Мои соседи Ямада
ホーホケキョとなりの山田くん
Режиссер Исао Такахата
Япония, 1999
Исао Такахату фанаты аниме и студии «Гибли» знают прежде всего по «Могиле светлячков» и «Войне тануки в периоды Хэйсэй и Помпоко». Однако «Ямада» совсем на эти фильмы не похожи: эта картина стоит наособицу не только от других фильмов Такахаты – вообще от всей продукции «Гибли». И прежде всего по визуальному ряду: «Ямада» сделаны в стилистике газетной карикатуры, что легко объяснимо: фильм снят по газетной манге художника Хисайти Исии. К тому же, как ни странно, «Ямада» – первый фильм «Гибли», сделанный целиком на компьютере – а никогда и не скажешь. Просто иным способом достичь столь желанного Такахатой эффекта акварельности ну никак не получалось.
Это рассказ об обычной японской семье, в которой есть не очень удачливый папа, усталая и рассеянная мама, ее несколько подонистая, но крайне жизнелюбивая старушка-мать, сын-школьник, переживающий кризис взросления и в связи с этим – проблемы с учебой, а также дочь, жизнерадостная третьеклассница. Все они попадают в разнообразные бытовые ситуации, понятные, к счастью, не только японцам, и к середине картины ты начинаешь переживать за них, как за родных. Это — настоящая трагикомедия о повседневности, и когда в конце все члены семьи по-японски, естественно, поют знаменитую Que Sera, Sera, некоторые зрители откровенно не могут сдержать слез.
#Japan
#anime
#cartoon
#year1999
ホーホケキョとなりの山田くん
Режиссер Исао Такахата
Япония, 1999
Исао Такахату фанаты аниме и студии «Гибли» знают прежде всего по «Могиле светлячков» и «Войне тануки в периоды Хэйсэй и Помпоко». Однако «Ямада» совсем на эти фильмы не похожи: эта картина стоит наособицу не только от других фильмов Такахаты – вообще от всей продукции «Гибли». И прежде всего по визуальному ряду: «Ямада» сделаны в стилистике газетной карикатуры, что легко объяснимо: фильм снят по газетной манге художника Хисайти Исии. К тому же, как ни странно, «Ямада» – первый фильм «Гибли», сделанный целиком на компьютере – а никогда и не скажешь. Просто иным способом достичь столь желанного Такахатой эффекта акварельности ну никак не получалось.
Это рассказ об обычной японской семье, в которой есть не очень удачливый папа, усталая и рассеянная мама, ее несколько подонистая, но крайне жизнелюбивая старушка-мать, сын-школьник, переживающий кризис взросления и в связи с этим – проблемы с учебой, а также дочь, жизнерадостная третьеклассница. Все они попадают в разнообразные бытовые ситуации, понятные, к счастью, не только японцам, и к середине картины ты начинаешь переживать за них, как за родных. Это — настоящая трагикомедия о повседневности, и когда в конце все члены семьи по-японски, естественно, поют знаменитую Que Sera, Sera, некоторые зрители откровенно не могут сдержать слез.
#Japan
#anime
#cartoon
#year1999
👍1
Помощь проекту:
PayPal: mosdetchtenie@protonmail.com (все доходы будут перечислены war refugees)
Карта Сбербанка 2202 2009 0908 6363
PayPal: mosdetchtenie@protonmail.com (все доходы будут перечислены war refugees)
Карта Сбербанка 2202 2009 0908 6363
C меня хватит!
Falling Down
Режиссер Джоэл Шумахер
США, 1992
Он едет на день рождения дочери. Видеться с ней ему нельзя – так постановил суд, но в этот жаркий день безработный Уильям Фостер (Майкл Даглас) решает, что ему наплевать и на суд, и на его решение. В машине нет кондиционера, стоит дикая жара, в Лос-Анджелесе жуткие пробки. В какой-то момент в голове Фостера что-то щелкает, он бросает авто прямо на шоссе и идет навстречу судьбе, которой с этого момента решает управлять сам. Но триггером, отключающим все фостеровские сдерживающие центры, становится попытка разменять деньги в придорожном магазинчике. Как обычно, продавец, с трудом изъясняющийся по-английски, требует: купи что-нибудь! Что? 85 центов за банку колы?! И Уильям Фостер, разгромив лавочку, вместе с бейсбольной битой движется дальше, сея ужас и разрушения…
Даглас великолепно сыграл доведенного до отчаяния американского инженера, который смирялся со всеми ударами судьбы, но в конце концов пошел поперек закона и порядка, поперек самых основ американского мироустройства, чтобы восстановить справедливость в его понимании. Совершенно очевидно, что путь этот порочен: на всяк винт найдется своя нарезка, и потому на пути Фостера встает немолодой коп Прендергаст (Роберт Дюволл), для которого этот день – последний день его работы в полиции. Именно он не просто знает, как остановить чувака с битой, но и понимает, почему тот вышел на тропу своей одинокой войны.
