Я пыталась гнуть их в знакомую мне стойку — и получала выгорания, истерики, уходы.
И я всё чаще ловлю себя на желании позвать каждого из них не «в строй», а «в свою команду КВН». Как дать человеку не мой рычаг, а его рычаг? Как говорить так, чтобы в нём поднималась сила — не моя, а его собственная? И я чувствую, как моя старая система таблиц, оценок и жёстких фидбеков потихоньку уходит, уступая место разговорам, похвале без слащавости, совместному размышлению, коучингу, менторству, подбадриванию — всему тому, что раньше казалось мне пустой демагогией, а теперь вдруг работает лучше хлыста.
Мир не переполнен талантами. Иногда талантливый человек плохо видит, спотыкается на словах, не умеет дать сдачи и за это бессовестно получает по рукам — это не делает его менее одарённым, это просто усложняет задачу менеджеру, который рядом. Но я четко понимаю: если я научусь находить для таких людей их сцену, их команду, их безопасный свет — я получу доступ к чему-то вроде философского камня, который превращает боль в пользу, слабость — в стиль, а одиночество — в аплодисменты.
И мне дико хочется в это верить не из книжной мудрости, а потому что я видела, как когда-то один мальчик нашёл свой способ не умирать каждый день и стал жить.
❤279
Лет с восемнадцати у меня не было проблем с тем, чтобы нравиться парням — выдающейся красавицей я никогда не была, но довольно рано разобралась, как работает харизма в связке с характером. Этого хватило, чтобы мир раскололся на два лагеря — «хорошие девочки», которые делают всё «правильно», и «плохие», где со спокойной совестью обосновалась я.
Потом всё пошло по предсказуемому сценарию: моё умение нравиться те самые «хорошие» быстро окрестили проституцией — и если человеку повторять это достаточно настойчиво, он в какой-то момент перестаёт спорить и начинает примерять ярлык на себя. Я тоже примерила и поймала себя на мысли, что, возможно, я действительно «плохая».
Дальше я резко росла в карьере: молодой руководитель, открытое несогласие на планёрках, резкие формулировки там, где принято благодарить вселенную, иногда злость, иногда эгоизм, иногда такой честный цинизм, что у людей в блокнотах ломался маркер на слове «эмпатия».
И на этом фоне сияли они — хорошие, позитивные, без единой трещинки: не циничны, не осуждают, не сплетничают, а если вдруг сорвётся «пиздец», сначала извинятся, потом продышат его маткой, потом выложат сториз «выбираю свет» и отправятся дальше вдохновлять; чаще всего, правда, вдохновляют они свой инстаграм, но это уже детали.
Я правда считаю, что каждый волен быть кем угодно, и запреты здесь ничему не помогают. Но беда в том, что их «хорошесть» держится не на мышцах, а на декоре: они «не сплетничают», потому что не выдерживают критику в свою сторону; они «не встречаются с разными», потому что не умеют заинтересовать; они «не ныряют в работу с головой», потому что мотивации хватает на чек-лист «не токсичности», а на таску с дедлайном — нет.
И самое неприятное даже не это — хуже то, что их сахарная пропаганда заставляет обычных живых людей, которые иногда могут прихлопнуть паука, накричать на сотрудника или проснуться с честной мыслью «да пошло оно всё», чувствовать себя грязными и неисправными, как будто софт внутри них несовместим с последней версией осознанности. Ты смотришь на эти сияющие лица и ловишь себя на том, что начинаешь прятать собственных демонов под праздничной юбкой из аффирмаций — до первого прорыва трубы.
Мой текст — для тех, кто привык записывать себя в «плохие»: с вами всё в порядке, вы сделаны из плоти, крови и костей, а не из манифестаций благодарности и дыхательных практик, и если будете продолжать цементировать своих чертей улыбками на восемь секунд, кран сорвёт в самый неудобный момент.
Не прекращайте быть собой, оставьте себе право на злость, на честность и на смешной, нелепый, но очень живой выбор — потому что «плохие» вы только в чьей-то чужой методичке, а в реальности вы — самые настоящие.
Потом всё пошло по предсказуемому сценарию: моё умение нравиться те самые «хорошие» быстро окрестили проституцией — и если человеку повторять это достаточно настойчиво, он в какой-то момент перестаёт спорить и начинает примерять ярлык на себя. Я тоже примерила и поймала себя на мысли, что, возможно, я действительно «плохая».
Дальше я резко росла в карьере: молодой руководитель, открытое несогласие на планёрках, резкие формулировки там, где принято благодарить вселенную, иногда злость, иногда эгоизм, иногда такой честный цинизм, что у людей в блокнотах ломался маркер на слове «эмпатия».
И на этом фоне сияли они — хорошие, позитивные, без единой трещинки: не циничны, не осуждают, не сплетничают, а если вдруг сорвётся «пиздец», сначала извинятся, потом продышат его маткой, потом выложат сториз «выбираю свет» и отправятся дальше вдохновлять; чаще всего, правда, вдохновляют они свой инстаграм, но это уже детали.
Я правда считаю, что каждый волен быть кем угодно, и запреты здесь ничему не помогают. Но беда в том, что их «хорошесть» держится не на мышцах, а на декоре: они «не сплетничают», потому что не выдерживают критику в свою сторону; они «не встречаются с разными», потому что не умеют заинтересовать; они «не ныряют в работу с головой», потому что мотивации хватает на чек-лист «не токсичности», а на таску с дедлайном — нет.
И самое неприятное даже не это — хуже то, что их сахарная пропаганда заставляет обычных живых людей, которые иногда могут прихлопнуть паука, накричать на сотрудника или проснуться с честной мыслью «да пошло оно всё», чувствовать себя грязными и неисправными, как будто софт внутри них несовместим с последней версией осознанности. Ты смотришь на эти сияющие лица и ловишь себя на том, что начинаешь прятать собственных демонов под праздничной юбкой из аффирмаций — до первого прорыва трубы.
