​
Апология удушения: из переписки с Романом Михайловым

Прибавочная стоимость интереса – вот что указывает на наличие в том или ином явлении абсолютного духа. По-настоящему интересно лишь то, что прорывает границы круга специалистов или любителей, которые обычно интересуются вещами такого рода, и неожиданно становится интересным для “всех”. Такие блуждающие эрогенные зоны интереса позволили в свое время Шпенглеру указать на то, как архитектура, масляная живопись, музыка и проза сменяют друг друга в качестве преимущественных выразителей “фаустовского духа”.
В нашей ситуации эти блуждания приобретают куда более динамичный характер, однако никуда не деваются. Пожалуй, предпоследним примером подобного рода “универсального”, то есть выходящего за пределы региона фанатов и приверженцев, интереса, был баттл Оксимирон / Гнойный; а последним - противостояние Хабиба и Конора. Это - возникающие на поверхности узлы и уплотнения, указывающие на точки, в которых что-то сгущается и концентрируется; а значит, в них можно произвести действие, позволяющее разомкнуть и прояснить.
​Собственно, именно возможность размыкания и была, пожалуй, главным, что стояло на кону в столкновении Хабиб / Конор. Основной конфликт здесь проходил по линии горизонталь-вертикаль. Стратегия Хабиба представляла собой радикальный вызов прямохождению. Точечным соприкосновениям ударного типа со стороны Конора противостояло “повалить, приравнять к земле, заключить в обволакивающий зажим, обездвижить и задушить”. И это удушающее обездвижение победило. Конор оказался абсолютно не в силах ему сопротивляться.
​Символический подход усмотрел бы здесь победу реакции: тяжко дышать, Победоносцев «простер совиные крыла» и т.д. Однако символы - это также мелкие уколы и удары, неспособные противостоять работе обездвиживания и удушения. Впрочем, центральный вопрос герменевтики и символизма "что это значит?" и сам много кого задушил, так что не стоит особенно о нем жалеть. Гораздо существеннее, как на это указывали уже Делез и Гваттари, вопрос "как это работает?” или, скорее, “а может ли это работать по-другому?”.
​Впрочем, к самому Делезу вопрос об удушении имеет самое непосредственное отношение. Он всю жизнь страдал от проблем с дыханием - вначале от туберкулеза, а затем от рака легких, который, собственно, и послужил причиной его самоубийства. И Делез в этом не одинок. Проблема “на последнем дыхании” преследовала французскую (а значит и европейскую, поскольку в том, что касается философии, абсолютный дух в 50-80-ые годы двадцатого века очевидным образом пребывал во Франции) мысль с завидным постоянством. Пиком этого преследования, стал, конечно, задушивший свою жену Альтюссер.
​Означает ли это, что мысль с ее ударами оказывается бессильной перед сковывающими объятиями удушья? Ну это смотря какая мысль: даже если это и верно для определенной ситуации в философии, никто не сказал, что ситуацию эту невозможно изменить. А самая верная стратегия победы - это стратегия “отнятого копья”: побеждать врага лучше всего отнятым у него же оружием. И, если тот факт, что Альтюссер задушил свою жену, является главной проблемой материалистической диалектики, не исключено, что решение этой проблемы связано с тем, что философия сама должна научиться обездвиживать и душить своих врагов.
​Или, скажем так: вновь обездвиживать и душить. Поскольку разве не этим занят Сократ в платоновских диалогах? Выследить софиста, обложить со всех сторон, лишить возможности убежать. И нас не должны мучить угрызения совести: ведь речь идет об удушении удушающего.
​Обратим внимание - выше, говоря о нахождении эрогенных зон, точек, в которых может быть произведено размыкание, мы также использовали термины “сгущения”, «концентрации», «нагнетания». Следует реабилитировать удушение; материалистической диалектике для подлинной победы необходим Хабиб. Философы слишком долго наносили удары по миру - настала пора обездвиживать его и душить.

Ответ 1 Й. Регеву об ММА.