Думаю, многим из нас наверняка хотелось бы выпрямить кривые дорожки своей судьбы битой, молотком, топором. Вот только путь этот тупиковый, и мы это понимаем… что не мешает нам втихую завидовать Фостеру, которому хватило пороху хотя бы просто попробовать.
#USA
#crime
#drama
#year1992
Falling Down
Режиссер Джоэл Шумахер
США, 1992
Он едет на день рождения дочери. Видеться с ней ему нельзя – так постановил суд, но в этот жаркий день безработный Уильям Фостер (Майкл Даглас) решает, что ему наплевать и на суд, и на его решение. В машине нет кондиционера, стоит дикая жара, в Лос-Анджелесе жуткие пробки. В какой-то момент в голове Фостера что-то щелкает, он бросает авто прямо на шоссе и идет навстречу судьбе, которой с этого момента решает управлять сам. Но триггером, отключающим все фостеровские сдерживающие центры, становится попытка разменять деньги в придорожном магазинчике. Как обычно, продавец, с трудом изъясняющийся по-английски, требует: купи что-нибудь! Что? 85 центов за банку колы?! И Уильям Фостер, разгромив лавочку, вместе с бейсбольной битой движется дальше, сея ужас и разрушения…
Даглас великолепно сыграл доведенного до отчаяния американского инженера, который смирялся со всеми ударами судьбы, но в конце концов пошел поперек закона и порядка, поперек самых основ американского мироустройства, чтобы восстановить справедливость в его понимании. Совершенно очевидно, что путь этот порочен: на всяк винт найдется своя нарезка, и потому на пути Фостера встает немолодой коп Прендергаст (Роберт Дюволл), для которого этот день – последний день его работы в полиции. Именно он не просто знает, как остановить чувака с битой, но и понимает, почему тот вышел на тропу своей одинокой войны.
Думаю, многим из нас наверняка хотелось бы выпрямить кривые дорожки своей судьбы битой, молотком, топором. Вот только путь этот тупиковый, и мы это понимаем… что не мешает нам втихую завидовать Фостеру, которому хватило пороху хотя бы просто попробовать.
#USA
#crime
#drama
#year1992
Рок-звезда
Rock Star
Режиссер Стивен Герек
США, 2001
Лихой комедиограф Герек, увы, почти ничего сейчас не снимает - а ведь на его счету такие хиты 90-х, как «Могучие утята», «Три мушкетера» с Кифером Сазерлендом и «101 далматинец». Тут, впрочем, особо смешного ничего нет: в основу картины легла реальная история Тима Оуэнса, сменившего на посту вокалиста Judas Priest Роба Хэлфорда. Впрочем, участники группы отмежевались от какой-либо связи с картиной, а Роб Хэлфорд заявил, что обладает правами на словосочетание Metal God (первоначальный вариант названия фильма) и отдавать его не намерен. Название пришлось изменить.
Жанр этой музыкальной драмы, точнее - рок-сказки, можно определить, по аналогии с романом воспитания, как «фильм воспитания». Безумный поклонник супергруппы Steel Dragon Крис Коул (Марк Уолберг), в свободное от работы время исполняющий снятые в ноль кавер-версии на ее песни, вдруг получает предложение стать вокалистом первоисточника – и, конечно же, восторженно его принимает. Развитие событий приводит героя ко внутренней необходимости серьезного выбора, который он и делает, к вящей радости брошенной незадолго до этого прекраснной девушки (Дженнифер Энистон). В общем, хэппи-энд.
По сути, ничего особенного; в анналы кинематографии «Рок-звезде» не войти, но для рок-фэнов фильм может стать полукультовым. В нем нет глубины и настроения, прекрасно переданных Кэмероном Кроу в «Почти знамениты», но есть очень точно переданная атмосфера позднего взлета «монстров рока», со всеми их взрывами, грохотом, блеском и, соответственно, нищетой. Экс-рэппер Уолберг влез в шкуру рокера аккурат после «Планеты обезьян», и внутренний драйв его персонажа удачно передался Крису Коулу. И коли речь идет о сказке, не обойтись без морали. Мораль присутствует, порок… не то чтобы наказан, но из пучин его герой успешно выкарабкивается – к вящей радости зрителя. Есть на что посмотреть, есть что послушать (музыка написана экс-йесовцем Тревором Рабином, а среди участников «Стального дракона» мы видим Джейсона Бонэма, Зака Уайлда и другие осколки той славной эпохи). Вот, собственно, и все; впрочем, для сведущих заготовлено изрядное количество спрятанных в ткани картины «пасхалок» – намеков, издевок и параллелей, разыскивать которые одно удовольствие. Смотреть фильм, впрочем – несколько другое.