Мой текст — для тех, кто привык записывать себя в «плохие»: с вами всё в порядке, вы сделаны из плоти, крови и костей, а не из манифестаций благодарности и дыхательных практик, и если будете продолжать цементировать своих чертей улыбками на восемь секунд, кран сорвёт в самый неудобный момент.
Не прекращайте быть собой, оставьте себе право на злость, на честность и на смешной, нелепый, но очень живой выбор — потому что «плохие» вы только в чьей-то чужой методичке, а в реальности вы — самые настоящие.
❤202
Болтали недавно с подругой про троих наших знакомых мужчин-основателей крупных компаний и то, почему все их жены — домохозяйки. Если что, моя подруга домохозяйка, и каких-то предрассудков у нас нет: домохозяйка домохозяйке рознь. Но вот у этих троих товарищей как на подбор такие партнеры, что в их обществе цветы вянут. Не инициативные, очень очень тревожные, мнительные, тяжелые как гиря.
Вообщем-то, нам было не очень интересно обсуждать конкретно эти примеры. Увлекательно было в целом пофилософствовать на предмет того, как люди выбирают себе партнеров.
И тут моя подруга с легкой руки бросила фразу: «у каждого та жена, которую он заслуживает».
Мне эта фраза вонзилась в голову, и я кручу ее уже пару месяцев. Настолько она звучит просто, понятно и правдиво.
У каждого та жена, на которую ему хватило сил и смелости, самоуверенности, честности и чести, мозгов, прости господи.
И применимо это не только к жене. К мужу. К друзьям.
Но, что по моей части — к команде.
У каждого та команда, которую он заслуживает.
Поэтому если вы пришли в компанию, а там одни орки. Всмотритесь еще раз в лицо основателя, там можно разглядеть что-то очень интересное.
Вообщем-то, нам было не очень интересно обсуждать конкретно эти примеры. Увлекательно было в целом пофилософствовать на предмет того, как люди выбирают себе партнеров.
И тут моя подруга с легкой руки бросила фразу: «у каждого та жена, которую он заслуживает».
Мне эта фраза вонзилась в голову, и я кручу ее уже пару месяцев. Настолько она звучит просто, понятно и правдиво.
У каждого та жена, на которую ему хватило сил и смелости, самоуверенности, честности и чести, мозгов, прости господи.
И применимо это не только к жене. К мужу. К друзьям.
Но, что по моей части — к команде.
У каждого та команда, которую он заслуживает.
Поэтому если вы пришли в компанию, а там одни орки. Всмотритесь еще раз в лицо основателя, там можно разглядеть что-то очень интересное.
❤171
The truth is, I’m really in pursuit of greatness. I want to be one of the greats.
Так сказал Тимоти Шаламе во время награждения на SAG Awards 2025, и, разумеется, сразу был обвинен в нарциссизме, неврозе и возмутительном нежелании скрывать свои амбиции. Ведь принято скорее нести как знамя свой баланс, ни за что не говорить о работе в баре в пятницу вечером, а произносить фразу «я хочу большего» только во время пресного перфоманс ревью.
Но вот я призналась себе, что, как и Тимоти, стремлюсь к величию. Хочу стать великой в своей профессии, хочу чувствовать страсть, хочу неординарный результат, и не хочу диссоциироваться со своим телом минимум на 8 часов 5 дней в неделю. Поэтому я начала думать, что меня, как маркетолога, может к этому привести.
В начале мне казалось, что это ресурсы: love бренд, какие угодно разработчики и аналитики, семизначные рекламные бюджеты, и если не большой штат, то как минимум целый веер агентств.
Но сюрприз-сюрприз, пару раз столкнувшись с реальностью, стало понятно, что даже такие великолепные компании жуют сопли, бестолково нанимают, не менее бестолково тратят свои безграничные бюджеты. А еще эта сытость, особенно со временем, идет в комплекте с цинизмом, безразличием, формальностями, ВП, ЧП, и ebitda как единственными ориентирами. Работает ли вообще наш продукт? Наверное, скорее да…Реально ли он помогает пользователям? Может быть, каким-то, не важно! Есть ли у нас как у команды общая мечта, миссия, хоть общие шутки? Космически похуй!
Маркетолог из такой среды может сделать модную посадочную страницу, найти для нее трендовые слова, продумать воронку продаж, поставить сейлзов, заработать на этом n денег, и все это с процессами и красивыми дашбордами. Это все будет прекрасно смотреться в его LinkedIn, и даже задачи бизнеса решаются, ROMI сложился в приятный процент. Но готова ли я назвать его великим? Нет, не готова.
Сейчас мой ответ — идея. Идея как причина по которой мы все собрались здесь, единственное лекарство от бессмысленности, энтропии и ощущения прозябания. Идея, которая лежит в основе всего — ценности продукта, маркетинга, tone of voice, обещаний на лендингах, рассказа о компании на собеседованиях. Идея спасет от наивной рекламы, поможет выстоять даже при непростых рыночных условиях, поймать азарт, не сдаваться. И, возможно, есть шанс, что потом к этой идее добавятся ресурсы и новые сильные люди, а там и до величия не так далеко.
Так сказал Тимоти Шаламе во время награждения на SAG Awards 2025, и, разумеется, сразу был обвинен в нарциссизме, неврозе и возмутительном нежелании скрывать свои амбиции. Ведь принято скорее нести как знамя свой баланс, ни за что не говорить о работе в баре в пятницу вечером, а произносить фразу «я хочу большего» только во время пресного перфоманс ревью.
Но вот я призналась себе, что, как и Тимоти, стремлюсь к величию. Хочу стать великой в своей профессии, хочу чувствовать страсть, хочу неординарный результат, и не хочу диссоциироваться со своим телом минимум на 8 часов 5 дней в неделю. Поэтому я начала думать, что меня, как маркетолога, может к этому привести.
