Популярная музыка из Виттулы
Populärmusik från Vittula
Режиссер Реза Багхер
Швеция/Финляндия, 2004 год
Север Швеции; здесь живут этнические финны. Их ни во что не ставят как настоящие шведы, так и финские финны. Они - сами по себе: нелепые, смешные, где-то безобразные, в чем-то забавные - как и любой небольшой народец. Про таких снимает свои кинолубки Кустурица, только представьте на месте цыган финнов. Шведских финнов.
Микаель Ниеми, по книге которого снят этот фильм, как раз оттуда. Собственно, и книга эта, сделавшая его одним из самых популярных писателей Швеции - про этот медвежий угол, где все определяется довольно дремучими устоями, где пьют без устали и парятся в бане до состояния Хеллбоя. Где в 1960-е живут двое мальчишек, Матти и Ниила.
На наших глазах в этом грубом, полном материально-телесного низа, почти непристойном временами, но уморительно смешном и невероятно нежном фильме происходит смена эпох: в дикую, патриархальную местность приходит цивилизация. Как минимум в виде транзисторов и электрогитар. Тот, кто считает, что рок-н-ролл создавался не чтобы привлекать внимание девчонок, ничего не понимает в рок-н-ролле, вот потому-то Матти и Ниила, получив интоксикацию заморским музыкальным ядом, хватаются за гитары.Этому будет предшествовать череда сумасшедших событий, ведущая к инициации, ко вступлению во взрослую, довольно странную жизнь. Первый конфликт с отцом. Первая сломанная гитара. Первый секс. Первое похмелье. Первый концерт. Первые поклонницы. Первые, первые, первые... В общем, ничего необычного. Все проходили это: англичане, русские, бразильцы... но в Виттуле жизнь особенного свойства, в которой все происходит неспешно, да и идет она кривыми дорожками. Впрочем, результат всегда один и тот же: по утрам над соснами всходит солнце, на окнах появляется изморось, мальчики начинают бриться, потом исчезают - а возвращаются мужчины. Которые с неожиданной нежностью вспоминают о том, как рождалась популярная музыка из Виттулы.
#Sweden
#Finland
#screenadaptation
#year2004
Populärmusik från Vittula
Режиссер Реза Багхер
Швеция/Финляндия, 2004 год
Север Швеции; здесь живут этнические финны. Их ни во что не ставят как настоящие шведы, так и финские финны. Они - сами по себе: нелепые, смешные, где-то безобразные, в чем-то забавные - как и любой небольшой народец. Про таких снимает свои кинолубки Кустурица, только представьте на месте цыган финнов. Шведских финнов.
Микаель Ниеми, по книге которого снят этот фильм, как раз оттуда. Собственно, и книга эта, сделавшая его одним из самых популярных писателей Швеции - про этот медвежий угол, где все определяется довольно дремучими устоями, где пьют без устали и парятся в бане до состояния Хеллбоя. Где в 1960-е живут двое мальчишек, Матти и Ниила.
На наших глазах в этом грубом, полном материально-телесного низа, почти непристойном временами, но уморительно смешном и невероятно нежном фильме происходит смена эпох: в дикую, патриархальную местность приходит цивилизация. Как минимум в виде транзисторов и электрогитар. Тот, кто считает, что рок-н-ролл создавался не чтобы привлекать внимание девчонок, ничего не понимает в рок-н-ролле, вот потому-то Матти и Ниила, получив интоксикацию заморским музыкальным ядом, хватаются за гитары.Этому будет предшествовать череда сумасшедших событий, ведущая к инициации, ко вступлению во взрослую, довольно странную жизнь. Первый конфликт с отцом. Первая сломанная гитара. Первый секс. Первое похмелье. Первый концерт. Первые поклонницы. Первые, первые, первые... В общем, ничего необычного. Все проходили это: англичане, русские, бразильцы... но в Виттуле жизнь особенного свойства, в которой все происходит неспешно, да и идет она кривыми дорожками. Впрочем, результат всегда один и тот же: по утрам над соснами всходит солнце, на окнах появляется изморось, мальчики начинают бриться, потом исчезают - а возвращаются мужчины. Которые с неожиданной нежностью вспоминают о том, как рождалась популярная музыка из Виттулы.
#Sweden
#Finland
#screenadaptation
#year2004
👍1
Имя розы
Der Name der Rose
Режиссер Жан-Жак Анно
Германия, Италия, Франция, 1986
Помню, когда роман Умберто Эко «Имя Розы» печатали в «Иностранной литературе», помимо общей восторженной реакции на этот постмодернистский исторический детектив существовала веселая версия о том, что роман этот — невероятно изящная двойная фига в кармане, написанная лишь для того, чтобы, поиздевавшись над читателем и подержав его в невероятном напряжении, свести историю к простейшему решению — и напоминанию о том, что роза есть роза, хоть розой назови ее, хоть нет.