#USA
#drama
#music
#year2001
Rock Star
Режиссер Стивен Герек
США, 2001
Лихой комедиограф Герек, увы, почти ничего сейчас не снимает - а ведь на его счету такие хиты 90-х, как «Могучие утята», «Три мушкетера» с Кифером Сазерлендом и «101 далматинец». Тут, впрочем, особо смешного ничего нет: в основу картины легла реальная история Тима Оуэнса, сменившего на посту вокалиста Judas Priest Роба Хэлфорда. Впрочем, участники группы отмежевались от какой-либо связи с картиной, а Роб Хэлфорд заявил, что обладает правами на словосочетание Metal God (первоначальный вариант названия фильма) и отдавать его не намерен. Название пришлось изменить.
Жанр этой музыкальной драмы, точнее - рок-сказки, можно определить, по аналогии с романом воспитания, как «фильм воспитания». Безумный поклонник супергруппы Steel Dragon Крис Коул (Марк Уолберг), в свободное от работы время исполняющий снятые в ноль кавер-версии на ее песни, вдруг получает предложение стать вокалистом первоисточника – и, конечно же, восторженно его принимает. Развитие событий приводит героя ко внутренней необходимости серьезного выбора, который он и делает, к вящей радости брошенной незадолго до этого прекраснной девушки (Дженнифер Энистон). В общем, хэппи-энд.
По сути, ничего особенного; в анналы кинематографии «Рок-звезде» не войти, но для рок-фэнов фильм может стать полукультовым. В нем нет глубины и настроения, прекрасно переданных Кэмероном Кроу в «Почти знамениты», но есть очень точно переданная атмосфера позднего взлета «монстров рока», со всеми их взрывами, грохотом, блеском и, соответственно, нищетой. Экс-рэппер Уолберг влез в шкуру рокера аккурат после «Планеты обезьян», и внутренний драйв его персонажа удачно передался Крису Коулу. И коли речь идет о сказке, не обойтись без морали. Мораль присутствует, порок… не то чтобы наказан, но из пучин его герой успешно выкарабкивается – к вящей радости зрителя. Есть на что посмотреть, есть что послушать (музыка написана экс-йесовцем Тревором Рабином, а среди участников «Стального дракона» мы видим Джейсона Бонэма, Зака Уайлда и другие осколки той славной эпохи). Вот, собственно, и все; впрочем, для сведущих заготовлено изрядное количество спрятанных в ткани картины «пасхалок» – намеков, издевок и параллелей, разыскивать которые одно удовольствие. Смотреть фильм, впрочем – несколько другое.
#USA
#drama
#music
#year2001
Продолжает свою работу телеграм-канал антивоенных песен songsagainstwar.
https://t.me/daylysonng
https://t.me/daylysonng
Telegram
<songsagainstwar>
Каждый день - песня против войны. Songs Shall Overcome.
👍1
Как стать аборигеном
Dad and Dave on our selection
Режиссер Джордж Уэйли
Австралия, 1995
Эту австралийскую комедию снял на студии Мела Гибсона Icon Production режиссер Джордж Уэйли по рассказам культового в Австралии, но совершенно неизвестного в России писателя Стила Радда. Персонажи Радда в Австралии - весьма значимые элементы национальной культуры, им посвящено множество радиопостановок и фильмов - собственно, и эта картина являет собой ремейк немого фильма 1920 года.
Перед нами жизнь австралийской глубинки конца XIX века как она есть, и это, знаетели, не фунт изюма, особенно если повсюду скачут полчища кенгурей... нет, кенгуров! В этой самой глубинке фермеры-поселенцы сажают кукурузу, выращивают свиней, кур, женятся, выходят замуж и все время, в основном тщетно, надеются на дождь. Собственно говоря, весь сюжет строится на том, что один из этих самых темных фермеров, папаша Джозеф Радд (Лео МакКерн) решает баллотироваться в парламент, чтобы отстатвать интересы таких же, как и он, дремучих бородатых типов в клетчатых рубахах и холщовых штанах.На этом можно было бы и закончить рассказ об этом кино, если бы все эти несложные повороты сюжета не были напичканы невероятным количеством таких смешных ситуаций, что буквально от хохота штаны спадают. Известных актеров в картине практически нет, кроме разве что Джеффри Раша - но и его узнать непросто, зато любители оперного пения опознают, если сподобятся, в Мамаше Радд великую певицу Джоан Сазерленд (это, кстати, ее единственная кинороль). Ну и, конечно, полчища кенгурей... то есть кенгуров в немалой степени скрасят вам эти 102 минуты экранного времени.