В начале мне казалось, что это ресурсы: love бренд, какие угодно разработчики и аналитики, семизначные рекламные бюджеты, и если не большой штат, то как минимум целый веер агентств.
Но сюрприз-сюрприз, пару раз столкнувшись с реальностью, стало понятно, что даже такие великолепные компании жуют сопли, бестолково нанимают, не менее бестолково тратят свои безграничные бюджеты. А еще эта сытость, особенно со временем, идет в комплекте с цинизмом, безразличием, формальностями, ВП, ЧП, и ebitda как единственными ориентирами. Работает ли вообще наш продукт? Наверное, скорее да…Реально ли он помогает пользователям? Может быть, каким-то, не важно! Есть ли у нас как у команды общая мечта, миссия, хоть общие шутки? Космически похуй!
Маркетолог из такой среды может сделать модную посадочную страницу, найти для нее трендовые слова, продумать воронку продаж, поставить сейлзов, заработать на этом n денег, и все это с процессами и красивыми дашбордами. Это все будет прекрасно смотреться в его LinkedIn, и даже задачи бизнеса решаются, ROMI сложился в приятный процент. Но готова ли я назвать его великим? Нет, не готова.
Сейчас мой ответ — идея. Идея как причина по которой мы все собрались здесь, единственное лекарство от бессмысленности, энтропии и ощущения прозябания. Идея, которая лежит в основе всего — ценности продукта, маркетинга, tone of voice, обещаний на лендингах, рассказа о компании на собеседованиях. Идея спасет от наивной рекламы, поможет выстоять даже при непростых рыночных условиях, поймать азарт, не сдаваться. И, возможно, есть шанс, что потом к этой идее добавятся ресурсы и новые сильные люди, а там и до величия не так далеко.
❤98
Последние три дня я чувствовала себя очень счастливой, сейчас расскажу, почему.
В какой-то момент я поймала себя на том, что живу, как будто у меня над головой висит судейский свисток. Всё время нужно к кому-то прислушиваться. Только вот непонятно — к кому.
К политикам? Людям, которые меняются чаще, чем я успеваю выучить их фамилии, и при этом ссорятся внутри собственной партии, словно в чате одноклассников. Они не могут договориться друг с другом, но почему-то уверены, что должны решать, как жить мне.
Или к религиозным лидерам? Дружно вспоминаем Генриха VIII. Человек просто хотел развестись. Католическая церковь сказала «нет». Генрих сказал «ладно, теперь у нас другая церковь». Тысячи книг, институтов, правил — а в основе история про один несостоявшийся развод. И мне теперь по этим правилам жить?
Ладно, может, послушаем предпринимателей. Этих ребят, которые начинают утро с ледяной ванны, день с кетамина, а вечер — с подкаста про осознанность. У них в биографиях всегда есть момент «и тут мне повезло», но в книгах эта строчка почему-то исчезает.
Фольклор? «Любишь кататься — люби саночки возить». Я каждый раз представляю анонимного мужика, который это сказал. Может, он бухой свалился с саней и решил оправдаться? А теперь мы обязаны жить по его афоризму.
В какой-то момент я реально заебалась искать, к кому прислушиваться. И решила, что я могу доверять только себе. И ещё людям, которые рядом и проживают со мной мою жизнь: семье, друзьям, тем, кто знают меня и не отворачиваются.
У такого подхода масса недостатков. Например, если я накосячу, то не смогу обвинить во всем правых, чертовых кардиналов или Илона Маска. Придется самой расхлебывать, страдать и разбираться с последствиями.
Но и плюсов здесь — множество. Если мне повезет, и, допустим, со мной случится успех, то это будет мой личный успех, и все дивиденды достанутся мне (ну еще моим подружкам, которые читают мой канал, поэтому лучше написать, что я точно поделюсь). А еще ощущение свободы и счастья, от которого я, например, иду утром и улыбаюсь.
В какой-то момент я поймала себя на том, что живу, как будто у меня над головой висит судейский свисток. Всё время нужно к кому-то прислушиваться. Только вот непонятно — к кому.
К политикам? Людям, которые меняются чаще, чем я успеваю выучить их фамилии, и при этом ссорятся внутри собственной партии, словно в чате одноклассников. Они не могут договориться друг с другом, но почему-то уверены, что должны решать, как жить мне.
Или к религиозным лидерам? Дружно вспоминаем Генриха VIII. Человек просто хотел развестись. Католическая церковь сказала «нет». Генрих сказал «ладно, теперь у нас другая церковь». Тысячи книг, институтов, правил — а в основе история про один несостоявшийся развод. И мне теперь по этим правилам жить?
Ладно, может, послушаем предпринимателей. Этих ребят, которые начинают утро с ледяной ванны, день с кетамина, а вечер — с подкаста про осознанность. У них в биографиях всегда есть момент «и тут мне повезло», но в книгах эта строчка почему-то исчезает.
Фольклор? «Любишь кататься — люби саночки возить». Я каждый раз представляю анонимного мужика, который это сказал. Может, он бухой свалился с саней и решил оправдаться? А теперь мы обязаны жить по его афоризму.
В какой-то момент я реально заебалась искать, к кому прислушиваться. И решила, что я могу доверять только себе. И ещё людям, которые рядом и проживают со мной мою жизнь: семье, друзьям, тем, кто знают меня и не отворачиваются.
У такого подхода масса недостатков. Например, если я накосячу, то не смогу обвинить во всем правых, чертовых кардиналов или Илона Маска. Придется самой расхлебывать, страдать и разбираться с последствиями.
Но и плюсов здесь — множество. Если мне повезет, и, допустим, со мной случится успех, то это будет мой личный успех, и все дивиденды достанутся мне (ну еще моим подружкам, которые читают мой канал, поэтому лучше написать, что я точно поделюсь). А еще ощущение свободы и счастья, от которого я, например, иду утром и улыбаюсь.