Ты пишешь, что философия должна научиться обездвиживать и душить врагов. Без зазрения совести, ведь это удушение удушающего. После того, как она всех удушит, ей следует самой повеситься или удавиться. Ее никто не отпоет и схоронят за кладбищенской оградой, она превратится в призрака, который явится в новом мышлении как le précurseur sombre; и новое мышление будет не душить, а резать, потому, что из его недр будет вырываться вопль призрака, темного предшественника, обездвижевшего старый мир. Le précurseur sombre предстанет как хтонический узор, непонятное начертание, вводящее новых людей в легкое волнение. Наверное, так уже было.

Возвращаясь к Конору-Хабибу. Войны и свадьбы – категории, интересующие человека, внутри которых можно отвечать на вопросы «кто против кого» и «кто с кем». Реальные войны и реальные свадьбы отпугивают или вводят в тоску. Кому хочется смотреть на истерзанные тела, подорвавшиеся на минах, изуродованные от осколков. Кому хочется наблюдать за семейной жизнью обычных, не очень красивых людей. А имитации войн и свадьб вполне интересны. Собственно шоу типа ММА – это имитация простых воинственных отношений, подогреваемая нелепыми скандалами в социальных сетях. Как и версус, как и бесконечные политические дискуссии, использующие стандартные пакеты аргументов. Давно возникает ощущение, что большие куски либерально-патриотических дискуссий пишутся нейросетками. Но мы снова идем туда, смотрим бои и радуемся войне, которая нас не касается.

Мне Конор кажется милым и смешным, он запрокидывает тело назад, болтает руками, превращаясь в гигантского гуся. Хабиб похож на цепкого скорпиона. Оба хороши. В этом бою понравился комментарий, о том, что Хабиб «не оставляет ни сантиметра пространства». Он захватывает не только соперника, но и само пространство. Пространство возможных вариаций. Тотальное удушение. И если ты будешь запускать философию, удушающую удушающих, ей придется биться за пространство мысли вообще, за каждую абсурдную мысль и конструкцию, она должна будет учитывать все содрогания, все гебефренические вибрации разума. Ограничение места хождения человека-гуся. Жуткая цель вообще-то.

в бою снова победил; hello

Ограничение места хождения заколдованного гуся; hello

Ответ 2.
Мы упускаем один момент. Да, если имеет место противостояние борца и ударника, примерно равной силы и умений, у борца оказывается больше шансов на победу. Но, как ни странно, если борец выходит против двух-трех ударников, слабее себя, у него шансов меньше, чем у ударника, выходящего против двух-трех борцов. Борцу необходимо время, чтобы сделать захват, зафиксировать тело, причинить боль. И пока он это осуществляет, коллеги ударника могут избивать сверху, пробивая серии по вискам. А два-три борца могут мешать друг другу, а не дополнять. Если ты хочешь запустить философию, удушающую мир, надо быть готовым не к противостоянию один на один, а к ситуации возникновения бесконечного числа заколдованных гусей, которые клюют со всех сторон, и более того, заклевывают изнутри. Удар всегда более точен и быстр, нежели удушение, копье тоньше покрывала, нескольким покрывалам трудно собраться в стаю, они могут лишь сложиться в многослойное малоподвижное одеяло, а копья вполне могут создать рой. Теория редко строится под конкретную проблему, чаще она строится сама по себе, цепляя по ходу проблемы, попадающие в сети чуть ли не случайно. Поймали в мешок полудохлых гусей – и хорошо. Насчет противостояния темного и светлого, здесь как и в старой теме баттлов, которую мы обсуждали год назад, оказывается, что темное противостоит не светлому, а веселому. Темный Делез против Делеза гедониста. Ясно, что здесь Конор – гедонист, а Хабиб – хтоническая сила, душащая ликующего грешника. Проблема в том, что если бы гедонист рассыпался на противоречивые части, его было бы труднее придушить. Разве что завершить пиршество разбиением светильников – тоже удушающее покрывало. Копья бросаются в светильники, осуществляя при этом функцию покрывала. Затмение случается, когда веселье переливается через край.

Дополнение к ответу 2.
Не сразу разглядел разницу. И да, в этом направлении с тобой согласен! Гедонисты, просвещенцы с правильными лицами и интонациями, взыватели цивилизационного общества, стерильники, затянули свое пиршество. И да, они задушили пространство своими банальными лозунгами, своей тупой иронией. Любой религиозный фанатик ближе к моему сердцу, чем они. Другое дело, что они соткали слишком плотное покрывало, и именно они контролируют капитал, медиа и популярную культуру. Хтоническая реакция если и вырывается, то редкими всплесками, странными и нелепыми. Эти всплески больше похожи на уколы копья, а не на альтернативное покрывало. Никакого иного удушения нет в перспективе. Куда пойдет и как будет действовать «темное просвещение»?