#Australia
#comedy
#year1995
Dad and Dave on our selection
Режиссер Джордж Уэйли
Австралия, 1995
Эту австралийскую комедию снял на студии Мела Гибсона Icon Production режиссер Джордж Уэйли по рассказам культового в Австралии, но совершенно неизвестного в России писателя Стила Радда. Персонажи Радда в Австралии - весьма значимые элементы национальной культуры, им посвящено множество радиопостановок и фильмов - собственно, и эта картина являет собой ремейк немого фильма 1920 года.
Перед нами жизнь австралийской глубинки конца XIX века как она есть, и это, знаетели, не фунт изюма, особенно если повсюду скачут полчища кенгурей... нет, кенгуров! В этой самой глубинке фермеры-поселенцы сажают кукурузу, выращивают свиней, кур, женятся, выходят замуж и все время, в основном тщетно, надеются на дождь. Собственно говоря, весь сюжет строится на том, что один из этих самых темных фермеров, папаша Джозеф Радд (Лео МакКерн) решает баллотироваться в парламент, чтобы отстатвать интересы таких же, как и он, дремучих бородатых типов в клетчатых рубахах и холщовых штанах.На этом можно было бы и закончить рассказ об этом кино, если бы все эти несложные повороты сюжета не были напичканы невероятным количеством таких смешных ситуаций, что буквально от хохота штаны спадают. Известных актеров в картине практически нет, кроме разве что Джеффри Раша - но и его узнать непросто, зато любители оперного пения опознают, если сподобятся, в Мамаше Радд великую певицу Джоан Сазерленд (это, кстати, ее единственная кинороль). Ну и, конечно, полчища кенгурей... то есть кенгуров в немалой степени скрасят вам эти 102 минуты экранного времени.
#Australia
#comedy
#year1995
Огни рампы
Limelight
Режиссер Чарлз Чаплин
США, 1952
О покойном Чаплине рассказывали много всего: в частности, что характер у него был не сахар и что в доме своем он был тиран со всеми вытекающими. Не знаю, кто это сможет подтвердить или опровергнуть — но «Огни рампы» свидетельствуют о том, что он был человеком с невероятно огромной душой и сердцем. А также, говоря суконным языком отечественной критики, следовал лучшим реалистическим и гуманистическим традициям американской культуры.
И впрямь, сюжет картины идеально ложится в канву какого-нибудь рассказа, скажем, О'Генри. Смотрите: весна года Первой мировой, безработный клоун спасает от самоубийства парализованную балерину. И не только спасает — вытаскивает ее из депрессии, заставляет заниматься… и в результате паралич — бум! - исчезает. Тем временем у него самого дела все сквернее: ангажементов нет — публика не любит седых забавников. Теперь уже девушка помогает старику, а затем и влюбляется в него. Тут бы, конечно, пирком да за свадебку — но умный клоун приходит от девичьей блажи в ужас и исчезает. Пока суть да дело, девушка знакомится с композитором, молодым и успешным... В общем, все кончается... да нет, не буду я рассказывать — чем.
Конечно, клоуны и юные танцовщицы из тех категорий героев кино, использовать которых считается банальным — и в чаплинские времена, думаю, считалось! — а в связке так и вовсе пошлым. Однако гений Чаплина состоит в том, что ни грана пошлости в этом кино нет, как и банальщины. Да, это очень сентиментальный фильм, более того, очень (местами) надуманный, но то, что автор его любил своих героев — несомненно. И если у вас хотя бы пару раз не екнет правее левого плеча — например, в той сцене, когда старик Кальверо со сцены падает в оркестровую яму на глазах у партнера и старого друга (его играет, между прочим, Бастер Китон) или когда вы перехватите пару взглядов главной героини — то у вас там, внутри, пусто, и все это я рассказывал совсем не вам. Да, и не ждите хэппи-энда. Вернее, ждите. А случится он или нет — это уж как посмотреть.
#USA
#comedy
#year1952
Limelight
Режиссер Чарлз Чаплин
США, 1952
О покойном Чаплине рассказывали много всего: в частности, что характер у него был не сахар и что в доме своем он был тиран со всеми вытекающими. Не знаю, кто это сможет подтвердить или опровергнуть — но «Огни рампы» свидетельствуют о том, что он был человеком с невероятно огромной душой и сердцем. А также, говоря суконным языком отечественной критики, следовал лучшим реалистическим и гуманистическим традициям американской культуры.
И впрямь, сюжет картины идеально ложится в канву какого-нибудь рассказа, скажем, О'Генри. Смотрите: весна года Первой мировой, безработный клоун спасает от самоубийства парализованную балерину. И не только спасает — вытаскивает ее из депрессии, заставляет заниматься… и в результате паралич — бум! - исчезает. Тем временем у него самого дела все сквернее: ангажементов нет — публика не любит седых забавников. Теперь уже девушка помогает старику, а затем и влюбляется в него. Тут бы, конечно, пирком да за свадебку — но умный клоун приходит от девичьей блажи в ужас и исчезает. Пока суть да дело, девушка знакомится с композитором, молодым и успешным... В общем, все кончается... да нет, не буду я рассказывать — чем.