❤157
Боже, какой пустяк
Когда мой препод по PCM заканчивал последнюю лекцию, он подарил каждому ученику пару предложений, не как препод, а как коуч.
Мне он сказал примерно следующее: «Валерия, нужно понять, что не у всех вопросов есть ответы. И некоторые вещи просто не будут работать для тебя так, как ты хочешь, чтобы они работали. И их нужно оставить».
Дин запустил во мне процессы, которые запустились бы и без него.
«Когда Христу было около 33 лет — это традиционно считается возрастом его распятия.
По Евангелиям, именно в этом возрасте завершилось его земное служение. После трёх лет проповедей, чудес, споров с фарисеями и путешествий по Галилее и Иудее, он вошёл в Иерусалим, где вскоре был предан одним из учеников — Иудой Искариотом. Его арестовали, судили у Понтия Пилата, приговорили к распятию, и он умер на кресте.
Через три дня после смерти, согласно христианскому вероучению, Христос воскрес — это событие считается центральным смыслом христианства, символом победы жизни над смертью и прощения над виной.»
Я думала, что сила в действии, в решении, в старании, в воле, в дисциплине. И я всю жизнь вела себя по этим принципам — я разберусь, я решу, я придумаю, я проконтролиоую, я изменю, я исправлю, я буду неустанно трудиться, я буду искать выход.
Но сила оказалась совсем не в этом.
Сила оказалась в смирении, что не все битвы — твои. В смирении, что не все можно и нужно менять. В том, что иногда бездействие дает больше, чем действие. В том, как подобрать что-то, чтобы не было ничего лишнего. В том, чтобы не кричать, не заявлять, не манифестировать.
К моему удивлению, сила оказалась в том, чтобы даже не говорить.
Прощение побеждает вину. Бог внутри тебя побеждает соблазны и дьяволов вовне.
Не зря же говорят, что 33 — возраст Христа.
Боже, какой пустяк
Сделать хоть раз что-нибудь не так.
❤️
Когда мой препод по PCM заканчивал последнюю лекцию, он подарил каждому ученику пару предложений, не как препод, а как коуч.
Мне он сказал примерно следующее: «Валерия, нужно понять, что не у всех вопросов есть ответы. И некоторые вещи просто не будут работать для тебя так, как ты хочешь, чтобы они работали. И их нужно оставить».
Дин запустил во мне процессы, которые запустились бы и без него.
«Когда Христу было около 33 лет — это традиционно считается возрастом его распятия.
По Евангелиям, именно в этом возрасте завершилось его земное служение. После трёх лет проповедей, чудес, споров с фарисеями и путешествий по Галилее и Иудее, он вошёл в Иерусалим, где вскоре был предан одним из учеников — Иудой Искариотом. Его арестовали, судили у Понтия Пилата, приговорили к распятию, и он умер на кресте.
Через три дня после смерти, согласно христианскому вероучению, Христос воскрес — это событие считается центральным смыслом христианства, символом победы жизни над смертью и прощения над виной.»
Я думала, что сила в действии, в решении, в старании, в воле, в дисциплине. И я всю жизнь вела себя по этим принципам — я разберусь, я решу, я придумаю, я проконтролиоую, я изменю, я исправлю, я буду неустанно трудиться, я буду искать выход.
Но сила оказалась совсем не в этом.
Сила оказалась в смирении, что не все битвы — твои. В смирении, что не все можно и нужно менять. В том, что иногда бездействие дает больше, чем действие. В том, как подобрать что-то, чтобы не было ничего лишнего. В том, чтобы не кричать, не заявлять, не манифестировать.
К моему удивлению, сила оказалась в том, чтобы даже не говорить.
Прощение побеждает вину. Бог внутри тебя побеждает соблазны и дьяволов вовне.
Не зря же говорят, что 33 — возраст Христа.
Боже, какой пустяк
Сделать хоть раз что-нибудь не так.
❤️
❤191
Деньги, деньги и снова деньги
Хочу написать на этой неделе несколько постов про деньги.
Деньги — это энергия. Секс, страх, смех, азарт — всё оттуда же, из одного и того же электричества жизни.
Вот, например, человек заработал много и сел на свои деньги, как курица на гнездо. Боится, что потеряет, что обманут, что это «последние». И сидит, и коптит, и охает, и ахает, и боится. Не тратит, всё пытается выжать из них ещё процентик, ещё дивидендик. Здесь нет потока, только застой. И в работе, и в жизни всё начинает затягивать илом, потому что энергия застряла — ты держишь её, вместо того чтобы дать ей течь.
А другой, наоборот, заработал — и пошёл в разнос. Спорткары, бессмысленные траты, скучные покупки, которые даже радости не приносят. Кажется, что теперь он бессмертный, бесконечный, что воткни палку в землю — и потечёт нефть. Но это не поток, а прожиг. Адреналиновая воронка, которая сначала сжирает человека, потом его силы, потом всех вокруг. Начинаются склоки, споры, делёжки, бессонницы, куражи.
А есть ещё те, кто преисполнились. У них есть гора денег — и ботинки с «Садовода», нарочитая скромность, жигули, пейджер, вот это всё. Такие современные Корейко из Золотого телёнка. Никто не знает, что там за дверью, но и знать не тянет — там всё без движения. Там пожилая энергия, стареющая. Людей туда не тянет, потому что задора нет. А любая классная работа — она от игры, от внутреннего азарта, от живости.
Деньги — это энергия. Ей нужно течь — свободно, задорно, с напором, как воде из крана. Но не разбрызгиваться бездумно. Деньги должны работать, запускать, зажигать. Не бродить, не тухнуть, не лежать под стеклом.
Когда ветряные мельницы крутятся — идёт энергия. Когда остановились — превращаются в архитектурный памятник.
Хочу написать на этой неделе несколько постов про деньги.
Деньги — это энергия. Секс, страх, смех, азарт — всё оттуда же, из одного и того же электричества жизни.
