Перевод фрагментов дневника одного из жителей #VintageStory:

Мы с друзьями уже несколько (реальных) месяцев играем в одном мире, и минувшей осенью мне пришла в голову идея — не пережидать зиму на месте, как обычно, а махнуть в южное полушарие, где в это время стоит лето.

Все мы начали обживать Vintage Story в феврале (по реальному календарю), и никто из нас прежде не выбирался за пределы умеренных стартовых широт, так что мне впервые предстояло увидеть такие культуры, как кассава и амарант, а также растения вроде Капока и Эбенового дерева.

Я отправился в путь в конце октября и воспользовался одним из восстановленных нами транслокаторов, чтобы перенестись на 7800 блоков к югу. Оттуда я двигался верхом — исключительно на лосе по кличке «Конь».

Мне подумалось, что славно было бы собрать здешние культуры, прихватить саженцы незнакомых деревьев и устроить небольшую базу, где всё это можно вырастить — на обратном пути урожай как раз поспеет. На отметке 32 000 блоков к югу я поставил дом, разбил поля, засеял их и заготовил семена всех новых культур и деревьев. На дворе стоял ноябрь, и пока у меня термометр показывал 32 градуса, дома всё сковало морозом.

Без малого месяц я обустраивал жилище, а затем двинулся дальше на юг, выступив шестого декабря по игровому времени. К тому моменту там, где я находился, жара доходила до 40 градусов Цельсия, тогда как дома стоял мороз: минус десять.

Я также заметил, что медведи и волки здесь не водятся, и это заметно облегчало путь — пришедшие им на смену гиены и панды не шли ни в какое сравнение по свирепости и опасности.

А вот что путь отнюдь не облегчало — так это исполинские бамбуковые заросли, в которые я то и дело упирался. Рядом с ними привычные мне сосновые леса, где я вечно бился головой, сидя верхом, казались открытыми и просторными.

<...>

Одной из самых любопытных сторон путешествия стала всё возрастающая пропасть между тем, что переживал я, уходя на юг, и тем, что видели мои друзья у себя дома. К моменту, когда я вышел на экватор, день у меня был заметно длиннее, а солнце в тот же момент стояло куда выше над горизонтом.

<...>

По мере продвижения в южное полушарие дни продолжали удлиняться. Температура начала падать, когда я прошёл отметку в 79 000 блоков к югу и покинул тропики, но голод от этого не унялся. Запасы провизии наконец иссякли, и мне пришлось перебиваться ягодами да обгладывать дикие злаки. К счастью, верхом на лосе голод нарастает куда медленнее, так что большой бедой это не обернулось.

Четвёртого февраля, после долгого странствия, я достиг отметки 105 250 блоков к югу — 47,5 градуса южной широты — и на этом решил остановиться. Климат здесь оказался точь-в-точь как дома, с единственной разницей: сезоны перевёрнуты.

<...>

Два последних снимка сделаны в одну и ту же минуту одного и того же дня — мной и одним из моих друзей у нас дома. Среди прочих наблюдений: день у меня оказался примерно на семь часов длиннее, а луна выглядела зеркально перевёрнутой — находясь в фазе предшествовавшей полнолунию, у меня и у друзей она была обращена в разные стороны.

Сейчас я по-прежнему стою на 47,5 градуса южной широты, и впереди меня ждёт долгий путь обратно на север. По моим подсчётам, сделанным перед уходом с южной базы, самые поздние культуры должны созреть к концу марта — значит, к моему возвращению всё будет готово. По нынешним прикидкам, домой я доберусь в апреле, если не задержусь надолго на южной базе.