Конечно, клоуны и юные танцовщицы из тех категорий героев кино, использовать которых считается банальным — и в чаплинские времена, думаю, считалось! — а в связке так и вовсе пошлым. Однако гений Чаплина состоит в том, что ни грана пошлости в этом кино нет, как и банальщины. Да, это очень сентиментальный фильм, более того, очень (местами) надуманный, но то, что автор его любил своих героев — несомненно. И если у вас хотя бы пару раз не екнет правее левого плеча — например, в той сцене, когда старик Кальверо со сцены падает в оркестровую яму на глазах у партнера и старого друга (его играет, между прочим, Бастер Китон) или когда вы перехватите пару взглядов главной героини — то у вас там, внутри, пусто, и все это я рассказывал совсем не вам. Да, и не ждите хэппи-энда. Вернее, ждите. А случится он или нет — это уж как посмотреть.
#USA
#comedy
#year1952
Пьянь
Barfly
Режиссер Барбет Шредер
США, 1987
Писателя Чарлза Буковски по-крупному экранизировали дважды. Это — вторая и, с точки зрения киноискусства, менее удачная экранизация (первая называется «Истории обыкновенного безумия» и снял ее Марко Феррери). Готов с этим согласиться с одной лишь поправкой: неудачны обе экранизации. Мир Буковски, похотливого алкоголика, поклонника классической музыки, человека, одержимого литературой, не так-то просто поддается переносу в другие, кроме словесной, области, его и перевести трудно (на русский, например, Буковски переводили как минимум четыре человека, некоторые из них — серьезные в своем ремесле величины, и между переводами есть существенные противоречия на уровне идеологии даже). Поэтому любая попытка, о которой нельзя сказать коротким словом «лажа», засчитывается, тем более если, как в данном случае, главного героя – а это всегда альтер эго автора, ту самую пьянь (впрочем, в оригинале картина называется «Завсегдатай баров») – играет Микки Рурк.
Рурк в те годы был царем Мидасом американского кино: он превращал в золото все, к чему прикасался. Вот и здесь Хенри Чинаски в его исполнении – это удивительное сочетание сибаритства и нонконформизма. За пару неловких слов он готов драться в поганом кабаке не то что до первой крови – до последней, и победить. Он ложится в постель с первой встречной, изрядно потасканной красоткой и принимать от нее сигареты и выпивку (а играет ее, между прочим, сама Фэй Данауэй), но он всегда видит в ней человека и готов защищать ее, да и кого угодно еще, от любого посягательства. Что, впрочем, не мешает ему наблюдать за дракой, которую учиняют богатая меценатка и та самая красотка, борясь за его внимание. И тут уже не так важно, что именно выходит из-под пера Микки Рурка: главное – что он остается сам собой, в окровавленной рубашке, с разбитой физиономией, но с неизменными стаканом, сигаретой и барышней.
А кто хочет истинной правды об этом фильме, тот пусть читает книгу Буковски «Голливуд», там рассказано, как всё было на самом деле. Но, надо сказать, писатель ко всем, кто принимал участие в процессе съемок, относится одинаково ровно и с некоторой жалостью.
Попробуем же и мы.
#USA
#drama
#year1987
Barfly
Режиссер Барбет Шредер
США, 1987
Писателя Чарлза Буковски по-крупному экранизировали дважды. Это — вторая и, с точки зрения киноискусства, менее удачная экранизация (первая называется «Истории обыкновенного безумия» и снял ее Марко Феррери). Готов с этим согласиться с одной лишь поправкой: неудачны обе экранизации. Мир Буковски, похотливого алкоголика, поклонника классической музыки, человека, одержимого литературой, не так-то просто поддается переносу в другие, кроме словесной, области, его и перевести трудно (на русский, например, Буковски переводили как минимум четыре человека, некоторые из них — серьезные в своем ремесле величины, и между переводами есть существенные противоречия на уровне идеологии даже). Поэтому любая попытка, о которой нельзя сказать коротким словом «лажа», засчитывается, тем более если, как в данном случае, главного героя – а это всегда альтер эго автора, ту самую пьянь (впрочем, в оригинале картина называется «Завсегдатай баров») – играет Микки Рурк.