Вот, например, человек заработал много и сел на свои деньги, как курица на гнездо. Боится, что потеряет, что обманут, что это «последние». И сидит, и коптит, и охает, и ахает, и боится. Не тратит, всё пытается выжать из них ещё процентик, ещё дивидендик. Здесь нет потока, только застой. И в работе, и в жизни всё начинает затягивать илом, потому что энергия застряла — ты держишь её, вместо того чтобы дать ей течь.
А другой, наоборот, заработал — и пошёл в разнос. Спорткары, бессмысленные траты, скучные покупки, которые даже радости не приносят. Кажется, что теперь он бессмертный, бесконечный, что воткни палку в землю — и потечёт нефть. Но это не поток, а прожиг. Адреналиновая воронка, которая сначала сжирает человека, потом его силы, потом всех вокруг. Начинаются склоки, споры, делёжки, бессонницы, куражи.
А есть ещё те, кто преисполнились. У них есть гора денег — и ботинки с «Садовода», нарочитая скромность, жигули, пейджер, вот это всё. Такие современные Корейко из Золотого телёнка. Никто не знает, что там за дверью, но и знать не тянет — там всё без движения. Там пожилая энергия, стареющая. Людей туда не тянет, потому что задора нет. А любая классная работа — она от игры, от внутреннего азарта, от живости.
Деньги — это энергия. Ей нужно течь — свободно, задорно, с напором, как воде из крана. Но не разбрызгиваться бездумно. Деньги должны работать, запускать, зажигать. Не бродить, не тухнуть, не лежать под стеклом.
Когда ветряные мельницы крутятся — идёт энергия. Когда остановились — превращаются в архитектурный памятник.
❤142
С понедельника принято начать новую жизнь, а я бы хотела начать свою старую.
И заодно напомнить всем о том, что надо следовать за своими мечтами и истинными желаниями.
Именно так я всегда и делала. И поэтому я там, где я есть.
Пока все мои одноклассники оставались в теплых петнатах, я ехала жить в Петербург на 7 тысяч рублей в месяц с тремя чемоданами. В общежитии с тараканами, но с новыми знакомствами и возможностями.
Пока все мои однокурсники стояли в очередь в Макинзи и в Микрософт, я приняла оффер в IT стартап, который нашла и сама запитчила в Линкедине. Они крутили у виска, рассказывали про то, как летают бизнес классом и сколько миль накопили. А я в это время пыталась отличить фронтенд от бекенда и объяснить своим еврейским программистам, что мне нужно.
Пока мой бывший говорил, что мне надо заниматься «чем-то хорошим и не амбициозным», я строила свои бизнесы и по капельке каждый день реализовывала то, что по-правде хочу.
Ни разу ничего хорошего не произошло со мной, когда я слушала каких-нибудь горе-умников, которые якобы знают, как жить. Или когда бы я, как тварь дрожащая, сидела и боялась остаться без денег, без репутации и без перспектив.
Когда двигаешься сердцем, все и правда получается. Оно не обязательно будет выглядеть как в кино, но оно будет совершенно точно приносить тебе много счастья.
Картину к посту я нарисовала сама, а мне всегда говорили, что я бесталанная! Ну как, срисовала, но тоже пойдет.
❤️
И заодно напомнить всем о том, что надо следовать за своими мечтами и истинными желаниями.
Именно так я всегда и делала. И поэтому я там, где я есть.
Пока все мои одноклассники оставались в теплых петнатах, я ехала жить в Петербург на 7 тысяч рублей в месяц с тремя чемоданами. В общежитии с тараканами, но с новыми знакомствами и возможностями.
Пока все мои однокурсники стояли в очередь в Макинзи и в Микрософт, я приняла оффер в IT стартап, который нашла и сама запитчила в Линкедине. Они крутили у виска, рассказывали про то, как летают бизнес классом и сколько миль накопили. А я в это время пыталась отличить фронтенд от бекенда и объяснить своим еврейским программистам, что мне нужно.
Пока мой бывший говорил, что мне надо заниматься «чем-то хорошим и не амбициозным», я строила свои бизнесы и по капельке каждый день реализовывала то, что по-правде хочу.
Ни разу ничего хорошего не произошло со мной, когда я слушала каких-нибудь горе-умников, которые якобы знают, как жить. Или когда бы я, как тварь дрожащая, сидела и боялась остаться без денег, без репутации и без перспектив.
Когда двигаешься сердцем, все и правда получается. Оно не обязательно будет выглядеть как в кино, но оно будет совершенно точно приносить тебе много счастья.
Картину к посту я нарисовала сама, а мне всегда говорили, что я бесталанная! Ну как, срисовала, но тоже пойдет.
❤️
❤316
Сезонность
Уже несколько человек за последние недели пожаловались на плохое самочувствие. Делать им ничего не хочется, хочется поспать и полениться. А они пытаются из себя выжать перформанс и продуктивность. И им даже как-то стыдно и неприятно за свое состояние.
Пару лет назад я прочла книжку про питание. Там была одна простая, но ценная мысль — ешьте то, что выросло в этом сезоне. Летом можно жить на овощах и фруктах, а осенью на теплом супе из тыквы.
Мне с годами (о боже, я пишу это) стала нравится концепция смены сезонов, смены циклов. Кто знает, может и до планет дойду (нет-нет, это шутка).
Все великие люди — Моцарт, Эйнштейн, Пикассо знали свои «сезоны». Они понимали себя — что дает им продуктивность, а когда они не пригодны к созданию.
Это нормально, что осенью хочется сжаться в клубок и поспать днем. Это нормально, что осенью настигает такая меланхолия и местами даже уныние. Все сыплется, засыпает, холодает, готовится к зиме.