Ключевая сцена современного кинематографа – размножающиеся агенты Смиты. С совершенно невнятной и стандартной музыкой. Там должны быть дабстеповые нарезки, многобитовые окрошки, забитованный мерзбоу https://www.youtube.com/watch?v=DvpRs5c_-jI #### октагон как вывернутая звезда и место суда. И еще агенты Смиты должны кусками отпадать (совсем на периферии) от общего ритма и гаситься между собой, изредка, как слом на горизонте, при котором растекаются края.

Итак, противостояние Хабиба и Конора по сути представляет из себя теологическую проблему. Речь идет о двух атрибуатх абсолюта, о двух наиболее первичных свойствах, в которых раскрывается субстанция. Причем атрибуты даны здесь в виде пластическо-динамических комплексов или типов соприкосновения и стратегий, основанных на них: с одной стороны, "колоть--бить-проникать" - а, с другой, "валить-обволакивать-душить". Это именно те комплексы, которые Делез описывает как садистскую и мазохистскую стратегию; по сути дела, вся его философия представляет из себя именно постоянное разворачивание этих двух структур. И в этом смысле ММА лучше чем война: здесь контуры противостояния проявляются в их кристализованном виде, очищенными от "тополиного пуха” психологии и идеологии (точнее, психология и идеология оказываются вторичными по отношению к типу соприкосновения). Здесь разворачивается диалектика двух божественных имен: имени милости и имени суда, простирающееся небо Нюит и проникающая в центр ось Хадита - и все прочее в таком роде.
Но если уж вспоминать о Даги Джонсе (а я, конечно, всегда за то, чтобы о нем помнить - и заодно помнить о его коллапсе), следует сразу же поставить вопрос: кто здесь темный, а кто светлый? Противостояние Хабиба и Конора кажется мне особенно любопытным именно потому, что здесь окончательно выясняется, что удушение и фиксация - это именно стратегия светлых. Это может показаться странным: как можно утверждать, что Имя Милости душит и обволакивает? Однако, возможно, следует разделить эти два аспекта: обволакивания и душения. Стратегия прояснения - это всегда именно стратегия выбора места и захвата пространства. Следует думать не о том, чтобы вытеснить другого - а о том, чтобы правильно расположиться. В конечном итоге, именно от правильного занятия места зависит правильная нарезка времени. И именно эта стратегия правильного занятия места и есть стратегия Даги. А если занять верное место, то уже не нужно будет никого душить - у них просто не останется “ни сантиметра”, и, соответственно, воздуха тоже не останется; но им же никто не мешал отойти.
Возможно, в этом как раз и заключается различие между “светлыми” и “Участковым”: позицией того, кто “светлым клином” раскалывает противостояние света и темноты, превращая его из империалистической войны в гражданскую. Темные наносят удары и уколы, светлые душат, “участковый" располагается на участке, и просто самим этим фактом определяет, кто в чем участвует и, соответственно, у кого какая участь. Однако здесь все же важно, что "клин" именно светлый. Любому гусю для полета необходимы два крыла, крыло страха и крыло любви; однако весь вопрос в том, как пробраться в кабину управления гусем. И есть серьезное подозрение, что путь туда ведет именно с правого крыла.
Тут есть еще один важный момент. Победа Хабиба не случайна еще и в том смысле, что ситуация современности - это именно ситуация победы удушающего света. Всюду настолько светло, что абсолютно нечем дышать (и отсюда спорадические попытки сопротивления "темных" - Лэнда, Кальпа итд). И точно так же Делез, всю жизнь утверждавший победу мазохизма, резонанса примыкающих друг к другу серий, оказывается в конечном итоге задыхающимся. Но я думаю, что “подняться в кабину” означает как раз отслоить от плоскости светлого удушения стратегию Участкового, стратегию занятия пространства. И только таким образом можно также спасти Даги Джонса от коллапса в светлого Купера - и научиться по настоящему изменять прошлое и отвечать на вопрос “какой сейчас год”.