Рурк в те годы был царем Мидасом американского кино: он превращал в золото все, к чему прикасался. Вот и здесь Хенри Чинаски в его исполнении – это удивительное сочетание сибаритства и нонконформизма. За пару неловких слов он готов драться в поганом кабаке не то что до первой крови – до последней, и победить. Он ложится в постель с первой встречной, изрядно потасканной красоткой и принимать от нее сигареты и выпивку (а играет ее, между прочим, сама Фэй Данауэй), но он всегда видит в ней человека и готов защищать ее, да и кого угодно еще, от любого посягательства. Что, впрочем, не мешает ему наблюдать за дракой, которую учиняют богатая меценатка и та самая красотка, борясь за его внимание. И тут уже не так важно, что именно выходит из-под пера Микки Рурка: главное – что он остается сам собой, в окровавленной рубашке, с разбитой физиономией, но с неизменными стаканом, сигаретой и барышней.
А кто хочет истинной правды об этом фильме, тот пусть читает книгу Буковски «Голливуд», там рассказано, как всё было на самом деле. Но, надо сказать, писатель ко всем, кто принимал участие в процессе съемок, относится одинаково ровно и с некоторой жалостью.
Попробуем же и мы.
#USA
#drama
#year1987
Луна 2112
Moon
Режиссер Данкан Джонс
Великобритания, 2009
«Луна 2112» — это не та фантастика, в которой основную долю бюджета занимают гонорары суперзвезд и спецэффекты. Это — кино старой школы, если наставниками считать Тарковского, Кубрика, Ридли Скотта; это — ничуть не привлекательная лунная поверхность, функциональные машины, нарочито крупные клавиатуры и человек, оставшийся один на один со Вселенной — и с самим собой.
...Hекий гелиум-3, найденный на обратной стороне Луны, решил все энергетические проблемы человечества, ввиду чего и была организована его промышленная добыча. Роботизированными агрегатами управляет всего лишь один человек. У него есть имя — Сэм (Сэм Рокуэлл), трехгодичный контракт за плечами и скорый «дембель» на Землю, где ждут красавица-жена и чудесная дочка. Ассистирует ему и решает проблемы армейского вида робот по имени Герти (голос Кевина Спейси) — однорукая, трехпалая, не очень чистая железяка с объективом и монитором, на котором последовательно отражаются смайлики. Казалось бы, идиллия будущего; но всего лишь один неверный поворот руля вездехода, нелепая авария, — и все реалии оборачиваются своей противоположностью. Земля становится не домом, а совершенно чужим местом, где все не так, как казалось, семьи никакой нет, зато Сэмов — аж два. А чуть позже — так и вовсе три.
Вот в этот-то момент кино Данкана Джонса (сына рок-легенды Дэвида Боуи, между прочим!) из традиционной, чуть старомодной производственной фантастики становится психологической драмой высочайшего накала. Психологической — и этической тоже. В мире, придуманном режиссером Джонсом, человечество тащит за собой во Вселенную всю дрянь, которую оно накопило за свою историю, и там эта дрянь приобретает имидж «рационального подхода к производству». Или «здравого смысла».
Сэм Рокуэлл — актер не просто очень хороший, он большой актер. Наверное, Киану Ривз или Джонни Депп не хуже его сыграли бы два совершенно разных характера под идентичной внешностью, но им помешал бы романтический имидж. Рокуэллу не мешает ничего. Он феноменально естествен и органичен в холодном пространстве станции, отчасти похожей на ту, что снял Тарковский в «Солярисе» — но в ней, увы, теперь нет места Кельвину и Сарториусу. Сэм совершает подвиг, от которого ничего не изменится, он улетает домой — и он остается умирать на чужом осколке Вселенной… зато ему придется ощутить на своем плече сочувственное пожатие манипулятора робота Герти. Роботу приходится пережить не меньше, и единственное, что он может себе позволить — смайлик со слезой на мониторе...
Чем дальше, тем острее и очевиднее становится мысль о том, что человечество развивается как-то не так, как ему заповедал Творец. Впрочем, именно поэтому надо продолжать что-то делать. Вот, например, снимать такие фильмы, как тот, что снял Данкан Джонс.
#UK
#drama
#scifi
#year2009
Moon
Режиссер Данкан Джонс
Великобритания, 2009
«Луна 2112» — это не та фантастика, в которой основную долю бюджета занимают гонорары суперзвезд и спецэффекты. Это — кино старой школы, если наставниками считать Тарковского, Кубрика, Ридли Скотта; это — ничуть не привлекательная лунная поверхность, функциональные машины, нарочито крупные клавиатуры и человек, оставшийся один на один со Вселенной — и с самим собой.