Как только я перестала на себя давить и бить хлыстом, то начала получать удовольствие от этого периода. Я завариваю чай в термосе и иду погулять. Бегаю с утра, чтобы посмотреть на листья и подышать свежестью. Ем побольше супа. Сижу вечерами в уголочке с книгами и все бесконечно переписываю и подчеркиваю. Живу вместе с сезоном, где-то с меланхолией, а не против ее.
И впервые за долгое время я заметила, какая у нас красивая осень. 🍂
Уже несколько человек за последние недели пожаловались на плохое самочувствие. Делать им ничего не хочется, хочется поспать и полениться. А они пытаются из себя выжать перформанс и продуктивность. И им даже как-то стыдно и неприятно за свое состояние.
Пару лет назад я прочла книжку про питание. Там была одна простая, но ценная мысль — ешьте то, что выросло в этом сезоне. Летом можно жить на овощах и фруктах, а осенью на теплом супе из тыквы.
Мне с годами (о боже, я пишу это) стала нравится концепция смены сезонов, смены циклов. Кто знает, может и до планет дойду (нет-нет, это шутка).
Все великие люди — Моцарт, Эйнштейн, Пикассо знали свои «сезоны». Они понимали себя — что дает им продуктивность, а когда они не пригодны к созданию.
Это нормально, что осенью хочется сжаться в клубок и поспать днем. Это нормально, что осенью настигает такая меланхолия и местами даже уныние. Все сыплется, засыпает, холодает, готовится к зиме.
Как только я перестала на себя давить и бить хлыстом, то начала получать удовольствие от этого периода. Я завариваю чай в термосе и иду погулять. Бегаю с утра, чтобы посмотреть на листья и подышать свежестью. Ем побольше супа. Сижу вечерами в уголочке с книгами и все бесконечно переписываю и подчеркиваю. Живу вместе с сезоном, где-то с меланхолией, а не против ее.
И впервые за долгое время я заметила, какая у нас красивая осень. 🍂
❤188
Проза жизни от моей подруги
«У меня есть несколько наблюдений:
гордится тем что ты много работаешь - это как гордиться тем что ты почистил зубы. Это так скучно и никому неинтересно кроме тебя и твоего стоматолога. И мамы, если она платит за твоего стоматолога.
Гордиться тем скок ты занимаешься спортом - у всех есть глаза и всем видно кто чем и как занимается:) это как секс - обычно о нем много говорят люди, которые им не занимаются.
А вещи которыми стоит гордиться - ну проебал и проебал, ну не получилось и хуй с ним. Ну попробую еще раз. Или вообще в пизду такую езду. Хорошим настроением, хорошим самочувствием, и классными увлечениями (интересными тебе, тогда и всем тоже про это интересно).»
От сердца и в лучших традициях русских писателей. ❤️
«У меня есть несколько наблюдений:
гордится тем что ты много работаешь - это как гордиться тем что ты почистил зубы. Это так скучно и никому неинтересно кроме тебя и твоего стоматолога. И мамы, если она платит за твоего стоматолога.
Гордиться тем скок ты занимаешься спортом - у всех есть глаза и всем видно кто чем и как занимается:) это как секс - обычно о нем много говорят люди, которые им не занимаются.
А вещи которыми стоит гордиться - ну проебал и проебал, ну не получилось и хуй с ним. Ну попробую еще раз. Или вообще в пизду такую езду. Хорошим настроением, хорошим самочувствием, и классными увлечениями (интересными тебе, тогда и всем тоже про это интересно).»
От сердца и в лучших традициях русских писателей. ❤️
❤204
5/5.
Одна из лучших биографий, что мне удалось прочесть. Главный герой — Масаеши Сан (Маса), величайший инвестор современности. Человек, который привез Yahoo и Apple в Японию, владел 30% акций Alibaba, крупнейший инвестор Open AI, основатель самого крупного венчурного фонда Vision в истории. И это все при том, что он не был этническим японцем, а его семья разводила свиней, чтобы выжить.
Будучи типичным Promoter, Маса все время стремился к риску и к адреналину. Такое чувство, что он ел его вместо завтрака, обеда и ужина. Книгу мы разобрали в группе руководителей, когда проходили психологические потребности, и детально обсудили, чем был ведом Маса в таком своем быту.
Многие его начинания вызывали реакцию формата «безумец», «псих», но это не имело для него никакого значения.
Книга ярко показала мне стоимость и одновременно ценность риска. Я совсем иначе посмотрела на бизнес и на то, как к нему можно относиться.
Отчаянно рекомендую.
Одна из лучших биографий, что мне удалось прочесть. Главный герой — Масаеши Сан (Маса), величайший инвестор современности. Человек, который привез Yahoo и Apple в Японию, владел 30% акций Alibaba, крупнейший инвестор Open AI, основатель самого крупного венчурного фонда Vision в истории. И это все при том, что он не был этническим японцем, а его семья разводила свиней, чтобы выжить.
Будучи типичным Promoter, Маса все время стремился к риску и к адреналину. Такое чувство, что он ел его вместо завтрака, обеда и ужина. Книгу мы разобрали в группе руководителей, когда проходили психологические потребности, и детально обсудили, чем был ведом Маса в таком своем быту.
Многие его начинания вызывали реакцию формата «безумец», «псих», но это не имело для него никакого значения.
Книга ярко показала мне стоимость и одновременно ценность риска. Я совсем иначе посмотрела на бизнес и на то, как к нему можно относиться.
Отчаянно рекомендую.
❤100
Мой дорогой супруг по инициативе невероятного Максима Ильяхова стал со-автором книги.
Это тааак круто, это столько работы, это же надо было не поругаться, все выверить, закончить, придумать.
Я в восторге. А вы — делайте, пожалуйста, предзаказ.
Миша, ты просто супер талант🧡
Это тааак круто, это столько работы, это же надо было не поругаться, все выверить, закончить, придумать.
Я в восторге. А вы — делайте, пожалуйста, предзаказ.
Миша, ты просто супер талант🧡
❤160
Раз в несколько лет я прохожу трансформацию. Это сложное, но прекрасное время.