[Le précurseur sombre.

«Молния сверкает при различии напряжения, ему предшествует невидимый, неощутимый темный предшественник, предопределяющий дорогу, идущую вспять, никуда.»
«Вопрос о том, структурирован ли психический опыт как язык и даже похож ли психический мир на книгу, зависит от сущности темных предшественников.» (Ж. Д. «Различие и повторение»)

Некто, организующий периферию для … словами Ж. Д. «обеспечивающий коммуникацию крайних рядов».

Некто, проложивший каналы, трещины в коре, разглядевший территорию, еще «до» движения. Он определяет место теней и болезней «до» их возникновения, задает возможные дороги падения и страха.

Вероятно, PS работает с пространством будущего ужаса.

Люди сидят за столом, на котором разложены предметы. И у каждого есть PS, некая давняя тень, и у людей, и у предметов. Тень человека прикасается к тени предмета.

сорванная кора

Делез говорит, что Заратустра — PS вечного возвращения. Орел и змея и выражают вечное возвращение, и превращают его в детский лепет (потому что не могут постигнуть его суть).]

Плотное размещение против темного просвещения: вот наш девиз

Проблема удушающего покрывала – отчасти проблема исчерпанных ритмов. Одно время казалось, что вся классическая музыка рассказывает о смерти, и я не мог ее слушать, приходилось либо плакать, либо смущаться.

Комментарий 3.
Ритуальное удушение коня (ашвамедха), после которого главная царица ложилась рядом с мертвым конем и имитировала соитие с ним (они входили в мистический брак). Затем следовало отделение головы коня золотой иглой, и еще много чего. По поводу ашвамедхи написано столько всего, не хочется добавлять спекуляции, там богатое символическое пространство, можно связывать хоть с космологией, хоть с вирусологией. Интересен момент мистического брака самой красивой женщины с задушенным конем. Слившись в одно тело, они переходят в другие миры, но ясно, что конь для женщины – не возлюбленный, а вахана, иначе в те миры, видимо, не попасть. Ей надо вернуться обратно, не застрять там, будучи принятой за супругу умершего коня.

архетипический сюжет: женщина похищает светящиеся перчатки. https://www.youtube.com/watch?v=45qcK9kXq1k

Комментарий 2'.
Процесс обращения удушения и прокалывания тоже связан с копьями и покрывалами, только с обратными функциями. Наполнение тела новым дыханием происходит не через укутывание обратной стороной покрывала, а через вдувание. А рану перематывают, покрывают. Также копья и покрывала намекают на кровные и бескровные жертвоприношения, на красное и белое. Удушение философией удушающих – это бескровная жертва старого мышления. Кстати, интересно, что некоторые бойцы используют фразу «я отправлю его спать». Типа предрекают уход соперника в состояние глубокого сна, как удушенного жертвенного коня, уплывающего в миры духов.

Комментарий 2''. Сегодня стоял в вагоне метро, а рядом сидела женщина с планшетом. Она смотрела видео, как ножницами режут арбуз, не корку, а саму мякотку. Долгий процесс. Как только она вышла, сразу же зашла бабулька, продающая скатерти, стала размахивать, складывать и нахваливать свой товар. Тут же сидел дедок (подозрительно похожий на Лимонова), и своим видом показывал, что в курсе происходящего. Как бы намекал, что это он организовал чередование копий и покрывал.

Ушел в печать новый релиз нашего издательства. Это уже известный многим "Равинагар" Романа Михайлова. Впервые на бумаге!

И совершенно неожиданно для нас этот текст вошёл в шорт-лист Премии Андрея Белого нынешнего сезона (хоть написан ещё в 2015 году). Вы теперь знаете, за кого болеть.

Книга появится в продаже к середине ноября. Москвичи смогут приобрести на нашем стенде на ярмарке Nonfiction.

Советский человек был слишком прозрачен, чтобы таким заниматься. Все шептание с бездной он загонял в сон и алкогольную тоску, а остальное время существовал в чистоте, подобно небесной влаге. Свое оккультное тело он прятал от взоров и осуждений.

Статья молодых сотрудников САП о Z/2-гомологиях абелевых групп https://arxiv.org/abs/1810.12728