...Hекий гелиум-3, найденный на обратной стороне Луны, решил все энергетические проблемы человечества, ввиду чего и была организована его промышленная добыча. Роботизированными агрегатами управляет всего лишь один человек. У него есть имя — Сэм (Сэм Рокуэлл), трехгодичный контракт за плечами и скорый «дембель» на Землю, где ждут красавица-жена и чудесная дочка. Ассистирует ему и решает проблемы армейского вида робот по имени Герти (голос Кевина Спейси) — однорукая, трехпалая, не очень чистая железяка с объективом и монитором, на котором последовательно отражаются смайлики. Казалось бы, идиллия будущего; но всего лишь один неверный поворот руля вездехода, нелепая авария, — и все реалии оборачиваются своей противоположностью. Земля становится не домом, а совершенно чужим местом, где все не так, как казалось, семьи никакой нет, зато Сэмов — аж два. А чуть позже — так и вовсе три.
Вот в этот-то момент кино Данкана Джонса (сына рок-легенды Дэвида Боуи, между прочим!) из традиционной, чуть старомодной производственной фантастики становится психологической драмой высочайшего накала. Психологической — и этической тоже. В мире, придуманном режиссером Джонсом, человечество тащит за собой во Вселенную всю дрянь, которую оно накопило за свою историю, и там эта дрянь приобретает имидж «рационального подхода к производству». Или «здравого смысла».
Сэм Рокуэлл — актер не просто очень хороший, он большой актер. Наверное, Киану Ривз или Джонни Депп не хуже его сыграли бы два совершенно разных характера под идентичной внешностью, но им помешал бы романтический имидж. Рокуэллу не мешает ничего. Он феноменально естествен и органичен в холодном пространстве станции, отчасти похожей на ту, что снял Тарковский в «Солярисе» — но в ней, увы, теперь нет места Кельвину и Сарториусу. Сэм совершает подвиг, от которого ничего не изменится, он улетает домой — и он остается умирать на чужом осколке Вселенной… зато ему придется ощутить на своем плече сочувственное пожатие манипулятора робота Герти. Роботу приходится пережить не меньше, и единственное, что он может себе позволить — смайлик со слезой на мониторе...
Чем дальше, тем острее и очевиднее становится мысль о том, что человечество развивается как-то не так, как ему заповедал Творец. Впрочем, именно поэтому надо продолжать что-то делать. Вот, например, снимать такие фильмы, как тот, что снял Данкан Джонс.
#UK
#drama
#scifi
#year2009
Почти человек
パルムの樹
Режиссер Такаши Накамура
Япония, 2002
Японская анимация делится на несколько категорий, среди которых стоит отметить прежде всего картины, снятые на студии "Гибли" или на других – но людьми, которые там поработали. Они резко отличаются от огромного количества иногда даже очень хороших аниме прежде всего наличием идеи, которую можно локализовать в рамках одного полнометражного фильма – и максимально кропотливым, точным, высокохудожественным ее воплощением. Они не следуют канону об осиных талиях и глазах в поллица, у них иные задачи, почему-то, как правило, гуманистические. Этот фильм из таких.
В волшебном мире, где слова "небесная твердь" имеют самое что ни есть прямое значение, где в воздухе плавают не только птицы, но также цветы и рыбы, жил да был великий мастер-изобретатель, у которого умирала дочь. Чтобы хоть как-то отвлечь ее, мастер создал живую куклу – деревянного человечка Палма. И когда девушка все-таки умерла, что-то сломалось и в Палме; он, как сказали бы мы сейчас, перешел в режим максимального глубокого ожидания. Но когда в доме мастера появилась преследуемая стражниками загадочная красавица, она вложила в Палма волшебное яйцо, поручив доставить его в определенное место, для определенной цели – и когда задание будет выполнено, кукла станет настоящим человеком. Никаких гарантий, никаких обещаний: дойдешь – победишь, не дойдешь – проиграешь.
"Пиноккио", скажете вы. "Буратино", добавят другие. "Искусственный интеллект", - станут утверждать третьи, и я соглашусь – все так, все правильно. Но не совсем. Это кино — не о стремлении ожить и не о том, что у деревянных человечков тоже есть душа (мы это и так знаем). Оно о том, что сила идеи – верной идеи – может свернуть горы и привести к неожиданному результату. Прорастающий ветвями деревянный человечек, так и не ставший настоящим мальчиком, превращается в нечто большее, чем человек – и спасает целый мир. И это при том, что сам он об этом даже не думал.
Просто обычно мы имеем совершенно обратную ситуацию. Именно поэтому "темное аниме про Пиноккио, которое никто не видел" (так о работе режиссера Накамура написали на одном анимационном форуме), категорически рекомендуется к просмотру - и не только и не столько детям, сколько их родителям.
#Japan
#anime
#animation
#year2002
パルムの樹
Режиссер Такаши Накамура
Япония, 2002
Японская анимация делится на несколько категорий, среди которых стоит отметить прежде всего картины, снятые на студии "Гибли" или на других – но людьми, которые там поработали. Они резко отличаются от огромного количества иногда даже очень хороших аниме прежде всего наличием идеи, которую можно локализовать в рамках одного полнометражного фильма – и максимально кропотливым, точным, высокохудожественным ее воплощением. Они не следуют канону об осиных талиях и глазах в поллица, у них иные задачи, почему-то, как правило, гуманистические. Этот фильм из таких.