В этот раз трансформация подарила мне целую серию выводов о себе, о творчестве и о сотрудничестве. Постепенно буду делиться этим — ведь мы все меняемся, и часто это происходит через кризис. Может кому-то будет полезно почувствовать, что вы не одни.
Я выхожу из Wannabe.
Проект я люблю все душой. За эти годы многое было сделано. Мы показывали особенно классные результаты в прошлом году, но и в этом, в кризис, мы умудрялись зарабатывать и придумывать новое.
Но Wannabe всегда был Мишин. А у нас с Мишей очень разные подходы. Миша — хаос, движение, постоянный дворцовый переворот, энтузиазм, креатив, скорость. А я — система, структура, фундамент. Мы постоянно сталкивались лбами. И, не смотря на то, что мы неплохо сработались, я всегда чувствовала себя гостем. Даже начиная с названия и задумки — все недостаточно сильно откликалось во мне.
При этом я хотела свою школу с 2018 года. Сперва меня отговорил бизнес-партнер, потом я присоединилась к Мише. Как будто мне не хватало уверенности и силы сделать именно так, как я вижу, как я считаю нужным.
А сейчас я чувствую силы, и опору, и видение мое приобрело четкую форму. И у меня есть команда, с которой я хочу двигаться вперед. И у меня есть мои ученики, которые меня поддерживают и с которыми рядом не страшно экспериментировать.
Поэтому во мне пророс Roots — наш новый проект. Roots — бизнес-школа для продактов, где мы будем осваивать фундамент, делать проекты, помогать талантливым людям любить свою работу и реализовывать карьерные мечты. Roots выйдет за рамки интенсивов, и за границы России, но об этом попозже.
Roots — это фундамент и основа, которую не видно, но которая всегда поддерживает, питает и помогает.
Roots — это наше новое место для сбора силы, для чего-то вечного, для старта нового и для возвращения к старому, к своим корням.
Roots 🌳🌷🪻
https://www.rootsproduct.ru/
В этот раз трансформация подарила мне целую серию выводов о себе, о творчестве и о сотрудничестве. Постепенно буду делиться этим — ведь мы все меняемся, и часто это происходит через кризис. Может кому-то будет полезно почувствовать, что вы не одни.
Я выхожу из Wannabe.
Проект я люблю все душой. За эти годы многое было сделано. Мы показывали особенно классные результаты в прошлом году, но и в этом, в кризис, мы умудрялись зарабатывать и придумывать новое.
Но Wannabe всегда был Мишин. А у нас с Мишей очень разные подходы. Миша — хаос, движение, постоянный дворцовый переворот, энтузиазм, креатив, скорость. А я — система, структура, фундамент. Мы постоянно сталкивались лбами. И, не смотря на то, что мы неплохо сработались, я всегда чувствовала себя гостем. Даже начиная с названия и задумки — все недостаточно сильно откликалось во мне.
При этом я хотела свою школу с 2018 года. Сперва меня отговорил бизнес-партнер, потом я присоединилась к Мише. Как будто мне не хватало уверенности и силы сделать именно так, как я вижу, как я считаю нужным.
А сейчас я чувствую силы, и опору, и видение мое приобрело четкую форму. И у меня есть команда, с которой я хочу двигаться вперед. И у меня есть мои ученики, которые меня поддерживают и с которыми рядом не страшно экспериментировать.
Поэтому во мне пророс Roots — наш новый проект. Roots — бизнес-школа для продактов, где мы будем осваивать фундамент, делать проекты, помогать талантливым людям любить свою работу и реализовывать карьерные мечты. Roots выйдет за рамки интенсивов, и за границы России, но об этом попозже.
Roots — это фундамент и основа, которую не видно, но которая всегда поддерживает, питает и помогает.
Roots — это наше новое место для сбора силы, для чего-то вечного, для старта нового и для возвращения к старому, к своим корням.
Roots 🌳🌷🪻
https://www.rootsproduct.ru/
❤167
Самое ценное интервью 2025
Все ненавидят итоги года, и еще больше интервью, которых сейчас так много, что можно сойти с ума.
Я через себя пропускаю какую-то херову тучу этих интервью в надежде наткнуться на что-то ценное или найти какого-то интересного человека с реальным мнением и видением, а не просто очередную говорящую голову. Тот еще челлендж!
В этом году лучшим интервью стал разговор доктора нейробиолога Тары Суорт с ведущим подкаста Diary of a CEO: https://youtu.be/hCW2NHbWNwA?si=lLNu6MXPzEcDh906
Люди, которые настолько подкованы фактами, исследованиями и литературой, но при этом говорят про инстинкты, убеждения и прочие обычно «не научные» вещи, вызывают у меня восторг.
В интервью доктор Тара рассказывает о том, что стресс в прямом смысле этого слова заразителен, о том, почему топ-менеджеры всегда болеют в отпусках, о том, как добиваться своих целей.
Но самое главное — о нейропластичности, которая становится все меньше и меньше доступна нам во взрослой жизни.
Кстати, все эти две недели мы в группе руководителей работаем над темой нейропластичности: разбираем, что это; анализируем, как она повлияла на провал Kodak, BlackBerry и других компаний; изучаем 11 ментальных моделей великих людей; докапываемся до сути фильма Jiro Dreams of Sushi; ну и я там откровенничаю немного про свои проблемы с нейропластичностью. Интервью доктора Тары тоже немного затрагиваем, чтобы понять, как поддержать своё тело, чтобы мозг мог спокойно развиваться.
Все ненавидят итоги года, и еще больше интервью, которых сейчас так много, что можно сойти с ума.
Я через себя пропускаю какую-то херову тучу этих интервью в надежде наткнуться на что-то ценное или найти какого-то интересного человека с реальным мнением и видением, а не просто очередную говорящую голову. Тот еще челлендж!