Похоже, Жан-Жак Анно пришел к сходному мнению, ну или очень близкому.Он ничтоже сумняшеся, обрубил множество сюжетных хитросплетений, чуть ли не подчистую вытравил из сюжета всю непростую символику, все философские дискурсы и оставил лишь голую схему. Но!
XIV век. Затерянный бенедиктинский монастырь в Северной Италии. Средневековые альтер эго Холмса и Ватсона — монах Вильгельм Баскервильский и юный послушник Адсон. Серия кошмарных убийств, которые Вильгельм расследует. Полумрак, стены из грубо обтесанного камня, бочки со свиной кровью, святая инквизиция. Средние века, в общем.
Говорят, Шон Коннери оказался кандидатом на главную роль после целого ряда знаменитостей: Альберта Финни, Ричарда Харриса, Иена МакКеллена и даже Роберта де Ниро — зато 15-летний Кристиан Слейтер был принят в съемочную труппу чуть ли не после первых проб. Такой разный путь — и такой прекрасный дуэт! Вильям и Адсон исполняют непростую роль лучей света в мрачном царстве монастыря, что подчеркивается общей неприютной и угрюмой атмосферой (не зря Анно взял оператором Тонино Делли Колли, снявшего «Декамерон» и «Кентерберийские рассказы» Пазолини).
Светлое одеяние героя Коннери совершенно выделяется на фоне мрачных роб монашества, диковатого и погрязшего в разнообразных пороках. Анно вообще любит прямолинейные сюжеты и простую мораль, но его нельзя упрекнуть в отсутствии изысканности — она проявляется в деталях, в мелочах. Так было в «Борьбе за огонь», в «Медведе», в «Любовнике», в «Семи годах в Тибете», так происходит и здесь.
Мало кто задумывался о том, что Вильгельм — это отчасти и парафраз марктвеновского Янки, который оказался при дворе короля Артура; во всяком случае, побуждения у них одинаковы: чуточку отчистить грязно-серый мир, сделать его удобным для проживания. Но твеновский инженер, прямоджушный и по-крестьянски сметливый, делает это на уровне смекалки и рук, тогда как Вильгельм Баскервильский работает в основном головой. Но за обоими героями мы видим и чувствуем чистое сердце, тонкий ум, уверенность в торжестве света над тьмой. Не вина обоих, что среда заедает и подминает результаты их стремлений — но диалог Адсона и Вильгельма о любви, случившийся после кратковременной вспышки страсти с безымянной деревенской девушкой (чилийка Валентина Варгас несказанно хороша) можно отнести к одному из главных гуманистических диалогов, написанных в прошлом веке.
А напоследок вспомним еще об одном имени в титрах — о том, кто исполнил роль вечного оппонента Вильгельма Баскервильского, монаха Хорхе из Бургоса. Сын великогого русского баса, Федор Шаляпин-младший снялся в фильме Анно. И это сближает нас с ним в еще большей степени.
#Germany
#Italy
#France
#history
#screenadaptation
#year1986
Der Name der Rose
Режиссер Жан-Жак Анно
Германия, Италия, Франция, 1986
Помню, когда роман Умберто Эко «Имя Розы» печатали в «Иностранной литературе», помимо общей восторженной реакции на этот постмодернистский исторический детектив существовала веселая версия о том, что роман этот — невероятно изящная двойная фига в кармане, написанная лишь для того, чтобы, поиздевавшись над читателем и подержав его в невероятном напряжении, свести историю к простейшему решению — и напоминанию о том, что роза есть роза, хоть розой назови ее, хоть нет.
Похоже, Жан-Жак Анно пришел к сходному мнению, ну или очень близкому.Он ничтоже сумняшеся, обрубил множество сюжетных хитросплетений, чуть ли не подчистую вытравил из сюжета всю непростую символику, все философские дискурсы и оставил лишь голую схему. Но!
XIV век. Затерянный бенедиктинский монастырь в Северной Италии. Средневековые альтер эго Холмса и Ватсона — монах Вильгельм Баскервильский и юный послушник Адсон. Серия кошмарных убийств, которые Вильгельм расследует. Полумрак, стены из грубо обтесанного камня, бочки со свиной кровью, святая инквизиция. Средние века, в общем.
Говорят, Шон Коннери оказался кандидатом на главную роль после целого ряда знаменитостей: Альберта Финни, Ричарда Харриса, Иена МакКеллена и даже Роберта де Ниро — зато 15-летний Кристиан Слейтер был принят в съемочную труппу чуть ли не после первых проб. Такой разный путь — и такой прекрасный дуэт! Вильям и Адсон исполняют непростую роль лучей света в мрачном царстве монастыря, что подчеркивается общей неприютной и угрюмой атмосферой (не зря Анно взял оператором Тонино Делли Колли, снявшего «Декамерон» и «Кентерберийские рассказы» Пазолини).