В волшебном мире, где слова "небесная твердь" имеют самое что ни есть прямое значение, где в воздухе плавают не только птицы, но также цветы и рыбы, жил да был великий мастер-изобретатель, у которого умирала дочь. Чтобы хоть как-то отвлечь ее, мастер создал живую куклу – деревянного человечка Палма. И когда девушка все-таки умерла, что-то сломалось и в Палме; он, как сказали бы мы сейчас, перешел в режим максимального глубокого ожидания. Но когда в доме мастера появилась преследуемая стражниками загадочная красавица, она вложила в Палма волшебное яйцо, поручив доставить его в определенное место, для определенной цели – и когда задание будет выполнено, кукла станет настоящим человеком. Никаких гарантий, никаких обещаний: дойдешь – победишь, не дойдешь – проиграешь.
"Пиноккио", скажете вы. "Буратино", добавят другие. "Искусственный интеллект", - станут утверждать третьи, и я соглашусь – все так, все правильно. Но не совсем. Это кино — не о стремлении ожить и не о том, что у деревянных человечков тоже есть душа (мы это и так знаем). Оно о том, что сила идеи – верной идеи – может свернуть горы и привести к неожиданному результату. Прорастающий ветвями деревянный человечек, так и не ставший настоящим мальчиком, превращается в нечто большее, чем человек – и спасает целый мир. И это при том, что сам он об этом даже не думал.
Просто обычно мы имеем совершенно обратную ситуацию. Именно поэтому "темное аниме про Пиноккио, которое никто не видел" (так о работе режиссера Накамура написали на одном анимационном форуме), категорически рекомендуется к просмотру - и не только и не столько детям, сколько их родителям.
#Japan
#anime
#animation
#year2002
Все ушли
Режиссер Георгий Параджанов
Россия, Грузия, Чехия, 2012
Чудесное кино, сделанное племянником Сергея Параджанова, уже отметившимся прекрасными фильмами о дяде и об актрисе Караваевой, игравшей чеховскую героиню много лет подряд для себя самой. Кино о городе Тбилиси, с тем самым, любимым нами всеми колоритом. Это не ностальгия по cоветской Грузии 1959 года, это трогательный фильм о том настоящем, что только и бывает в детстве. Которое проходит в городе с открытыми дверями, в городе, который невозможно не любить; это магический реализм в чистом виде, в его грузинском изводе. Это фильм импрессионистский, фильм-возвращение туда, где можно спрятать свою ладонь в ладонь взрослого и быть уверенным, что с тобой никогда ничего плохого не случится.
Но если точнее, то нет. Это попытка возвращения: человек по имени Гари (Зураб Кипшидзе) приезжает в город, где жил с дедом и бабкой после смерти родителей - и не находит ничего, о чем бы он помнил; все кажется ему чужим и незнакомым. «Даже если пепелище выглядит вполне, не найти того, что ищешь, ни тебе, ни мне».
Все ушли. Домой возврата нет.
Но есть воспоминания, сны, грезы - и кто сказал, что в них нет отдохновения...
#Russia
#Czech
#Georgia
#drama
#fantasy
#year2012
Режиссер Георгий Параджанов
Россия, Грузия, Чехия, 2012
Чудесное кино, сделанное племянником Сергея Параджанова, уже отметившимся прекрасными фильмами о дяде и об актрисе Караваевой, игравшей чеховскую героиню много лет подряд для себя самой. Кино о городе Тбилиси, с тем самым, любимым нами всеми колоритом. Это не ностальгия по cоветской Грузии 1959 года, это трогательный фильм о том настоящем, что только и бывает в детстве. Которое проходит в городе с открытыми дверями, в городе, который невозможно не любить; это магический реализм в чистом виде, в его грузинском изводе. Это фильм импрессионистский, фильм-возвращение туда, где можно спрятать свою ладонь в ладонь взрослого и быть уверенным, что с тобой никогда ничего плохого не случится.
Но если точнее, то нет. Это попытка возвращения: человек по имени Гари (Зураб Кипшидзе) приезжает в город, где жил с дедом и бабкой после смерти родителей - и не находит ничего, о чем бы он помнил; все кажется ему чужим и незнакомым. «Даже если пепелище выглядит вполне, не найти того, что ищешь, ни тебе, ни мне».
Все ушли. Домой возврата нет.
Но есть воспоминания, сны, грезы - и кто сказал, что в них нет отдохновения...
#Russia
#Czech
#Georgia
#drama
#fantasy
#year2012