В этом году лучшим интервью стал разговор доктора нейробиолога Тары Суорт с ведущим подкаста Diary of a CEO: https://youtu.be/hCW2NHbWNwA?si=lLNu6MXPzEcDh906
Люди, которые настолько подкованы фактами, исследованиями и литературой, но при этом говорят про инстинкты, убеждения и прочие обычно «не научные» вещи, вызывают у меня восторг.
В интервью доктор Тара рассказывает о том, что стресс в прямом смысле этого слова заразителен, о том, почему топ-менеджеры всегда болеют в отпусках, о том, как добиваться своих целей.
Но самое главное — о нейропластичности, которая становится все меньше и меньше доступна нам во взрослой жизни.
Кстати, все эти две недели мы в группе руководителей работаем над темой нейропластичности: разбираем, что это; анализируем, как она повлияла на провал Kodak, BlackBerry и других компаний; изучаем 11 ментальных моделей великих людей; докапываемся до сути фильма Jiro Dreams of Sushi; ну и я там откровенничаю немного про свои проблемы с нейропластичностью. Интервью доктора Тары тоже немного затрагиваем, чтобы понять, как поддержать своё тело, чтобы мозг мог спокойно развиваться.
❤52
Бабушка
Мое детство нельзя назвать простым, но и какими-то особыми сложностями оно тоже не отличалось.
И, конечно, основоположником моего детства была бабушка, Вера Константиновна. В семье ее так и называют — Вер Константинна.
Бабушка выросла в детском доме, поэтому у нее был простой набор правил — не высовываться, чтобы не получить; чистить картошку максимально тонко, чтобы не расходовать ценный овощ на кожурку; доедать все и за всеми и ничего не выбрасывать.
Бабушка работала тренером по плаванию. Весь день проорав в три смены на спортсменов, она приползала домой орать на нас. Кстати, в садик я не ходила, проводя томные дни с бабушкой на открытом бассейне и зимой, и весной. Летом — в спортивный лагерь с палатками. Высокие мальчики пловцы и шестилетний шпендик, я.
Спортсменкой я никогда не была. Скорее, рохлей. Но воспитывали меня очень даже спортивно. Бабушка громко свистела в свисток с балкона пятого этажа — это значило, что мне пора обедать.
В 4 года бабушка отдала меня к репетитору, куда я ходила три раза в неделю на три часа каждый. Математика, русский, литература. Ей, плохо образованной женщине, была понятна ценность хорошего обучения.
Бабушка пристроила меня в лучшую школу. Лучшей она была, потому что там никто не понтовался, а знания давали хорошие.
Когда у меня начались проблемы с химией из-за новой учительницы, классе в 9ом, бабушка быстро пристроила меня к репетитору на три раза в неделю (любимое число 3, детей у нее тоже было трое). Мне дали мою золотую медаль, а еще в догонку возможность влет решать ЕГЭ по химии.
Бабушка всегда говорила мне: «Леруша, надо доделать» или «Леруша, соберись и сделай» или «Леруша, не ной, а молча делай» или еще «Леруша, будь самой сильной» или «Леруша, просто терпи».
Сколько раз этот внутренний голос вел меня в никуда. Наверное, столько же, сколько помогал найти путь из ниоткуда.
Позавчера с бабушкой случился инсульт. Ей 81 год. Обстоятельства были тяжелые, и мы нашли ее только спустя сутки. Сейчас она в коме.
Я никогда больше не смогу ей позвонить и выслушать ее указания о том, как мне закрыть дверь и как нельзя лишиться работы.
Но я всегда буду сильной. Этого уже у меня никогда и никто не отнимет.
Мое детство нельзя назвать простым, но и какими-то особыми сложностями оно тоже не отличалось.
И, конечно, основоположником моего детства была бабушка, Вера Константиновна. В семье ее так и называют — Вер Константинна.
Бабушка выросла в детском доме, поэтому у нее был простой набор правил — не высовываться, чтобы не получить; чистить картошку максимально тонко, чтобы не расходовать ценный овощ на кожурку; доедать все и за всеми и ничего не выбрасывать.
Бабушка работала тренером по плаванию. Весь день проорав в три смены на спортсменов, она приползала домой орать на нас. Кстати, в садик я не ходила, проводя томные дни с бабушкой на открытом бассейне и зимой, и весной. Летом — в спортивный лагерь с палатками. Высокие мальчики пловцы и шестилетний шпендик, я.
Спортсменкой я никогда не была. Скорее, рохлей. Но воспитывали меня очень даже спортивно. Бабушка громко свистела в свисток с балкона пятого этажа — это значило, что мне пора обедать.
В 4 года бабушка отдала меня к репетитору, куда я ходила три раза в неделю на три часа каждый. Математика, русский, литература. Ей, плохо образованной женщине, была понятна ценность хорошего обучения.
Бабушка пристроила меня в лучшую школу. Лучшей она была, потому что там никто не понтовался, а знания давали хорошие.
Когда у меня начались проблемы с химией из-за новой учительницы, классе в 9ом, бабушка быстро пристроила меня к репетитору на три раза в неделю (любимое число 3, детей у нее тоже было трое). Мне дали мою золотую медаль, а еще в догонку возможность влет решать ЕГЭ по химии.
Бабушка всегда говорила мне: «Леруша, надо доделать» или «Леруша, соберись и сделай» или «Леруша, не ной, а молча делай» или еще «Леруша, будь самой сильной» или «Леруша, просто терпи».
Сколько раз этот внутренний голос вел меня в никуда. Наверное, столько же, сколько помогал найти путь из ниоткуда.
Позавчера с бабушкой случился инсульт. Ей 81 год. Обстоятельства были тяжелые, и мы нашли ее только спустя сутки. Сейчас она в коме.
Я никогда больше не смогу ей позвонить и выслушать ее указания о том, как мне закрыть дверь и как нельзя лишиться работы.
Но я всегда буду сильной. Этого уже у меня никогда и никто не отнимет.
❤409