Светлое одеяние героя Коннери совершенно выделяется на фоне мрачных роб монашества, диковатого и погрязшего в разнообразных пороках. Анно вообще любит прямолинейные сюжеты и простую мораль, но его нельзя упрекнуть в отсутствии изысканности — она проявляется в деталях, в мелочах. Так было в «Борьбе за огонь», в «Медведе», в «Любовнике», в «Семи годах в Тибете», так происходит и здесь.
Мало кто задумывался о том, что Вильгельм — это отчасти и парафраз марктвеновского Янки, который оказался при дворе короля Артура; во всяком случае, побуждения у них одинаковы: чуточку отчистить грязно-серый мир, сделать его удобным для проживания. Но твеновский инженер, прямоджушный и по-крестьянски сметливый, делает это на уровне смекалки и рук, тогда как Вильгельм Баскервильский работает в основном головой. Но за обоими героями мы видим и чувствуем чистое сердце, тонкий ум, уверенность в торжестве света над тьмой. Не вина обоих, что среда заедает и подминает результаты их стремлений — но диалог Адсона и Вильгельма о любви, случившийся после кратковременной вспышки страсти с безымянной деревенской девушкой (чилийка Валентина Варгас несказанно хороша) можно отнести к одному из главных гуманистических диалогов, написанных в прошлом веке.
А напоследок вспомним еще об одном имени в титрах — о том, кто исполнил роль вечного оппонента Вильгельма Баскервильского, монаха Хорхе из Бургоса. Сын великогого русского баса, Федор Шаляпин-младший снялся в фильме Анно. И это сближает нас с ним в еще большей степени.
#Germany
#Italy
#France
#history
#screenadaptation
#year1986
Кот в сапогах
長靴をはいた猫
Режиссер Ябуки Кимио
Япония, 1969
Когда этот полнометражный анимационный фильм попал в советский прокат, зарубежных мультиков на нем было немного. "Кот в сапогах" стал частью неожиданно случившегося нашествия японской анимации, но даже на фоне «Принцессы подводного царства» и «Корабля-призрака» он сильно выигрывал. От сказки Шарля Перро, конечно, остались рожки да ножки (прежде всего собственно кот) – но кот обрел имя, Перо; стал вегетарианцем (и потому врагом всех нормальных котов); своему хозяину же он помог спасти его возлюбленную от злобного и страшного короля Люцифера.
В сущности, это все. Но есть ряд мелких деталей, которые делают этот мультфильм очень личным. Во-первых, как часто бывает, животные – говорящие и мыслящие – тут куда живее и интереснее людей; во-вторых, отрицательные герои живее и симпатичнее положительных, но кот Перо лучше абсолютно всех. Он храбр той бытовой храбростью, которую не стоит путать с идиотическим героизмом – то есть когда понимаешь, что победа в битве равнозначна умению избежать битвы. Он умеет разруливать самые провальные ситуации – шипя и злясь, но разруливать, причем при любых обстоятельствах его цели благие. И самое главное – он симпатичен без слюнявости и обаятелен без сентиментальности. Собственно, я очень хорошо помню, что выходя из зала кинотеатра «Огонек» думал: неплохо бы завести такого старшего друга, С тех пор я посмотрел два сиквела этого мультфильма (один хороший, второй не очень) обзавелся большой семьей, но друга такого у меня так и не было. Ну кроме самого кота Перо из старого японского мультика.
#Japan
#anime
#animation
#screenadaptation
#year1969
長靴をはいた猫
Режиссер Ябуки Кимио
Япония, 1969
Когда этот полнометражный анимационный фильм попал в советский прокат, зарубежных мультиков на нем было немного. "Кот в сапогах" стал частью неожиданно случившегося нашествия японской анимации, но даже на фоне «Принцессы подводного царства» и «Корабля-призрака» он сильно выигрывал. От сказки Шарля Перро, конечно, остались рожки да ножки (прежде всего собственно кот) – но кот обрел имя, Перо; стал вегетарианцем (и потому врагом всех нормальных котов); своему хозяину же он помог спасти его возлюбленную от злобного и страшного короля Люцифера.
В сущности, это все. Но есть ряд мелких деталей, которые делают этот мультфильм очень личным. Во-первых, как часто бывает, животные – говорящие и мыслящие – тут куда живее и интереснее людей; во-вторых, отрицательные герои живее и симпатичнее положительных, но кот Перо лучше абсолютно всех. Он храбр той бытовой храбростью, которую не стоит путать с идиотическим героизмом – то есть когда понимаешь, что победа в битве равнозначна умению избежать битвы. Он умеет разруливать самые провальные ситуации – шипя и злясь, но разруливать, причем при любых обстоятельствах его цели благие. И самое главное – он симпатичен без слюнявости и обаятелен без сентиментальности. Собственно, я очень хорошо помню, что выходя из зала кинотеатра «Огонек» думал: неплохо бы завести такого старшего друга, С тех пор я посмотрел два сиквела этого мультфильма (один хороший, второй не очень) обзавелся большой семьей, но друга такого у меня так и не было. Ну кроме самого кота Перо из старого японского мультика.
#Japan
#anime
#animation
#screenadaptation
#year1969
👍1